Катриэль
Шрифт:
Когда волшебная повозка, наконец, остановилась, девушки с радостью выпрыгнули на молодую травку. Они пробыли в пути вечер и всю ночь, а это утро показалось им самым долгожданным. Феарольф решил не изводить непривыкшую к дальним дорогам молодежь, и устроиться на «ночлег» здесь. Он, конечно же, не знал, что за юной хранительницей охотится древний дух, оттого и был спокоен. Единственной его заботой сейчас, было не попасться на глаза какому–нибудь служителю магистериума.
Ольга потянулась.
– А они не могут
Катя не могла упустить момента, чтобы не подколоть ворчливую блондинку.
– Что–то тебя последнее время часто тошнит? А жених твой об этом знает?
Ольга повернулась к бывшей подруге. – Знаешь что.., – она не договорила, потому что вспомнила о своем избраннике. – Боже, Илья! Меня нет уже больше недели. Это ужасно. Я никогда с ним так надолго не расставалась. – В ее глазах заблестели слезы. – Ты ж его кузина, как думаешь, он уже нашел себе другую?
– Другую, возможно. Но такую как ты навряд ли. – Честно ответила Катя, и подмигнула блондинке. – Ну, ничего страшного, когда вернешься, расскажешь, ему все как было. Уве–е–ренна, он поймет.
– Издеваешься?
– С удовольствием, – Катерина была вновь честна.
Нэльс и Марк помогали разбивать лагерь.
Фонарщик остановился, и не без личного интереса обратится к книгочею.
– Что за Илья такой?
– Ну, судя по всему, это молодой человек Ольги и брат Екатерины.
– Это я и сам понял, – фонарщик закатил глаза и продолжил разбирать вещи.
Теперь остановился Марк.
– Ого, а что это тебя он так заинтересовал?
– Ничего.
– Да ну?
– Я сказал ничего.
Марк вытащил из кармана желтый платок и, утирая пот со лба, заиграл бровями.
– Совсем, совсем ничего?
– Просто спросил и все, – как можно короче ответил Нэльс, пытаясь отделаться от назойливого книгочея.
– А вот мне кажется, что тебе ПРОСТО понравилась О… – Марк не смог досказать свое предположение, так как ловкий фонарщик пихнул беднягу локтем и тот поперхнулся.
– Ладно тебе, – вбирая воздух ртом, зашептал книгочей. – Ну, понравилась и понравилась. Подумаешь она невыносимая зануда…
На этот раз фонарщик схватил Марка за нос и притянул к себе.
– Мне не нравится ни кто и ни что, кроме моей работы. Ясно?
– Гясно, гясно, – прогнусавил рыжий.
– И спрячь эту косынку куда подальше, если не хочешь, что бы тебе отсекли голову, – процедил Нэльс, резко вырвал шейный платок и спрятал его в карман книгочея.
– Какая забота? – удивился Марк, несмотря на то, что был солидарен с опасениями фонарщика.
Он давно уже понял, что магистериум не совсем честен с его служителями, что магия все ещё существует в этом мире. Причем в довольно приличных количествах. Книгочея это не пугало, наоборот забавляло дерзкого юношу, давно грезившего о подвигах.
Пока наши герои выясняли отношения, Феарольф, заботливо распрягал кентавров.
– Отдохните, совсем немного осталось.
– Кто бы знал, – Фобос встряхнул рыжим хвостом, – что кто–либо из моего рода, будет везти, одного из легендарных хранителей.
– Тш–ш. Не хотелось, чтобы она узнала об этом именно от тебя, – Феарольф постучал кентавра по спине. – Если бы ты, Фобос, не любил подслушивать…
– Хорошо, что я имею такую привычку. Ведь простой народ уже и не знает об этом придании, – зашептал рыжий.
– Простой народ и не все должен знать и помнить.
– И зря, – произнес высокий и грозный Ромул. Когда–то он был воином, от того и нрав имел суровый. – Если бы народ, ведал о том, что ему должно ведать, в случаи чего, многих бед можно было бы избежать.
Феарольф улыбнулся ему.
– Тогда бы и бед этих стало намного больше.
Рыжий кентавр заржал.
– Ох–хо–хо, это уж точно. Я вам не рассказывал, про хозяина моего троюродного брата? У которого яблоки молодильные в саду росли, а он и не знал о свойстве плодов то этих. А когда узнал! Когда узнал, съел их столько…
– Что превратился в шестимесячного младенца, – тихо произнес Драгазар, сидевший дереве, что росло рядом. Сейчас, этот молодой мужчина, преисполненный грации и аристократичной утонченностью кажется, дрожал от холода. Он полностью был закутан в легкий плащ с блестящим подкладом.
– Да, да, и поскольку он трапезничал в том самом саду, на открытом пространстве так сказать…
– Его унесли грифоны и конец его, как ты предполагаешь, печален. – Добавил Феарольф, не единожды, как в прочем и остальные, слышавший эту историю.
Фобос почесал затылок. – Вот тебе раз, знаете, значит.
– Знаем, знаем, – в один голос ответили остальные.
– У меня столько родственников, я даже и не помню, про кого что рассказывал. Они же у меня знаете, все такие…
– Забавные, – опередил своего рыжего друга черный кентавр.
– Ага, – согласился Фобос, – Правда эта история к брату моему и не имеет значение, но все равно весело, – он, смеясь, поковылял к дереву, на котором сидел Драгазар.
Решив отдохнуть и удобно расположиться под раскидистыми ветвями, кентавр со всей силой плюхнулся под густую крону. Дерево пошатнулось, но как, ни странно у Драгазара при этом не дрогнул даже волос.
Ромул не отрываясь, рассматривал Катерину.
– Она действительно первый хранитель?
Драгазар кивнул и поддержал строгого кентавра. – И Я удивлен. Разве первый хранитель может быть юной. Наследие предков столь велико, что сохранить его под силу лишь праведному мужу.