Килроун
Шрифт:
— Пойми меня правильно, Тил. Я не стремлюсь к драке. Нас ожидает горячая схватка, если Таинственный Пес со своими храбрецами нападет на нас, что, по-моему, должно случиться. А у Дейва Спроула времени достаточно.
Единственная улица в Хог-Тауне, представляющая собой участок грязной дороги, была погружена в темноту. Однако в салуне горел свет, и оттуда доносились звуки металлической музыкальной шкатулки. За несколько ярдов до того места, где улица кончалась, Килроун остановился.
— Подумай, Тил, где вероятнее всего может
— Да, кэп, это проблема, настоящая проблема. Если бы им нечего было скрывать, то скорее всего ее оставили бы около загона или амбара, но мне кажется, сейчас ее надо искать где-нибудь поближе, скажем, сзади самого заведения. — Тил показал рукой. — Там есть стойло поменьше, где Дейв держит своих лошадей, а позади стойла растут тополя и кустарник. Скорее всего, повозка там.
— Ну что ж, давай посмотрим.
Напротив заведения, через дорогу, шла линия хижин. Когда двое всадников стали огибать салун, из одной хижины вышел человек и пошел к нему. Заметил всадников, он замер на месте, глядя им вслед. Неужели солдаты? Или ему только показался блеск латунных пуговиц? Вряд ли в такой дождь. На всех плащи. Тогда почему же ему показалось, что один из них военный?
Войдя в «Эмпайер», Пул не увидел Айрона Дейва и пошел прямиком к бару, чтобы выпить.
— Военные наведывались сегодня? — спросил он.
Бармен покачал головой:
— По-моему, нет. Все ушли в поход, осталось лишь около десятка, но и они наверняка на казарменном положении.
— Ну, конечно, ты прав, — согласился Пул. — Плесни-ка мне порцию индейского виски.
— Индейское виски? Но у нас есть настоящее. В конце концов, ты один из людей Дейва, почему бы и не предложить тебе его?
— Я просил индейское. Я знаю, из чего оно сделано, в нем есть какой-то секрет. Я пил его в течение многих лет, и, как видишь, ничего. Может быть, они подмешивают туда жевательный табак… или стрихнин.
Он взял виски, опрокинул в рот стакан и наполнил его снова.
— Знаешь, почему я спросил насчет солдат? Мне показалось, что я видел одного на улице.
— Тебе померещилось.
При этих словах появился Айрон Дейв и прошел через бар. Большой зал салуна был почти пуст. Дождь и слухи об индейцах удерживали местных жителей в домах, а солдаты ушли.
Спроул всегда одевался как горожанин, только подвертывал рукава рубашки, а поверх жилета у него матово поблескивала массивная цепь из золотых самородков, единственное, что выпадало из общего стиля, — кобура с револьвером.
— Как дела, Пул? — бросил он на ходу.
— Ему тут померещилось кое-что, — заметил бармен, — еще до того, как принял. Если ему верить, то он только что видел солдата.
— Солдата? Где?
— Они поворачивали за угол. — Пул показал на заднюю стену салуна. — Их было двое, и мне показалось, что один из них солдат. Но я не разглядел их лица.
Спроул резко повернулся:
— Дик! Пит! Вы и Шак выйдите и посмотрите,
Он опять повернулся к Пулу:
— Иди с ними! Если кого-нибудь заметишь, стреляй.
Пул не двинулся с места.
— Я нанимался как следопыт, — проговорил он, — и как проводник, если понадобится. Ни в кого из солдат стрелять не буду. Я отказываюсь.
Спроул пристально посмотрел на него:
— Тебе это припомнится, Пул.
— У меня уже есть опыт, — сухо заметил Пул. — Если человек затевает нехорошие дела с армией, то он обычно плохо кончает.
А Тил тем временем вел Барни прямо к повозке, нагруженной бочками. Они быстро поставили перед ней мулов, подняли оглоблю и стали толкать повозку вперед. Действовали оба с максимальной скоростью. Килроун закреплял цепи, когда хлопнула дверь.
— Они идут, Тил. Садись в повозку и поезжай.
— А как же вы?
— Я присоединюсь к тебе перед домом. Поезжай вдоль реки, развернись и направляйся по улице к форту. Я буду перед домом в одно мгновение. Если кто-то попытается остановить тебя… стреляй.
Повозка тронулась, возле кустов возницу окрикнули. Человек по имени Пит пробирался сквозь кусты с поднятым револьвером. Он не видел Килроуна до тех пор, пока не стало слишком поздно. Пуля, выпущенная из револьвера, угодила в кисть Пита, в которой он держал оружие. Пит вскрикнул. Килроун резко повернулся, и тут всего в пятнадцати ярдах прогремел выстрел, он мгновенно выстрелил в ответ, сменил место и опять выстрелил в сторону реки, где послышался всплеск воды. Пройдя пару футов, он остановился, перезарядил револьвер и прислушался.
Все стихло. Он подождал еще какое-то время, затем обогнул дерево и пошел назад через кусты. Сзади него Пит стонал и ругался — скорее всего ему раздробило кости. Если рядом с ним затаился кто-то еще, ему явно не понравилось то, что случилось.
Килроун вложил револьвер в кобуру, пересек задний двор, миновал стойла и по дорожке вышел к задней двери салуна. Войдя, он очутился в длинной комнате, пересек ее и, пройдя через следующую дверь, оказался в салуне.
В пустом зале возле дальнего конца стойки с бутылкой в руках стоял бармен, а рядом с ним и сам Айрон Дейв.
— Привет, Дейв, — тихо произнес Килроун. — По-прежнему занимаешься своими делишками, как я вижу?
— Килроун! Ты? Я должен был бы сразу догадаться. Ну, рад тебя видеть. Значит, мы сможем утрясти кое-какие проблемы.
Килроун покачал головой. Он стоял, широко расставив ноги, готовый мгновенно сменить положение, и все время прислушивался, стараясь уловить звук повозки. Времени оставалось в обрез.
— Я бы с удовольствием задержался, Дейв, и задал бы тебе как следует. Ведь на самом деле, в тебе не так много железа, да и то, что есть, мягчает, иначе ты не был бы таким дураком и не решил бы, что сможешь безнаказанно выйти сухим из воды, затевая такую заварушку.