Клан Одержимого
Шрифт:
Люди действительно интересовались и начали трактовать Библию по-своему.
Католическим священникам посыпались неудобные вопросы про обширные земельные наделы, богатства Папы, расходы и образ жизни самих проповедников.
Это был мой дебют. Самое начало разворачивающейся игры.
Я все заранее точно рассчитал. Теперь мне оставалось ждать и наблюдать за красотой событий, которые я запустил.
Мой разум наполняла уверенность в справедливости того, что я делаю.
Папа больше не сможет безраздельно
Из штабов, расположенных во всех крупных городах Европы, неспящие доносили о том, что ситуация накаляется и Ватикан не успевает реагировать.
Котел закипал и мне пора было отправляться в самое пекло. Я был готов нанести главный удар.
Оставив Андреаса и Прохора на хозяйстве в Новгороде. Я под именем дьяка Дмитрия Герасимова в сопровождении Маэстро, сестер и восьми отборных одержимых, выехал с верительными грамотами на посольской карете в Саксонию.
Документ и печати от князя мне раздобыл Маэстро, и я, как важный государственный человек со своей свитой, встречал везде надлежащий почет и подчеркнутое уважение.
Идя по картам, привезенным Маэстро
Мы добрались до Германии за рекордные сорок дней, успев привыкнуть к тяготам пути и вечно сменяющимся пейзажам, и городам.
К моему удовлетворению, неспящие отработали на отлично. Они обеспечивали незримые сопровождение и охрану с того момента, как мы пересекли границу с Великим Княжеством Литовским.
Нас везде пропускали без досмотра и формальностей, и мы не встречали особых препятствий на всем маршруте.
Я заранее выбрал конечным пунктом город Виттенберг, потому что вся городская власть и духовенство сплошь состояли из членов клана одержимого.
Прибыв в город уже ближе к полуночи, я мы заселились в один из самых роскошных гостевых домов Саксонии.
Мои спутники устали с дороги и я приказал накрывать роскошный ужин по причине прибытия пункт назначения.
Я попросил их начинать без меня и обещал скоро вернуться. А сам отправился один на центральную площадь. Людей и стражи на улице уже не было. Городок оставлял впечатление размеренного, спокойного места.
Через несколько минут, как только пробьет полночь я нанесу свой решающий удар.
Папа Римский Лев Х сделал не один ошибочный ход и проиграл. Не нужно было злить и объявлять охоту на простого русского сисадмина Савву Филатова. Не нужно было трогать моих друзей.
Я мысленно обращался к моему врагу:
«Папа Римский Лев Х. Ты слаб. Ты не смог меня найти. Тебя не хватило даже на легкий ветерок. А завтра ты пожнешь бурю! Ты мне не ровня! Ты хотел войны? Ты ее получишь! Грядет большая война!
Ты сделал мне больно — ты убил и замучил моих братьев и сестер, друзей, разорил их дома и семьи, ты убил ту, которую я люблю.
Но ты заплатишь! Ты заплатишь за это огромную цену!
Я задыхался от ярости стоя пред дверьми, держа в руках молоток, гвозди и печатный лист бумаги. Громадный колокол зычным густым звоном возвестил о наступлении полночи…
Глава 25
Несколько десятков людей в черных капюшонах прибивали копии девяносто пяти тезисов к дверям церквей, соборов и костелов в крупных городах Европы.
Сама бумага была пропитана запахом духов, заказанных специально для этого случая в Кёльне. Это было сделано специально, чтобы никто не мог сфальсифицировать листовки в дальнейшем.
Я запустил необратимый процесс.
Одним из самых первых был пункт о внесудебных расправах над невинными людьми.
Те, кто погиб или были искалечен инквизиторами без особых причин, остались в памяти людей.
Наутро те, кто читали мои переводы Библии выстраивались у дверей храмов, чтобы задать вопросы священникам.
Возникали стихийные собрания на площадях городов и поселений. Растерянное католическое духовенство не знало, как реагировать на происходящее.
Некоторые священники трусливо убегали, другие хамили и угрожали пастве.
Но народ, почувствовав свежий глоток воздуха смеялся над ними.
Подобную картину я наблюдал из окон нашего постоялого двора, который назывался «Черный вепрь»
Пока я остался доволен результатом.
Сестры, видя перемену моего настроения в лучшую сторону, старались быть все время рядом.
Они были счастливы. Обе были готовы выполнить любую мою прихоть или приказ.
Я думал, что Ватикан отреагирует быстрее и жестче.
Все-таки, не каждый день ему бросают вызов.
Но то ли из глупости, то ли из страха передо мной, папские чиновники пытались приуменьшить значение происходящего и докладывали Папе полуправду.
Я заранее просчитал эту ситуацию.
Они бы так и пытались бы замять, скрывая информацию, если бы вскоре мои девяносто пять тезисов не появились бы на улицах и площадях Рима, а потом в самом Ватикане.
По рассказам очевидцев, появление листовки привело Папу Льва Х в жутчайший гнев с истерикой, не утихавшей стуки.
Сотни тайных агентов были брошены для того, чтобы найти меня.
Но это не так-то просто.
В каком из городов Европы меня нужно было искать?
Как я выглядел?
Как искать и ловить человека по имени Мартин Лютер, о котором еще вчера никто ничего не знал.
По распускаемым мною слухам, я был католическим священником. Человеком, ведущим очень аскетичный и религиозный образ жизни.