Клоун
Шрифт:
«…» — Клейн лишь беспомощно рассмеялся.
— До этого еще жить и жить. Разве сейчас нам не стоит просто отпраздновать? Торжественно объявляю: с сегодняшнего дня нашим главным блюдом становится белый хлеб! А как только я разгребусь с делами на работе, мы начнем ходить по разным ресторанам и пробовать тамошние деликатесы.
Мелисса бросила на него строгий взгляд и, пропустив его слова мимо ушей, произнесла:
— Мы с Бансоном собираемся на мессу в собор Святой Селены. Пойдешь с нами?
«Да я и так каждый божий день возношу хвалу Богине…» — мысленно
— Увы, но мне просто жизненно необходимо отоспаться.
Этот сон продлился до самой половины первого. Пообедав в компании Бансона и Мелиссы, юноша вновь отправился на поиски того самого дома с красным дымоходом.
Дождавшись глубокой ночи, когда весь дом погрузился в тишину, он надежно запечатал спальню Духовностью, намереваясь опробовать ритуал призыва посланника, переданный ему «Наставником Смерти» Дейли.
Глава 177
Письмо
Для нынешнего Клейна простые магические ритуалы стали таким же привычным и обыденным делом, как еда или питье. Вскоре он закончил подготовку материалов и зажег свечу, символизирующую его самого.
Глядя на мерцающее, тускло-желтое пламя на письменном столе, Клейн внезапно поймал себя на весьма забавной мысли:
«А это не считается тем, что я сам по себе ставлю свечку?» [140]
«Черт возьми, о чем я вообще думаю!»
140
????? (wei ziji dian la) — Ставить себе свечку / Зажигать по себе свечу. Китайский интернет-сленг, означающий предчувствие собственной гибели, неудачи или выражение сочувствия к самому себе в безнадежной ситуации.
Обуздав свои мысли, он взял щепотку порошка из черного гнилоцвета, относящегося к сфере Смерти, и легонько посыпал им пламя свечи. Воздух мгновенно наполнился резким запахом, до боли напоминающим формалин из его прошлой жизни.
Следом он капнул туда же «экстракт полной луны» — атрибут, тесно связанный с Богиней Вечной Ночи.
Под тихое шипение пространство вокруг погрузилось в абсолютную тишину, наполнившись незримой, едва уловимой пульсацией.
Клейн сделал шаг назад и низким голосом зачитал на древнем гермесе:
— Я!
Затем он перешел на обычный гермес:
— Я призываю своим именем;
— Дух, блуждающий в пустоте; существо высших сфер, покорное чужой воле; посланник, принадлежащий исключительно Дейли Симон.
У-у-у!
Внезапно поднявшийся ветер завыл, словно кто-то горько зарыдал, а тускло-желтое пламя свечи мгновенно окрасилось в призрачный, темно-синий цвет.
В его свете стена за письменным столом пошла едва заметной, прозрачной рябью. И прямо из нее проступило жуткое, гротескное лицо — лишенное бровей, глаз и носа, с одним лишь огромным ртом.
Рот широко распахнулся, исторгнув длинный, кроваво-красный язык, сплошь усеянный кривыми, острыми клыками. А на самом кончике этого языка топорщились пять тонких,
«И это посланник мадам Дейли? По сравнению с тем, что призывал мистер Азик, это просто детские игрушки… Нет, даже это сравнение не передает всей пропасти между ними. Один — исполинский взрослый гигант, а другой — крошечный человеческий младенец… Интересно, это заслуга того самого медного свистка, или дело в личной мощи самого мистера Азика? Пожалуй, мне стоит кардинально пересмотреть свое отношение к нему. Вполне вероятно, что он — эксперт высокой Последовательности…»
«Ой, совсем вылетело из головы! Нужно было расспросить мадам Дейли о названиях 4-й и 3-й Последовательностей пути „Сборщика трупов“. Раз уж мистер Азик с огромной долей вероятности принадлежит именно к этой цепочке. Впрочем, далеко не факт, что он продвигался с помощью магических зелий… Возможно, всё дело в наследственности… Ладно, спрошу в следующий раз. Посланник уже заждался…»
Внимательно разглядев жуткое создание еще пару секунд, Клейн вложил заранее сложенное письмо прямо в «руку» на языке посланника, убедившись, что пальцы крепко его сжали.
Вшух!
Посланник молниеносно втянул язык, проглотив письмо. Призрачное, гротескное, непрерывно извивающееся лицо тут же вжалось обратно в стену и бесследно исчезло.
«Надо признать, магические методы — это чертовски круто и удобно. Жаль только, что их нельзя внедрить в массы…» — Клейн, глядя на вернувшее свой привычный цвет пламя свечи, покачал головой и завершил ритуал.
Утро понедельника. Баклунд, Район Императрицы.
В укромном, скрытом от посторонних глаз уголке муниципального сада, построенного на пожертвования герцога Нигена, Сью Дилча с вечно растрепанными светлыми волосами и источающая ауру лени Форс Уолл остолбенело пялились на своего связного. Они напрочь лишились дара речи, не зная, как с «этим» поздороваться.
Едва перешагнувшая отметку в полтора метра, миниатюрная и хрупкая Сью во все глаза смотрела на огромного золотистого ретривера, который радостно вилял хвостом и высовывал язык. Поправив на себе костюм рыцаря-ученика, девушка, тщательно подбирая слова, произнесла:
— Ты и есть тот самый посланник, которого прислала мисс Одри?
«О Богиня, и зачем я на полном серьезе разговариваю с собакой…»
Форс, зажав тонкими пальцами сигарету, усмехнулась:
— А вдруг это какое-нибудь магическое существо?
— Что-то я не припомню магических существ, которые были бы настолько похожи на обычную собаку… — на полном серьезе парировала Сью.
Сьюзи тут же чинно уселась, закрыла пасть и указала лапой на свой живот.
Там, в густой длинной шерсти, был надежно закреплен небольшой кожаный кошелек.
Сью воровато огляделась по сторонам. Убедившись, что за ними никто не наблюдает, она торопливо шагнула вперед, наклонилась и отстегнула сумочку.
Форс с любопытством бросила взгляд на находку, и выражение ее лица внезапно стало крайне странным: