Клиенты

Лоу С. И.

Мишель широко улыбается нашим выходкам, явно расслабившись благодаря вину и приятной беседе.

— Вы, парни, оба здесь живёте? — она обводит жестом комнату, указывая на поместье.

— Да, — отвечаю я, довольный тем, что Мишель хочет узнать о нас больше. — В основном мы выросли здесь, на Лонг-Айленде, в этом доме. Мы ходили в школы-интернаты на Манхэттене, а затем оба пошли по обычному пути получения образования — Лига Плюща за Лигой Плюща.

— Конкурирующие бизнес-школы, вот почему я лучший бизнесмен, — вставляет Габриель, подмигивая.

Я от души смеюсь.

—

Конечно, конечно, но я почти уверен, что сорвал первый миллиард…

— Всегда держу это над головой! — Габриель откидывает голову назад и смеётся, его тёмные локоны падают на один глаз.

— Вы, ребята, кажетесь довольно близкими, — нерешительно предлагает Мишель.

— Всегда были и, вероятно, всегда будем, если только наши команды не соревнуются. Тогда это просто всеобщая война, — говорю я с притворной угрозой.

Раздаётся резкий стук в дверь, за которым входит мой личный камердинер.

— Мистер Костас, ужин подан.

— Спасибо, Хендрикс, — говорю я пожилому мужчине. — Пойдем? — я встаю и протягиваю руку Мишель. Она быстро берёт её, и когда я поднимаю её на ноги, я чувствую электрический разряд от этого прикосновения.

Сохраняя самообладание, я беру Мишель под руку и веду её в официальную столовую.

И снова я с удовольствием наблюдаю за её реакцией на угощение, разложенное перед нами. Ужин, как и было обещано, состоит из идеально приготовленного филе-миньон, картофеля и смеси варёных овощей. В дополнение к аппетитно выглядящим блюдам, которые подаются на различных блюдах, стол сервирован костяным фарфором, серебряными столовыми приборами и множеством бокалов для вина, воды и послеобеденного портвейна.

— Сэр, — говорит Хендрикс, появляясь из ниоткуда и становясь у стола. — Шеф-повар также просила, чтобы я сообщил вам, что на десерт она приготовила лимонный пирог с меренгой, используя лимоны с дерева в саду.

— Очень хорошо, — отвечаю я, занимая своё место во главе стола.

— Видишь? — Габриель шепчет Мишель: — Я же говорил тебе, что он не даёт мне забыть, что он старший брат, — он указывает на моё место во главе стола, а не на своё справа от меня.

— Ха-ха, — насмешливо говорю я брату. — Мы оба знаем, что ты тот, кто одержим идеей сидеть на одном и том же месте за каждым приёмом пищи. У него чертовски навязчивая идея. — Габриель лукаво улыбается, и я закатываю глаза от его глупости. — Но мой брат действительно высказал хорошую мысль. Мишель, поменяйся со мной местами на сегодня, чтобы ты могла сесть рядом с нами обоими.

Она поднимает взгляд, её карие глаза сверкают в мягком свете свечей

— О, я не могу! — выдыхает она. — Я не могу сидеть во главе стола. Это ваш дом.

— Нет, я настаиваю. Пожалуйста, тебе следует узнать и меня, и брата в равной степени.

Я встаю и галантно выдвигаю стул для Мишель. Она нерешительно встаёт и передвигает стулья. Мой камердинер поднимает брови, но знает, что лучше не подвергать сомнению мой выбор.

Габриель злобно ухмыляется моим действиям.

— О-о, милая. Теперь ты в

пределах лёгкой досягаемости. Я уже могу сказать, что произойдёт.

Мишель хихикает в ответ на насмешку, и я рад, что поменялся местами с застенчивой женщиной.

Ей нужно чувствовать себя здесь непринуждённо, комфортно от того, что о ней заботятся, потому что мы собираемся многого от неё требовать. Нас будет двое, и мы будем делать гораздо больше, чем просто сидеть.

Пока ужин медленно продвигается, я наблюдаю за женщиной с пышными формами, восхищаясь её непринужденностью и красотой. Она заставляет смеяться и меня, и моего брата, и смеётся по-настоящему. С ней по-настоящему весело, мило и очаровательно находиться рядом. Проблема в том, что мы собираемся разрушить её жизнь, и пути назад не будет.

Глава 8

Мишель

Сидя за столом при свечах, слушая тихую музыку на заднем плане и разглядывая двух сексуальных парней по обе стороны от себя, я не совсем уверена, что не сплю.

Я откусываю кусочек аппетитного на вид филе-миньон, мне не терпится попробовать изысканное мясо, о котором я раньше только читала.

— Боже мой, — стону я, когда на мой язык обрушивается волна аромата. — Это невероятно.

Братья Костас широко улыбаются.

— Это говядина Вагю, — говорит Габриель и пожимает плечами. — Значит, она из Японии и определённо вкусно, — он подмигивает мне, и я могу сказать, что он рад, что мне нравится блюдо.

Я делаю глоток вина, размышляя, когда и как задать братьям те многочисленные вопросы, которые у меня есть. Вместо этого я решаю ещё немного последовать их примеру и поддерживать непринуждённую беседу.

— Почему вы привезли меня сюда, на Лонг-Айленд, вместо того, чтобы остаться на Манхэттене? — я ем с вилки аппетитную картошку.

«Это лучшее блюдо, которое я когда-либо пробовала», — думаю я и снова чуть не стону вслух.

— Хороший вопрос, — отвечает Том, откусывая от своего ужина. — У каждого из нас с Габриелем есть свои дома в городе, но мы делим этот дом, поскольку он принадлежал нашей семье на протяжении нескольких поколений. Так что, если бы мы все остались на Манхэттене, нам пришлось бы выбирать, какой квартире отдать предпочтение.

— Не говоря уже о том, что на Манхэттене масса отвлекающих факторов. Здесь, ну, здесь только мы. И наш домашний персонал, конечно, — Габриель откусывает кусочек стейка, прежде чем снова подмигнуть мне.

— Я начинаю подозревать, что ты озорной братец, — поддразниваю я красивого мужчину.

Том прыскает со смеху.

— Она справилась!

— Что, почему? — спрашивает Габриель, приподняв брови. Я смеюсь над его глупым выражением лица.

Я игнорирую его вопрос и поворачиваюсь к Тому.

— А ты самый спокойный, — говорю я ему.

— Я бы с этим согласился, — предлагает Габриель, делая глоток восхитительного красного вина. — Я залезаю в горячую воду, и Том вытаскивает меня из неё, — он благодарно улыбается своему старшему брату.