Классная работа
Шрифт:
Баки небольшого реактивного самолета наполнены до краев, а диспетчера ждут моих указаний по месту полета. И они не заставили себя ждать.
— Германия, Берлин, — сообщил я пилоту, а тот продублировал его по рации.
В течение получаса происходило согласование, и наконец, нам дали добро на взлет. К этому моменту мы уже выпили по бокалу шампанского, сидя в роскошных кожаных креслах. Небольшой восьмиместный самолетик был предназначен для частных полетов, поэтому комфорт в нем был максимальным. И, что самое смешное — не я выбирал его
Разгон, толчок, несколько минут карабканья вверх, на нужную высоту и вот, милая стюардесса Жанна, с ослепительной улыбкой объявляет, что ремни безопасности можно отстегнуть.
И я вновь формирую задание. Наверное, сегодня я поставлю рекорд по квестам. Там много и так часто я их никогда не делал.
Договориться с правительством Германии о встрече и переговорах с Учителем на взаимовыгодных условиях. Срок исполнения — один час. Награда: 10 000 опыта. Наказание — снижение репутации.
Скидываю его Сергееву.
Вот скажи мне полгода назад, что я буду напрямую указывать президенту Российской Федерации… Счел бы это достаточно глупой шуткой.
Спустя минуту звякнуло смс. «Принято». А еще через пятнадцать пришел более развернутый ответ «Канцлер и Федеральный совет безопасности ФРГ ожидают вас».
Задание выполнено. Начислить положенную награду? Да\Нет?
Да.
Быстро и оперативно. Когда это необходимо, даже чиновники до мозга костей, умеют быстро работать.
Спустя два с половиной часа, Международный аэропорт Берлина Брандербург открыл для нас зеленый коридор, и мы начали снижение.
Касание, толчок и вот наш маленький самолетик уже заруливает к нужному ангару. Черный Фольксваген Фантом, принял меня со Степанычем в свое кожаное нутро, и довольно зарычав тронулся в путь.
Я впервые попал в Берлин, поэтому с удовольствием рассматривал виды, мелькающие за стеклом автомобиля. Рой внес в нее свои коррективы, то там, то здесь видны блок-посты и патрули, но все равно большой город жил своей кипучей и насыщенной жизнью.
И привезли нас в Рейхстаг. Вернее, сейчас он назывался Бундестаг. Но я посмотревший в детстве десятки фильмов про Вторую Мировую войну, в том числе про взятие Берлина, не мог назвать его как-то по другому. Эти характерные колонны, этот купол над зданием, на котором когда-то водрузили красный флаг. Вот уж не знал, что такое знаковое место до сих пор исполняет свои функции, заложенные в него изначально. Хотя, насколько я мог судить по количеству гуляющих здесь людей, Рейхстаг также успешно использовался и как туристическая достопримечательность.
Вышли, осматриваясь. «Можем повторить» — еле слышно прошептал Степаныч, задирая голову вверх, рассматривая монументальное здание правительства Германии.
Нас встретила русоволосая девушка в строгом деловом костюме и поприветствовала на ломанном русском. Я тоже
Не знаю, насколько сильный у меня был акцент, но главное — она меня поняла. Большего не надо.
Указывая путь рукой, она повела нас вовнутрь здания. Налево, направо, по лестнице вверх и вот перед нами распахиваются двери в небольшой, уютный кабинет с тяжелым деревянным столом по средине комнаты. По стенам висят портреты с которых на нас умным взглядом взирают мужчины и женщины.
За ним восседает нынешний канцлер ФРГ — Генрих Штоф. По правую руку от него — на диване сидят несколько человек. Я так понимаю это их совет безопасности или что-то в этом роде.
Быстро здороваемся и занимаем места напротив. Положительно киваю на предложение чашки кофе и упираюсь во внимательный и ждущий взгляд канцлера.
Это правильно, не стоит ходит вокруг да около.
Достаю из внутреннего хранилища заранее приготовленную коробку и вытянувшись, ставлю ее на стол, прямо перед руководителем страны. Она не очень большая, примерно как коробка из-под обуви.
— Откройте.
С некоторой опаской, Генрих Штоф поднимает крышку и вопросительно поднимает бровь.
Ну правильно, он никогда такого не видел.
— Это импланты. Именно их вы просили буквально позавчера. А также на прошлой неделе. И на позапрошлой тоже.
С опаской, мужчина взял один из белых, похожих на кусочек лейкопластыря прямоугольник. Да, зародыш импланта не выглядит сногсшибающе. Не для того он создан, чтобы производить впечатление. Его функция в другом. Он обычных людей превращает в нечто сногсшибающее.
— Здесь около пятисот штук, — продолжил я, когда канцлер, аккуратно положил имплант обратно. — К сожалению, больше в коробку не влезло. Но прямо сейчас я готов вам предоставить, помимо этих пяти сотен, еще полторы тысячи. И еще три тысячи завтра. И столько же послезавтра. А потом по тысяче штук каждую неделю. И количество будет расти.
Сейчас, на своем уровне, я производил в сутки именно три тысячи этих штучек. Но, благодаря ежедневному опыту от последователей, я практически раз в два дня получал новый левел. А так как конструктор увеличивал производство на мой каждый пятый уровень, то приблизительно раз в десять дней, количество изготавливаемых имплантов увеличивалось.
— Что от нас требуется взамен? — спросил Генрих. Молодец, понимает, что такие срочные дела и щедрые подарки требуют не менее щедрой отдачи.
— Вы все, прямо сейчас, клеите имплант себе на руку. И не снимаете с себя полномочий по руководству страны и министерств, по крайней мере в ближайшие три года.
— То есть мы становимся вашими учениками? — уточнила единственная женщина в этом кабинете.
— Именно, — я согласно кивнул головой.
— Ааа, скажите, — канцлеру было явно неудобно задавать мучавший его вопрос. — Вот все эти последствия, о которых говорят, это правда?