Кейджера Гора
Шрифт:
– Тогда, всё не так просто, - задумался служащий Архона.
– Насколько Вы видите, на ней нет ни ошейника, ни клейма. И она утверждает, что она - свободная женщина.
– Нет, Господин, - сказала я.
– Возможно, мне придётся держать её в течение десяти дней, -продолжал чиновник, - и лишь потом, если не объявятся другие претенденты, передать её Вам.
Тут он запнулся, и удивлённо уставился на меня.
– Что Ты только что сказала? – переспросил он.
– Я не свободная женщина, Господин, - выдавила я из
– Я - рабыня.
– Пусть так, но всё равно могут возникнуть проблемы, - заявил служащий Архона. – Если она станет отрицать, что она именно Ваша рабыня.
– Нет, Господин, - почти задыхаясь, проговорила я.
– Я - его.
Надо сказать, что сами слова ужасно напугали меня. Конечно, я знала, что лгала, но, тем не менее, они напугали меня. А насколько же страшно было бы, подумала я, произнести эти слова, зная, что они были истинны, что ты действительно полностью принадлежишь мужчине.
– Ты признаёшь, что Ты - его рабыня? – строго спросил меня служащий.
–
Ты признаёшь это свободно, и не под пыткой?
– Да, Господин, - ответила я.
– Я признаю, что я - его рабыня.
– Значит, Ты лгала нам прежде, - заключил он.
– Да, Господин, - согласилась я, и к своему ужасу увидела как он отстёгивает плеть от своего пояса.
– Нет, нет, - заулыбался Спьюсиппус. – В этом нет необходимости. Я уверен, что маленькая Лита уже извлекла свой урок. Не так ли, Лита?
– Да, Господин, - торопливо отозвалась я, выкручиваясь в цепях, и пытаясь разглядеть, вернул ли служащий Архона плеть на свой пояс.
С облегчением я отметила, что именно так он и поступил.
– Все проблемы возникли из-за того, что Вы своевременно не поставили ей клеймо и не надели ошейник, - выговорил чиновник Спьюсиппусу.
– На вашем месте я бы занялся решением этих вопросов как можно быстрее. Если она сбежит от Вас снова, Вы, возможно, уже не сможете возвратить ее столь просто. Любой другой поймавший её мужчина, решив оставить эту девку себе, запросто может должным образом заклеймить её и надеть свой ошейник, тогда докопаться до истины будет гораздо сложнее.
– Я немедленно, и со всей серьёзностью, займусь решением этих вопросов, - пообещал Спьюсиппус, кивая с серьёзным видом.
А я про себя улыбнулась. Я заметила, что у Спьюсиппуса не было намерений поступить со мной столь жестоко, и выжечь на мне клеймо, или столь унизительно, надев на меня ошейник. В конце концов, он же не позволил служащему Архона избить меня плетью. Мне представлялось, что торговец будет обращаться со мной с мягкостью, добротой и уважением. Кажется, что у меня не было причин бояться Спьюсиппуса. И наконец, я была свободной женщиной, и Татрикс Корцируса.
– Спасибо, Господин, - облегчённо сказала я, чиновнику, когда тот снял кандалы с моих запястий. Как это здорово, иметь возможность просто опустить руки. Я чуть не повалилась
– Бедная маленькая Лита, - посочувствовал мне Спьюсиппус, и легко потрепал меня по плечу. – Этот опыт оказался для Тебя таким ужасным! Но не волнуйся, моя маленькая Лита, всё уже позади. Сейчас я заберу Тебя с собой.
– Спасибо, Господин, - всхлипнула я, играя свою роль.
Но вдруг я почувствовала, что мои руки, оказались заломлены за спину, и перехвачены верёвкой с проволочным сердечником. Меня связали, и довольно туго. Следом у меня на шее оказался поводок, как у собаки, или даже хуже, чем у собаки! Это был рабский поводок! Я оказалась на привязи, как рабыня.
– Могу я возместить Вам затраты на её содержание? – вежливо поинтересовался Спьюсиппус.
– В этом нет необходимости, - отмахнулся служащий Архона.
– Подобные услуги оплачиваются из казны городом.
– Превосходно, - обрадовался Спьюсиппус.
– Пойдём, Лита.
Чувствительный рывок привязи, оказался совершенно неожиданным для меня. Меня повели на поводке!
– Не советую Вам потакать ей, - предостерег чиновник, - испортите.
– Мы же не хотели бы Тебя испортить, не так ли, Лита? – спросил меня Спьюсиппус.
– Нет, Господин, - вздрогнув прошептала я.
Гореанские рабыни, как мне кажется, нечасто подвергались опасности быть испорченными. Обычно их держат в железной дисциплине.
Я торопливо последовала за Спьюсиппусом прочь от столба, стараясь не отставать от него. Мне не хотелось бы, почувствовать на своей шее туго натянутый поводок.
– Господин, - окликнула я торговца, едва мы немного отошли от платформы.
– Что? – отозвался тот.
– А Вы можете прочитать надпись, что была на табличке над моей головой, пожалуйста?
– Да, могу, - ответил он. – Там сказано: «Кому принадлежит эта рабыня? Кто может идентифицировать её?»
– И это - всё? – удивлённо спросила я.
– Да, - пожал он плечами.
– Спасибо, Господин, - не забыла поблагодарить я.
Я была поражена тем, что из-за столь ничтожного повода, свободная женщина, избила и унизила меня, закованную в цепи!
Торговец натянул поводок, вынуждая меня приблизиться к нему, чего мне ну никак не хотелось делать.
Значит, на табличке было предположено, что я была рабыней.
Безусловно, гореанские мужчины рассматривали меня, как если бы я принадлежала к той презираемой категории, как если бы это и в самом деле было именно так. И они могли быть довольны, ведь с их точки зрения я была идентифицирована как рабыня, и её рабовладелец найден. Он даже пришёл, чтобы потребовать её возврата.
– Не бойся, - усмехался Спьюсиппус.
– Да, Господин, - ответила я, чувствуя, как он выбрал слабину поводка, так что мне пришлось сделать шаг к нему, потом ещё, пока я не оказалась в нескольких дюймах от него.