Килроун

Ламур Луис

С одеялами, ружьями и саквояжем Дениз он направился вместе с ней к штабу.

— Париж где-то далеко-далеко отсюда, — проговорил он. — Ты не скучаешь?

— Иногда. Если бы я сказала «нет», то солгала бы. Но, поверишь ли, вспоминаю о нем не так часто, как можно было бы подумать. Здесь так красиво… Мне очень нравится ездить верхом. У меня есть книги и Бетти, которая мне очень помогает. Она удивительная девушка во многих отношениях. — Дениз мотнула головой в сторону холмов. — Посмотри, как они прекрасны. Фрэнк ненавидит форт. Он подозревает

и меня в ненависти к этому месту и считает, что я ее просто скрываю. Но, откровенно говоря, я полюбила эти горы, они такие мирные, такие… стойкие, на них лежит дух вечности.

Стелла Риболт ждала их в помещении штаба.

— Ой, вы уже все сделали! — воскликнула она жизнерадостно, обращаясь к Дениз. — А я хотела идти на помощь.

— Познакомьтесь, Стелла Риболт, а это Барни Килроун. Вообще-то его всегда знали как капитана Барни Килроуна.

— Здравствуйте, капитан. Ой, а я вас помню! Мы никогда не встречались, но я слышала много рассказов о вас, да-да, много рассказов! Да каких рассказов!

— Лучше не называйте меня капитаном, — заметил Килроун. — Теперь я гражданский.

— Как жаль, что Август не видит вас. Он всегда восхищался вами. Его просто поразило, как вы сумели выследить агента-индейца. «Побольше бы таких офицеров, как Килроун!» — его любимое присловье.

— Но именно по этой причине я и расстался с армией, — сухо ответил он. — Должен сказать, что никто меня не принуждал уйти в отставку, но я должен был кое-что сделать. Ради этого и пришлось расстаться с военной формой.

— Понимаю. — С этими словами Стелла Риболт сделала жест в сторону плиты, где стоял кофейник. — Послушайте, я сварила кофе. Давайте немного отдохнем и поговорим. Мне кажется, бессмысленно сидеть с постными лицами и ждать, когда тебе на голову что-то свалится.

Килроун улыбнулся и сказал:

— С удовольствием, но попозже. Мне надо еще кое-что предпринять.

На улице его остановил один из кузнецов.

— Килроун? — спросил он и, убедившись, что нашел, кого искал, продолжил: — Меня зовут Маккрекен. Сержант Райерсон сказал, что вы будете командовать в форте.

— Маккрекен, я хочу, чтобы вы и ваш партнер Доусон перебрались на склад. С вами будет Вебстер. Наверно, мне нет надобности объяснять, почему нельзя отдать склад индейцам? Поручаю его вам.

— Они его не получат, сэр.

— Мы вам будем помогать, прикрывая фасад и тыл из штаба. Нам также придется защищать парней в госпитале. И мы рассчитываем на вашу поддержку. Только не забывайте следить за глухой стеной.

— А вы не хотите выпустить парней из караулки? Они отличные солдаты, за ними надо только присматривать. Например, Лейхи — лучший стрелок в полку или, точнее, один из лучших. И он настоящий боец… поверьте мне.

— А два других?

— Оба отъявленные смутьяны. Тил — бывший ковбой из Техаса. Ребята говорят, что он прибился сюда, чтобы пережить зиму.

— Юнко зимний!

Маккрекен усмехнулся:

— А

вы знаете жаргонные словечки, сэр. Да, он именно такой. Вообще-то он прекрасный наездник, да и парень неплохой, когда трезвый, а трезвый он почти всегда. Но стоит ему разжиться деньжатами, как тут же бежит в Хог-Таун и играет в покер.

— И, конечно, проигрывает подчистую?

— Откуда вы знаете? — воскликнул Маккрекен и лукаво взглянул на него. — Сами играете?

— Поверьте мне, если салуном владеет Спроул, то играть бесполезно. Он не сыграл ни одной честной игры за всю свою жизнь.

Маккрекен пожал плечами:

— За такие слова в открытую вас и прибить могут.

— Кулак мечтал об этом, — бросил Килроун. — Кажется, ему представится такая возможность.

— А второй, — продолжал Маккрекен, — как он говорит, швед. Правда, он может быть кем угодно… немцем или поляком. У них ничего не разберешь. Но здорово любит и умеет драться, хотя человек — дрянь. Трижды получал звание сержанта и трижды терял его. Он у нас всего несколько недель. Зарегистрировался под именем Мендел.

Дождь не переставал, и в воздухе висел прозрачный туман. Один за другим солдаты выходили на плац, и Килроун показывал им их места. Он выпустил троих арестованных из караулки и определил Лейхи в госпиталь, Тила — в штаб, а Мендела — на склад.

Райерсон будет командовать в госпитале. С ним Рейнхард — возница, и Олсон — повар. Маккрекен отвечает за склад. Сам Килроун предполагал обосноваться в штабе вместе с возницами Келлсом, Дрейпером и Рианом. Риан был братом одного из солдат, погибших с эскадроном «И». В штабе займут оборону Рудио, пекарь, Тил из караулки, а также маркитант Хопкинс. Здесь устроились уже десять женщин и шестеро детей.

— А как насчет Хог-Тауна? — спросил Тил.

— Сами разберутся, — ответил Хопкинс. — У Дейва Спроула там по крайней мере человек двадцать. Кроме того, индейцев интересует форт, и, прежде чем все закончится, нам придется здорово попотеть.

Время шло, все сновали в заботах и делах: запасы продуктов перенесли в помещение склада, госпиталя и штаба, туда же притащили бочки и наполнили их водой. Из лавки маркитанта и со склада забрали все мешки, чтобы бороться с огнем на случай пожара, а из госпиталя — перевязочные материалы и все необходимое для оказания первой помощи раненым.

Все оружие, имеющееся в лавке маркитанта для продажи, сложили в штабе и зарядили. Прибавили еще запасные ружья со склада, и получилось на каждого по две винтовки.

— А кто из женщин готов помочь заряжать ружья? — поинтересовался Килроун. — Кроме мисс Консидайн и миссис Пэддок. Им поручаются раненые, если таковые будут.

— Я умею заряжать, — вызвалась Стелла Риболт. — Пару раз я уже делала это.

Как оказалось, Алиса Дюниван и Софи Доусон, жены сержанта и кузнеца, также умели заряжать ружья. Пат Дюниван, которому исполнилось двенадцать лет, тоже вызвался помочь.