Каюсь. Том Второй
Шрифт:
Я была на седьмом небе, и в тоже время ужасно волновалась. Первым делом, конечно же, встал вопрос, что одеть. Естественно, моей тщеславной натуре хотелось блистать, но потом я решила удивить Гладышева и выбрала скромный, но невероятно женственный наряд. Платье было на тонких бретелях, чуть ниже колена, струящееся, легкое, романтичное. Единственное, что в нем было сложное – это цвет: разные оттенки сиреневого гармонично сочетались с серым и бирюзовым, а в некоторых местах создавалась имитация текстуры змеиной кожи-такой вот ансамбль, но он не был перегружен, напротив, нежный и воздушный. Образ я завершила
Посмотрев на себя в зеркало, осталась довольна открывшейся картиной. Я была без преувеличений прекрасна. Но все равно очень переживала, что образ слишком прост и Олегу не понравится. Последний час перед встречей, я только и делала, что бегала из угла в угол, умирая от волнения. Еще новые туфли немного жали, вызывая дискомфорт. Но они были настолько красивы, что я готова была стереть ноги в кровь, чем отказаться от этих роскошных шпилек из серебристой змеиной кожи.
Когда Олег известил о том, что подъехал, я чуть сознание не потеряла от подскочившего в крови адреналина и эндорфинов. Пришлось даже опрокинуть в себя остатки коньяка, и только после, втянув побольше воздуха, я отправилась на свое первое, настоящее свидание с любимым мужчиной.
Когда я села в машину, Олег с кем-то разговаривал по телефону, чему я была безумно рада, поскольку нервозность моя достигла апогея, а если бы он еще уделил чрезмерное внимание моему выходу, то однозначно до машины Яночка бы не дошла.
Но оказывается, я начала радоваться раньше времени. Гладышев, закончив разговор, повернулся ко мне и внимательно оглядел ласковым взглядом, я же от волнения забыла, как дышать.
– И где моя Чайка?- заявил он, ошарашив меня.
– В смысле?
– Ну, знаете, Яна Владимировна, я настроился на шоу: супер-мини и декольте до пупка, а тут такой облом,- поцокал он разочарованно.
– Иди ты на хрен,- отмахнулась я, облегченно смеясь.
– Вот, теперь узнаю,- кивнул он со смешком.
– Иди поцелую, малыш, соскучился по тебе.
Я не раздумывая, поддалась навстречу ему, Гладышев начал страстно целовать меня и, конечно же, дал волю рукам, но я тут же их перехватила.
– Может, ну его - этот театр?- подмигнув, предложил он, веселя меня.
– Нет уж, Олеженька, взялся за гуж, не говори, что дюж. Так что не порти мне красоту, - отстранившись, поправила я платье.
– Ее невозможно испортить. А вот облагородить самое время, - сделал он комплемент и кивнул на бардачок, отчего у меня тут же забилось сердце в предвкушение.- Достань, там для тебя кое-что есть.
Среди бумаг лежал небольшой фирменный пакет с логотипом Chopard. Дрожащими руками я достала красную, кожаную коробочку и перевела изумленный, не верящий взгляд на Олега.
– Что там? – шепотом спросила, разглядывая стильную коробку.
– Открой, - улыбнулся он.
Я нажала на механизм, и коробочка раскрылась. На черном бархате лежал роскошный браслет, инструктированный вытянутыми камнями, переливающимися всеми цветами радуги.
– Это что, бриллианты?- шокировано выдохнула я, осторожно коснувшись этой прелести.
– Нет, малыш, бижутерия, - подмигнул Олег и достал браслет.
– Давай, посмотрим, угадал с размером.
Пока он застегивал на мне
– У тебя такой траурный вид, что я начинаю сомневаться, что бриллианты – ваши лучшие друзья, - подразнил Гладышев , и завел машину.
– Не траурный, просто это невероятный подарок, и я в шоке, - пояснила я, сглотнув накатившие слезы.
– Это не подарок. Всего лишь возвращаю «залог», - сообщил Олег невозмутимо и качнул подкову на тонкой золотой цепочке, прицепленной к зеркалу заднего вида, и вот тут меня прорвало, грудь сдавили рыдания. Я вспомнила тот первый вечер, вспомнила, как повесила эту цепочку, чтобы напоминала обо мне. Разве могла я представить, что почти через год это приведет к этому моменту? Нет и еще раз нет. Слезы покатились по щекам от захлестнувшей нежности и любви к этому внимательному, заботливому, замечательному, самому лучшему мужчине на свете. Наверное, в эту минуту я окончательно простила ему все.
– Спасибо, - прошептала и, сжав его руку, с чувством поцеловала, закрыв глаза, орошая слезами.
Олег ничего не сказал, осторожно вытер мои слезы, стараясь не испортить макияж, и сконцентрировался на дороге.
Путь до театра прошел в тишине, но она была такой уютной, такой наполненной, что хотелось продлить этот момент близости и единения, когда понимаешь друг друга без слов, как можно дольше.
Перед началом балета мы немного поговорили на отвлеченные темы, а после сконцентрировались на постановке. С этой минуты весь мир перестал существовать для меня, я полностью погрузилась в происходящее. К моему стыду это был мой первый поход в Большой театр, поэтому, конечно же, меня захлестнули эмоции, которые я долго переваривала и пришла в себя только, когда мы подъехали к итальянскому ресторану «Марио».
Это было фешенебельное, необычайно красивое, дорогое место. Сама атмосфера была наполнена шлейфом богатой, красивой жизни. Публика тоже исключительно модная, дорогая. Но, несмотря на некий пафос, бросающийся изначально в глаза, тут было очень уютно. Приятный, не напрягающий глаз интерьер, выдержанный в светлых тонах, и потрясающее обслуживание. Нас очень тепло встретили и усадили за столик у камина, который тут же разожгли, так как я немного замерзла.
Но самым главным достоянием ресторана, конечно же, была изысканная кухня. Как сказал мне позже Олег, это единственное в Москве место, где можно насладиться настоящей итальянской кухней, в которую он влюбился с самой первой поездки в Италию. Поскольку я в Италии так и не побывала, то сравнивать мне было не с чем, но паста действительно, оказалась, изумительной, о чем я и сообщила шеф-повару, когда он лично вышел поприветствовать гостей.
– Чудесное место, - заключила я, попивая вино, наслаждаясь живой музыкой.
– Да, люблю этот ресторан за особую атмосферу dolce vita, - согласился Олег.- Ну, как тебе балет?- спросил он, откинувшись на спинку кресла.
– А тебе?- решила я для начала узнать его мнение, чтобы не выглядеть после дурочкой.
– Я мало, что в этом понимаю, но бывало и лучше, - небрежно отозвался он, и сразу же пояснил,- Во –первых, мне не понравились декорации. Эти выкрашенные в мышиный цвет стены просто убийственны.