Клякса бифуркации

Зеленин Сергей

Невозможно!

Узнав в чём дело, Иван Ипатич - пытался сплавить нам труп какого-то старика, аргументируя:

– Не всякий человек годен на скелет! Мы отбираем на скелеты молодых, у тех кость крепкая. А стариков отправляем на кладбище. Так что берите этого, товарищи и, не привередничайте!

Лишь после повторного предъявления липового чекистского удостоверения, которое этот скелетист-долгожитель долго недоверчиво рассматривал-изучал, нам был выдан труп молодого парня чуть более двадцати лет -

застреленного какой-то сволочью и не востребованный родственниками.

Вообще, в Москве в тот период было столько маньяков и серийных убийств…

Кровь стынет в жилах!

***

Из морга, поехав в подмосковный посёлок, оставили автомобиль под присмотром секьюрити, а сами с Мишкой «огородами» подкрались к одному стоящему несколько на отшибе двухэтажному дачному деревянному домику за невысоким забором и, некоторое время молча наблюдали.

Вечерело… В окнах горел свет, а из трубы шёл лёгкий дымок.

– Здесь они, - сказал Миша, - уже вторые сутки здесь.

– Говоришь, кого-то из Питера ждут?

– Да, вроде так… Хотя, в детали меня не посвящали – несмотря на «дружбу» с этим Максимовым-Биргером.

Естественно, из Ленинграда так быстро не доедешь на поезде - как из Нижнего на автомобиле, поэтому фора по времени у нас имеется. Хотя, с другой стороны – питерских могли оповестить об похищении Бажанова заранее… Поэтому, надо действовать без промедления!

– Сколько их там внутри, говоришь?

– Кроме самого Максимова - Григорий Каннер со своим человеком по кличке «Бомбик⁴⁴» и Лев Мехлис аж с двумя – Южаком и Маховером.

Корабль под названием «Сталин» - дал трещину, начал тонуть и с него тут же побежали крысы…

Блин, хотя про Мехлиса я думал несколько лучше.

Насколько мне известно, с несостоявшемся Вождём (Кровавым тираном) на Кавказ уехал лишь Поскребышев да некий Назаретян – если из секретарей.

– Оружие у них имеется?

– Спрашиваешь! У всех, кроме самого Бажанова разумеется.

– Иметь «шпалер» - это одно, а уметь им пользоваться и готовым в любой момент применить - совсем другое.

Мишка посерьёзнев:

– Каннер и этот «Бомбик» - мокрушники, ещё те! Это у них на физиономиях написано…

Ну, знамо дело: за первым из них вроде бы как числится убийство троцкиста Склянского этим летом и ещё одного с ним за компанию. Хотя, такие дела чаще проделываются чужими руками.

– Мехлис со своими людьми – «ботаники», а Максимов – просто пустобрех. Он и меня-то привлёк - из-за боязни своих корешков. Когда меня на службу «вызвали» - как осиновый лист трясся…

– А у тебя есть ствол?

– Кто ж на такое дело без «шпалера» ходит?

Строго прищурившись:

– Надеюсь, не «наградной» Парабеллум?

– Нет, - показывает мне старенький «Наган» с изрядно

вытертым воронением, - в таких делах, я предпочитаю отечественного производителя.

Так, так, так…

– Есть какой-нибудь план, Барон? Только учти – время поджимает!

– Да, как же ему не быть?!

– Ну а если подробно?

Хищно, по-волчьи оскалившись:

– Счас я захожу и всех их валю – начиная с Каннера и Бомбика, без всяких затей.

Мне, аж поплохело:

– Подожди, стой… Их много и это может быть опасно. А вдруг кто-нибудь из них завалит тебя?

Хмыкает:

– Не знаю, кто учил стрелять этих евреев, а меня - с самого «нежного» возраста собственный папа-офицер. И делал он это очень добросовестно, в надежде дождаться собственных внуков.

– Нет, так не пойдет – «и на старуху бывает проруха», а излишняя самоуверенность в собственных силах – не одного бойца погубила. Да к тому же, Миши – нам надо разыграть перестрелку между своими, а не массовую бойню. Ферштейн, зи?

– Я тебя внимательно слушаю…

– По возвращению, постарайся ещё более перепугать Максимова. Как только «клиент» дойдёт до нужной кондиции – маякни зажигалкой вон в том окне.

– Ага, понял… Жаль вот только, марафет с собой не прихватил: уж больно тот трусоватый! Такие, если «переборщить» - в ступор впадают, а не в «нужную кондицию».

Озадаченно чешу репу:

– Да где ж я тебе зимой в деревне кокаин найду? Может, водочки ему?

– Давай попробуем! Знавал я одного такого, между прочим - «георгиевского кавалера»: трезвый - тележного скрипа боится, а как…

– Состаришься – в мемуарах потомкам расскажешь, а пока не отвлекайся! Когда мы, после твоего «маяка» - изображая приезд питерских, войдя вовнутрь отвлечём внимание - начинай действовать, отвлекая внимание Каннера и его дружка - пьяным Максимовым.

Уууффф…

Мишка в восхищении, аж присел в книксене:

– Гениально! Полковник Вальтер Николаи, бы…

Да, когда же он уже повзрослеет, то?!

– Давай бегом! И помни Барон: если из-за своей легкомысленности поставишь пуле-дуре лоб - я тебя на том свете разыщу и определю на самую горячую адскую сковородку. Ведь я же – Ангел, не забывай.

***

«Свет в окошке» маякнул часа через два, когда мы с моими секьюрити - уж начали было скучать, околевая от усиливавшегося с приходом ночи холода.

– Ничего не забыли? – спрашиваю на всякий случай.

– А чего там забывать, Серафим? Ты же сказал: «Подъезжаем, стучимся и, сделав рожи понаглее - действуем по обстановке»…

– Ах, да!

Волнуюсь, стало быть.

Подъехав к самим воротам – чуть их бампером «Форда» не снёс, я долго-настойчиво посигналил и, не глуша мотор, не гася фары - вышел из машины, ещё раз проверив наличие «Настоящего Руби» в кармане.