Клирик
Шрифт:
— Ну, веселиться, может, и не с чего, — согласно кивнул парень, — но положительный настрой нам строить и жить помогает… А не трогать религию — без проблем. Я хоть и атеист… Хм. — И замолчал.
Я вопросительно вскинула брови.
— Да вот не могу определиться, можно ли мне считаться атеистом. С одной стороны, в наши земные религии как не верил, так и не верю, а с другой — недавно с местным богом в карты играл…
— Как звать? — тут же уточнила я.
— Дмитрий, — не поняв, ответил парень.
— Да не тебя. Бога.
— Ну, имен
От избытка чувств я аж в ладонь кулаком стукнула. Все-таки я права, и к перемещению парней он руку приложил!
Но Дима тут же поспешил разочаровать меня:
— Правда, особых претензий у меня к нему нет. Сейчас важнее домой вернуться… Что и возвращает нас к вопросу о встрече в реале.
— Тогда давай попробуем разобраться, кто где. Вот смотри… — Я, подсев к нему поближе, начала с энтузиазмом чертить известную для меня часть карты Бельнориона.
Некоторое время мы мучили известную нам географию, пока не пришли к однозначному печальному выводу: мы попали в разные миры. Хотя, в общем-то, другого от Арагорна я и не ожидала.
Мы молчали, в расстройстве глядя на огонь. Досадно, что мы разбросаны по разным мирам!.. Но чего не дано, того не дано… А жаль!
Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, я спросила:
— Так ты, значит, шаман? Шаман же что-то вроде жреца?..
— Нет, — мотнул головой Дима, явно обескураженный моим сравнением. — Тут совсем другая шняга. — И пояснил, какая: — Чуть-чуть знахарь, немного мастер амулетов, а в основном — укротитель духов.
— Действительно, другая, — согласилась я, погрустнев. Везет же некоторым! Ни покровителей тебе, ни управляющих тобой сил…
А мужчина неожиданно поинтересовался:
— Ты, кстати, ассасина с прошлого раза не встречала?
Я растерялась. Говорить или нет?.. Тот вроде просил никому ничего, особенно типу в плаще. Да ну… Но на всякий случай отрицательно мотнула головой, мол, нет, не встречала.
Дмитрий тут же подозрительно уставился на меня. По коже забегали мурашки. Он что, смагичить меня пытается?!
— И чего там увидел?! — вздернула я бровь.
Но тот, словно находясь в легкой прострации, поднял руку, останавливая расспросы, попросил:
— Погоди минутку… Хмм… — и застыл на некоторое время.
— Любопытно, — пробормотал он, и что-то в его голосе сильно мне не понравилось, а последние слова и вовсе выбили из колеи. — Тебя никто не проклинал? В смысле, по-настоящему… Сдается мне, характер у тебя… суровый. Тогда обычные проклятия наверняка были. — И немного заискивающе улыбнулся, словно пытался смягчить остроту.
— Ты о чем? — следовало уточнить все досконально. У меня и так преграда, а тут еще и проклятие нарисовалось. Только этого мне не хватало!
— Ну, хотя до моей жены и далеко. — Дмитрий явно пытался выкрутиться. Похоже, он счел, что сказал грубость и…
— Я не об этом, — отмахнулась я от его слов. — Почему ты о проклятии заговорил? Что-то увидел?
Тот кивнул:
—
— Блокировка?.. — переспросила я. — Точно? Только она?
— Впечатление такое. Хотя опыта у меня и маловато. Если хочешь, могу попробовать что-то сделать… Только я уже сказал, опыта у меня маловато.
— Нет, спасибо, не надо, — поспешила я заверить его. — Все не настолько плохо…
Я очень хорошо помнила, что мне грозит, если преграда будет быстро снята.
А Дима, похоже, не обиделся.
— Ну, мое дело предложить… Если найду хорошего спеца, дам адрес. Но сдается мне, ты и сама можешь справиться. Регулярная медитация, какие-нибудь ритуалы духовного очищения, только реальные, а не шарлатанские… Что бы это ни было, оно не так уж прочно. Продолжай долбить в слабые места, и оно развалится.
— Оптимист… — ухмыльнулась я. — Сам бы попробовал!
— В моей ситуации оптимизм — единственное, на что я могу рассчитывать.
— И как, помогает?
— Ну, я еще жив… Кстати, мой тебе совет: не освобождай джиннов.
— Что? — От такого поворота беседы я впала в легкий ступор. — «Я поклялся убить освободившего меня»?
— Почти…
И растворился, где сидел.
— Э-э-э! — От возмущения я дар речи потеряла. — Вот тебе и успели обо всем поговорить!
И тут до меня дошло. Ой, а я столько ему не рассказала! Ни про закольцовку пространства, ни про мертвый мир. Вот ворона!
Поднявшись на ноги, в растерянности принялась бродить вокруг костра. Надо было что-то делать, что-то решать. А то чую, что так до скончания века здесь просижу. Как бы вновь сюда пришедшим оставить записочку? Только как? Ни карандаша, ни бумаги… Хотя…
Я уставилась на щит. С обратной стороны у него не было никакого покрытия, только ровный серебристый металл. Попробовать?
Сняв один из наручей, я высвободила язычок у застежки и принялась корябать послание. Буквы выходили корявые, но все же прочесть, думаю, можно. Обошлось без сакраментального — «тут была Алена», но представиться все же пришлось. Затем пошел важный текст. Я коротко сообщила о закольцовке пространства у костра, потом о показах прошлых встреч. Написала, чтобы народ опасался мертвых миров, поставив три восклицательных знака после слов «бежать оттуда любым способом» и подчеркнула — «иначе смерть». А вот про Арагорна и его «косяки» писать не стала. Он здесь тоже появляется, значит — может прочесть и, чего доброго, испортить послание. Намекнула только, что есть важные сведения про семь колец пещерных гномов, — надеюсь, кто читал «Властелина колец», увяжет одно с другим. Во всяком случае, знаменитый стишок: «Три кольца премудрым эльфам для добра их гордого. Семь колец пещерным гномам для труда их горного…» — знают многие. Авось догадаются. Понимаю, что написала туманно, но куда деваться. Это и так засветка не слабая.