Клякса бифуркации

Зеленин Сергей

А это я вам скажу:

ФИГУРА!!!

До смерти Ленина он был его другом, Секретарём и Заведующим делами Совета Народных Комиссаров (СНК) РСФСР. После этого трагического события – перешёл на научную работу, перестав заниматься политикой – что говорит о его незаурядном уме, дальновидности и порядочности.

Насколько мне известно, сей ленинский гвардеец - ни в чём сомнительном замешан не был, ни в каких фракциях-оппозициях, может быть поэтому в отличии от других – он дожил аж до 1955-го года и, умер своей естественной смертью в почёте и уважении.

Вступив в «новой

реальности» на должность Наркомом просвещения, Бонч-Бруевич тут же стал приводить советское образование в божеский вид – первым делом подняв зарплату учителям, вторым делом изгнав из него всяких экспериментаторов со своими «планами Дальтона», публично объявив эти затеи вредными. В школах обоих ступеней стала насаждаться дисциплина, а среди приоритетов – усвоение учебного материала, а не политически-общественная деятельность. Но, конечно же процесс хоть и пошёл - находится в самом своём начале, встречая ожесточённое сопротивление со стороны отдельных упоротых…

Это ломать легко, просто и временами даже весело!

А восстанавливать – неимоверно тяжело и сложно.

Но в данный момент я не про это…

Конечно же, я не преминул и тут же весьма технично вербанул Бонч-Бруевича в стройные ряды своих лоббистов. «Крючком» было создание в Ульяновске собственного «Рабфака» (учебного заведения для подготовки рабочей молодёжи для подготовки в ВУЗы) - с коллективной просьбой о котором, я к нему заявился с целой делегацией земляков.

Во время беседы с новым главой Советского образования, я как бы ненароком упомянул о проекте «Поколение Next» - воспитание детей по методу супругов Никитиных, похвастался первыми успехами…

И вот он мой!

Владимир Дмитриевич был для меня интересен ещё и тем, что имел старшего брата – генерала. Причём не «свадебного», а самого настоящего – царского.

Закончив после Московского «измерительного» института, Московское пехотное училище, Михаил Дмитриевич Бонч-Бруевич последовательно служил офицером в гренадёрском и лейб-гвардейских полках, а по окончанию Николаевской академии штаба – при штабах многих военных округов.

После Русско-Японской войны он разрабатывал новый «Учебник тактики» под руководством самого Драгомирова, печатался в газетах и журналах по военным вопросам, а во время Первой мировой войны - занимал высокие посты в Действующей армии.

Это после его «волшебного пенделя» в бытность генерал-квартирмейстера штаба 3-й армии Юго-Западного фронта - лётчик Нестеров совершил первый в истории воздушный таран, сбив ценой своей жизни австрийского разведчика.

Рисунок 39. Братья Бонч-Бруевичи - Михаил и Владимир, генерал и большевик. Не правда ли сильно похожи? Особенно, количеством глаз…

Погиб?

Ну что ж, на то и война…

Да к тому же тот частично сам виноват - не пристегнувшись перед вылетом и тем самым нарушив правила безопасности.

Заняв в марте 1915

года должность Начальником штаба Северо-Западного фронта, Бонч-Бруевич почему-то не пришёлся «ко двору» последней российской Императрице, которая засыпала своего Недержанца письмами примерно такого содержания:

«Да, поскорее избавься от Бр.-Бр. Только не давай ему даже дивизии».

Михаил Дмитриевич, действительно – характером был довольно неуживчивым и любил называть вещи своими именами, что видать не понравилось этой венценосной особе.

В конце концов послушавшись, Николай Подкаблучник «избавился» от Бонч-Бруевича… Возможно, не только от него… Вполне вероятно - не от того, от кого следовало бы избавиться – поэтому не позже чем через год, избавились уже от него самого.

Тот же, первым признал Временное правительство после Февраля, при Керенском командовал Северным фронтов. Был первым генералом – признавшим после уже Октября Советскую Власть…

Ну, а что?

Вполне его понимаю: если ты человек военный, ты обязан служить своему государству в любом случае - как бы не называлась стоящая у его руля власть и, какой бы не была её политика.

Политикой - пусть занимаются политики, а твоё дело – Родину защищать!

От врагов внешних и внутренних – чем и занимались офицеры и генералы, перешедшие на службу Советской Власти.

После занятия Ставки просоветскими войсками Бонч-Бруевич был назначен Начальником штаба Верховного главнокомандующего - став таким образом первым в их советской череде.

После подписания похабного Брестского мира, он был Военным руководителем Высшего Военного Совета (ВВС) создававшего на линии германско-советского соприкосновения, части так называемой «завесы» с бывшими офицерами и генералами во главе. Это именно из них была сформированная регулярная Красная Армия - а вовсе не из банд красноармейцев из городской шпаны и отрядов матросов-анархистов, как это можно понять по фильмам и тестам ЕГЭ.

Резкий в суждениях, малообщительный и неуживчивый с вышестоящим начальством, Михаил Бонч-Бруевич - пришёлся уже не «ко двору» теперь уже у большевиков. Поэтому, как только «отпустило» - его вытурили из Красной Армии, поручив создание Высшего геодезического правления.

Затем, он был арестован «за вредительство», но отпущен по личному распоряжению Дзержинского…

Если воспользоваться моим «послезнанием», то старший Бонч-Бруевич будет арестован ещё раз – в 1931-ом году, по делу «Весна», но отказавшись дать признательные показания - будет отпущен вновь, «за отсутствием состава преступления».

Репрессий же конца тридцатых он не только избежит, но и вдвуряд получит звание генерала – уже от Советского правительства. Так же как и его брат, Михаил Дмитриевич доживёт до преклонных лет и скончается в собственной постели в середине 50-х годов

Однако, пока им обоим умирать рано – впереди непочатый край работы!

Освободившись из узилищ кровавой гэбни, Михаил Дмитриевич отдохнул и затем в 1925-м году организовал и возглавлял государственное техническое бюро «Аэрофотосъемка»…