Клоун
Шрифт:
«А леди Делла сегодня то и дело прикрывает рот левой рукой, когда смеется. Понятно… Она просто хвастается своим новым чистейшим аквамарином на безымянном пальце…»
«Ее супруг, герцог Ниген, неподалеку обсуждает политику с кучкой консерваторов. За весь вечер он лишь единожды скользнул взглядом по залу в поисках жены…»
«У них вообще нет зрительного контакта… Наверное, они далеко не так счастливы в браке, как хотят казаться…»
«Мадам Панис уже семь раз рассмеялась над шутками барона Ларри. Вроде бы ничего необычного, но почему
На этом роскошном приеме Одри подмечала множество деталей, на которые раньше ни за что не обратила бы внимания.
На мгновение ей даже показалось, что она сидит в ложе театра.
«А все они — весьма недурные актеры…» — беззвучно вздохнула девушка с холодным блеском в изумрудных глазах.
И тут, словно что-то почувствовав, она резко обернулась, устремив взор сквозь стекло на просторный балкон. Прямо в его самый темный угол.
Там, наполовину скрытая мраком, чинно сидела большая золотистая ретриверша. С безмятежной глубиной во взгляде она смотрела сквозь окно. Прямо на Одри.
«Сьюзи…» — у Одри дернулся уголок губ, и ее невозмутимо-холодное выражение лица вмиг рассыпалось в прах. От ее отстраненности «Зрителя» не осталось и следа.
Глава 53
Слушатель
Над бушующим морем, разрываемым штормом, старинный трехмачтовый парусник то взлетал на гребни волн, то проваливался в пучину.
Он не отличался ни скоростью, ни внушительными размерами. В этом апокалиптическом пейзаже, где слились воедино свирепое небо и взбесившееся море, корабль казался лишь сорванным осенним листом. Однако, как бы ни бесновался ураган и какими бы чудовищными ни были волны, парусник безмятежно продолжал свой путь, даже не кренясь.
Элджер Уилсон стоял на опустевшей палубе. Вглядываясь в окружающие его водяные горы, он погрузился в глубокие раздумья.
— Снова близится понедельник… — беззвучно прошептал он.
Этот день принадлежал Матери-Земле, знаменуя собой начало нового цикла процветания и увядания.
Но для Элджера он нес в себе и иной смысл: этот день принадлежал таинственной сущности, вечно окутанной серо-белым туманом.
«По крайней мере, я еще не сошел с ума…» — отведя взгляд, он самоиронично усмехнулся.
В этот момент к нему приблизился один из немногих членов экипажа и почтительно поинтересовался:
— Владыка епископ, какова цель нашего нынешнего плавания?
Элджер обвел взглядом палубу и совершенно невозмутимым тоном ответил:
— Выследить «Слушателя» из Ордена Авроры.
Шторм стих, уступив место густому туману. На борту того самого странного парусника, который хоть и имел пушечные порты, но все равно безнадежно отстал от времени, развернулась иная картина.
Восьмилетний мальчик с мягкими, послушными светлыми волосами в страхе озирался
Повернув голову к стоящему в тени мужчине в черном плаще, он понизил голос и спросил:
— Отец, куда мы плывем?
Всего пять дней назад он впервые в сознательной жизни увидел своего отца — человека, называвшего себя искателем приключений.
Если бы не оставленный покойной матерью портрет, подтверждающий его личность, и если бы не маячащие перед носом двери приюта, мальчик ни за что бы не покинул родные края ради этого почти незнакомого кровного родственника.
Стоящий во мраке мужчина опустил голову и с мягкой, ласковой улыбкой ответил сыну:
— Джек, я везу тебя в священное место. В «Святилище», где когда-то обитал сам Творец.
— Разве это не Царство Божье? Нам, простым смертным, дозволено войти туда лишь по великой милости… — мать дала маленькому Джеку хорошее воспитание и привила базовые знания о религии, поэтому сейчас в его голосе смешались изумление и страх.
У мужчины в тени было поразительное, незабываемое лицо с резкими, глубокими чертами, словно вырубленное из камня рукой величайшего скульптора.
Приложив руку к уху в позе напряженного вслушивания, он произнес тоном, граничащим с лунатизмом:
— Джек, «простые смертные» — это ложное понятие. Творец создал этот мир, и Он вездесущ. Он живет внутри каждого живого существа. Поэтому все сущее наделено божественностью. И когда эта божественность достигает определенной концентрации, мы становимся ангелами. А те семь ложных богов, которым поклоняются сейчас — не более чем ангелы, обретшие чуть большую силу.
Посмотри, я прямо сейчас слышу наставления Творца! О, сколь же невероятны эти откровения! Жизнь — это всего лишь духовное путешествие. И когда наш дух становится достаточно могучим и непоколебимым, мы можем отыскать собственную божественность и слиться воедино с куда большей силой…
Маленький Джек совершенно не понял столь путаных рассуждений. Покачав головой, он задал вопрос, который мучил его уже давно:
— Отец, мама говорила мне, что после сотворения мира Творец растворился, воплотившись во всем сущем, и больше не существует в единой форме. Так откуда же тогда взялось Его «Святилище»?
Для семилетнего ребенка он рассуждал на удивление логично.
Мужчина с лицом, словно высеченным из камня, на мгновение замер. Он еще сильнее склонил голову набок, будто вслушиваясь в очередной поток незримого шепота.
Внезапно он рухнул на колени, припав к палубе. На открытых участках его кожи одна за другой начали вздуваться сине-черные вены, извивающиеся словно черви.
Обхватив голову обеими руками, с искаженным до неузнаваемости лицом, он в неистовой агонии завопил:
— Они лгут!