Клуб 22
Шрифт:
Она нахмурилась. — Что случилось с твоей рукой?
— Гм... — Я взглянула на свою забинтованную руку и запястье. Царапина на суставе большого пальца была глубокой, поэтому Лукасу пришлось наложить марлевую повязку, а затем закрепить все это эластичным бинтом вокруг моей руки и запястья. — Взяла щипцы для завивки не с того конца, — солгала я.
Краем глаза я заметила, как Зед раздраженно покачал головой, но это было чертовски хреново. Не было необходимости паниковать Сеф, рассказывая ей о том, что произошло прошлой ночью. Сегодня мы усилим меры безопасности, и это больше
Сеф пожала плечами, принимая мою ложь, когда она села и протянула мне свою расческу. — Спасибо, старшая сестренка, — ласково сказала она, когда я начала проводить щеткой по ее гриве. Раньше я постоянно заплетала ей волосы в косу перед школой, занявшись этим после смерти нашей мамы, так что это было странно ностальгическим занятием.
Я работала осторожно, следя за тем, чтобы короткие пряди были хорошо спрятаны в тугую французскую косу, пока Сеф допивала мой кофе - факт, который я заметила, только когда закончила плести ее косу и взяла свою пустую кружку.
— Я налью тебе еще, — пробормотал Зед, целуя меня в висок и забирая мою кружку.
— Мне тоже? — Спросила Сеф, хлопая ресницами.
Зед только фыркнул, рассмеялся и покачал головой, но, тем не менее, взял еще одну кружку. — Ты знаешь, что храпишь, Сеф?
У нее отвисла челюсть от возмущения. — Я этого не делаю!
— Ты храпишь, — поддразнил он. — Мы могли слышать тебя даже из моей комнаты.
Я фыркнула от смеха, и она бросила на меня сердитый взгляд.
— О, правда, Зед? Никогда бы не подумала, что ты можешь что-то расслышать за стонами моей сестры. Ты знаешь, что сегодня утром мне пришлось включить музыку погромче, чтобы спокойно принять душ? — Она склонила голову набок, глядя на нас словно мы такие ебанутые, но я была слишком переполнена эндорфинами, чтобы меня это волновало.
Поэтому вместо этого я просто ухмыльнулась. — О, мы знаем.
Затем на кухню вошел Лукас, выглядевший полусонным, в своей форме, едва прикрывавшей его тело. Его ремень все еще был расстегнут, рубашка распахнута, галстук Шедоу-Преп болтался вокруг шеи. Проведя рукой по заспанному лицу, он направился прямиком ко мне и поцеловал, не успев даже пробормотать доброго утра.
— Кхм, — Сеф притворно громко кашлянула. — У вас есть зрители, Лукас.
Он не спеша оторвался от моих губ, нежно поцеловав меня еще пару раз, прежде чем ухмыльнуться Сеф. — Публика никогда раньше меня не беспокоила. Разве не так, Медвежонок Зедди?
Сеф на секунду сморщила лицо в замешательстве, затем театрально ахнула. — О мой бог! Фу. Ребята... Зед, я возьму свой кофе с собой в дорогу, спасибо. Лукас, поторопись, а то опоздаем в школу.
Зед послушно налил ей в дорожную кружку кофе, которую она взяла, быстро поблагодарив, и плавной походкой вышла из кухни, предположительно направляясь в гараж, чтобы дождаться Лукаса, который отвезет их обоих в школу.
Лукас зевнул, медленно застегивая рубашку, затем заправил ее в брюки, прежде чем застегнуть ремень. — Ребята, я точно засну за своим столом посреди алгебры, и это будет ваша вина.
Зед злобно
Лукас дернулся, как от пощечины. — Черт возьми, нет. Это же лучшая причина лишаться сна. — Затем он снова наклонился, чтобы поцеловать меня, пока я почти не попыталась взобраться на него.
— Отправляйся в школу, Леденец, — приказал Зед грубым голосом. — Мы разберемся со взломом системы безопасности, пока ты будешь нянчиться с Персефоной.
Лукас издал болезненный стон, но быстро поцеловал меня еще раз, прежде чем повернуться, чтобы уйти. Зед снова выкрикнул его имя, заставив остановиться в дверях. Затем он бросился обратно, чтобы схватить в дорогу кружку с кофе, которую протянул ему Зед.
— Спасибо, большой брат, ты лучший. — Лукас ухмыльнулся и направился к гаражу.
Снова оставшись одна, я повернулась к Зеду с широкой улыбкой на лице. — Ты такой милый, Зейден.
Зед фыркнул от смеха, подходя к островку, где я сидела. — Он заслужил это. — Он запустил руку мне в волосы на затылке, откидывая мою голову назад, чтобы нежно поцеловать. — Мне нравится, как часто ты улыбаешься в эти дни. Я не видел этого так давно, и я задавался вопросом, увижу ли я когда-нибудь снова эту улыбку. — Он провел большим пальцем по моим губам, и я игриво прикусила его зубами.
— Я могла бы сказать то же самое о тебе, — ответила я, глядя на него снизу вверх со слишком большим количеством дофамина, отравляющего мой глупый девчачий мозг.
Однако он, казалось, не возражал. Он просто снова поцеловал меня, медленно и осторожно, пока его сильные пальцы поглаживали основание моего черепа, где у меня частые боли от стресса. — Дар, — пробормотал он со вздохом, закончив наш поцелуй, — ты знаешь, как сильно я, черт возьми, люблю тебя? Ты - весь мой чертов мир.
Мое сердце затрепетало, и я не смогла сдержать глупую улыбку, снова растянувшую мои губы. Зед выглядел так, словно хотел сказать что-то еще. Что-то важное. Но тяжелые шаги в фойе заставили его отступить с тяжелым выдохом.
— Доброе утро, Рыжик, — пророкотал Касс, вваливаясь в комнату, все еще одетый в кожаные байкерские штаны Зеда. Он положил руку мне на поясницу, наклонился, чтобы поцеловать меня, затем кивнул Зеду одним из тех дружеских кивков. — Что случилось прошлой ночью? Получил твое сообщение сегодня утром, Зед.
Я благодарно улыбнулась Зеду, потому что была слишком занята, катаясь на члене всю чертову ночь, чтобы самой написать Кассу и посвятить его в визит Чейза.
— Поздно ночью Дар навестил наш сосед, — кратко объяснил Зед.
Касс напрягся, и ярость и жестокость накатили на него ощутимыми волнами. — Черт возьми, что?
Зед прищелкнул языком, направляясь к холодильнику. — Ты голоден, Ворчливый Кот? У меня, наверное, где-нибудь здесь есть консервы.
Звук, который издал Касс, был каким угодно, только не веселым, и я положила руку ему на плечо, чтобы попытаться разрядить обстановку. Конечно, я забыла о повязке на руке, и глаза Касса только еще больше расширились, когда он увидел это.