Киндрэт. Кровные братья
Шрифт:
— Сейчас же. При мне.
Констанс шевельнулась в кресле. Она не успела ознакомиться с посланием.
— Если вы настаиваете.
Фелиция встала, отошла к бюро. Зажгла свечу, показала тхорнисху черный конверт и листок, исписанный мелким почерком Храньи. Подожгла, бросила горящую бумагу на медное блюдце, и когда та превратилась в черный комок пепла, вернулась на прежнее место. Гость, внимательно за ней наблюдающий, расслабился, откинулся на спинку кресла, положил ногу на ногу, опустил тяжелые веки, скрывая черный огонь в глазах:
— Меня
— Насколько мне известно, — осторожно заметила Фелиция, — госпожа Бальза не является главой клана и не имеет права на титул, которым вы назвали ее.
— Совершенно справедливое замечание. — Гость улыбнулся, если его оскал можно было назвать улыбкой. — Но это маленькое недоразумение мы хотим исправить. С вашей помощью, Леди.
Он снова огляделся, словно пытаясь определить толщину стен:
— Надеюсь, все сказанное останется между нами и не выйдет за пределы этой комнаты.
— Господин Альгерт, вы можете быть в этом абсолютно уверены.
Несколько мгновений тхорнисх испытующе смотрел на нее, потом кивнул:
— Нахттотер Хранья заверяет клан Даханавар и леди Фелицию лично в своей полной преданности и просит помощи и поддержки, — голосом, лишенным интонаций, произнес посланник.
Мормоликая уже прочитала об этом в письме.
— Какая именно помощь требуется уважаемой госпоже Бальза? — так же равнодушно спросила она.
И тут выдержка изменила Альгерту. Он встал. Обошел свое кресло, оперся ладонями о спинку, как о трибуну. На указательном пальце левой сверкнул фиолетовый аметист, на правой не было половины мизинца. Странные руки. Корявые, узловатые, как корни, но в них еще угадывается прежнее изящество. Раньше они были красивыми.
— Мы хотим уничтожить Миклоша. Этого blutsauger! Извините, леди. Нас всего пятьдесят. Личных друзей и солдат госпожи Храньи. Мы не имеем права покидать территорию проживания, не можем обращать смертных, не смеем создавать человеческих слуг. Это унизительно и не может продолжаться бесконечно!
Фелиция знала историю падения сестры главы клана Золотых Ос. Магически та была слабее Миклоша и проиграла в борьбе за власть. Он не уничтожил ее, а отправил в изгнание вместе с несколькими десятками сторонников. И до сих пор считалось, что она находится под его полным контролем. Интересно, почему нахттотер не убил родственницу? Неужели их кровная связь оказалась настолько сильной? Или считал ее жалким, безопасным ничтожеством?
— Уважаемый Альгерт, Бальза очень силен. Активное противостояние ему видится мне по меньшей мере безрассудным.
— Нет-нет! — Тхорнисх поднял обе руки, как будто защищаясь от ее смелого предположения. — Ни в коем случае! Нам всего лишь нужна помощь вашего телепата.
Дверь распахнулась без предупреждения, громко стукнув ручкой о стену. В комнату шагнул Дарэл. Растрепанный, мокрые от тающего снега волосы висели слипшимися сосульками, джинсы чуть ли не до колен заляпаны грязью,
Вошел, похлопывая перчатками, зажатыми в кулаке, себя по бедру, прищурился, мельком взглянув на Констанс, кивнул Фелиции и уставился на гостя. Неприлично пристально и вызывающе.
— Тхорнисх, — заявил Дарэл вместо приветствия, — старший ученик Храньи Бальза.
И это сканэр, помощник Первой Старейшины, лицо клана. Мормоликая обреченно вздохнула. Иногда он вел себя безупречно, но иногда как будто специально забывал о правилах приличия. Пытался утвердиться в своем ощущении свободы и независимости от клана и от нее самой?
— Господин Альгерт, это Дарэл Даханавар. Тот самый телепат, о котором вы только что говорили.
Посланник усмехнулся, крепче сжал спинку кресла:
— Я понял.
Неслышно вошел Себастьян, деликатно забрал у Дарэла перчатки, а тот, не отрывая взгляда от тхорнисха, стянул куртку и сунул ее мажордому. Взял первое попавшееся кресло, с грохотом подтащил его к стулу Фелиции. Уселся, загородив спиной Констанс, шумно вздохнул и заявил:
— Закройте окно. Альгерта напрягает, что оно открыто.
Посланник улыбнулся и произнес довольно:
— Был бы вам очень признателен.
Себастьян опустил тяжелый щит, и в комнате стазу стало уютнее. Вид черного прямоугольника, исчерченного белыми штрихами летящего снега, больше не вызывал смутного беспокойства.
— Итак, вот мой сканэр, — сказала Фелиция, когда за мажордомом закрылась дверь. — Как он может помочь в вашем деле?
Тхорнисх покачал кресло на задних ножках, как будто проверяя его устойчивость:
— Миклош очень силен. Мы хотим знать пределы его возможностей. Насколько его сила превосходит силу госпожи Храньи. И превосходит ли.
— Вы хотите, чтобы я просканировал нахттотера на предмет его ментальных возможностей? — Лицо Дарэла окаменело, взгляд казался остановившимся, двигались только губы. С усилием, медленно.
— Да.
— И, если Хранья окажется сильнее, убьете его? А если нет — будете ждать дальше?
— Госпожа работает каждый день. Ее магия растет. Но мы не можем рисковать. Я должен быть уверен. — Посланник посмотрел на молчавшую Фелицию. — Помогите нам, и клан Тхорнисх, новый клан Тхорнисх, не останется в долгу.
«Леди! — Возбужденный голос Дарэла пробился сквозь рой мыслей, гудящих в ее голове. — Я могу просканировать Миклоша. Это не будет мне ничего стоить».
Фелиции не понравился его азарт. Сенсор сидел по-прежнему безучастный, неподвижный. Но внутри кипел и искрился от бурной энергии.
«Ничего не будет стоить?! Ты уверен?»
Он «ощетинился» в ответ на ее иронию.
«Да! Уверен!»
«Скажи, Дарэл, твое желание покопаться за ментальным щитом Бальзы никак не связано с просьбой Светлова о мести тхорнисхам? Ты не оставил свою глупую идею?»