Кастинг
Шрифт:
— Да я собственно не переживаю… И вообще… Я может просто с тобой поговорить подольше хотел, это приятней, чем идти молча.
— Да ты что? Сёма, ты не переработал?
— Нисколько. Я всего лишь передумал прощаться, давай лучше будем болтать.
— А что мы потом, при встрече, по-твоему, будем делать? — изумленная его просьбой, хмыкнула я.
— А потом мы будем есть. И поговорить не сможем.
— В прошлый раз еда была не помехой.
— Не спорь со мной, женщина!
— На зарывайтесь,
— Я старше. А старших нужно слушаться и уважать!
— Сема, из детского возраста, когда обучают манерам, я уже вышла. Так что… не прокатит. Я уже взрослая и очень даже сформировавшаяся личность.
Оля, слушающая меня, смотрела уже не круглыми — квадратными глазами, явно не понимая, что за бред мы несем. Поэтому я губами шепнула: «Потом наберу. Пока!» и развернулась в нужную мне строну, как только она ответила мне ошеломленное: «Ага».
— Что-что? — переспросил Семен, видимо что-то все-таки услышав.
— Я не тебе, — заверила. — Так что не отвлекайся, подбирай варианты того, почему же я должна тратить деньги на разговор, а у меня, кстати, баланс на телефоне не резиновый, при том условии, что мы увидимся меньше чем через час.
… Всю дорогу, Семен веселился, подбирая разные варианты, отчего мы не прощаемся, а я так же хмыкала и приводила на мой вкус, вполне весомые контраргументы.
Впервые, наверное, путь до одного из любимых моих кафе прошел для меня так быстро и настолько своеобразно, но без сомнения — забавно и интересно.
Свидание на этот раз проходило ровно, вполне даже спокойно и без сюрпризов. Но меня это не расстраивало, для чего-то более активного я была не готова, сейчас мне как раз и требовался вот этот неторопливый темп нашей беседы, медленное, разбавленное историями с моей и Семена стороны, поглощение еды, и такая же неспешная прогулка.
Мне к этому темпу было не привыкать, это было «мое» целиком и полностью.
А Сема, видимо, сегодня настолько устал, что ему сейчас тоже требовалось именно это.
— Расскажи о своей работе, — вдруг попросила я, пока мы прогуливались по парку.
Семен удивился, а затем чуть улыбнулся, видимо радуясь моему интересу, и заговорил. Рассказал о том, как его сами нашли работодатели, через знакомых, которые порекомендовали его как целеустремленного и ответственного. Как достаточно быстро прошел испытательный срок, предложив пару проектов, и стал работать после этого специалистом. По тому, как он рассказывал о своей деятельности, я видела, что работа ему приносит удовольствие, и искренне нравится, не смотря на тяжелых клиентов и разные неудачные и трудные ситуации.
Вот сегодня, как я поняла из его рассказа, был как раз такой день, когда и с людьми и с бумагами были проблемы.
— Решить удалось?
—
Настаивать не стала, вместо этого начав рассказывать о своем дне.
Это было так естественно, так … легко, словно мы тысячу лет знакомы были. Словно мы уже в миллиардный раз так вот рассказывали друг другу о прожитом дне.
И даже холод я почувствовала, только когда мы замолчали. Зябко поежилась, что не осталось не замеченным.
— Замерзла, — не спросил, констатировал парень. — Домой тогда?
— Да, пожалуй. Тем более еще и к завтрашнему готовиться надо.
— Значит, пойдем.
И мы пошли. Сема ненавязчиво и уже как-то привычно взял меня за руку. А когда мы подошли к остановке, он вовсе придвинулся ко мне.
— Позволишь? — приобнимая меня сзади, с усмешкой утонил он.
Удивленно приподняла бровь, кивая.
— А с каких пор ты стал спрашивать? На том же катке так не церемонился.
— С тех пор, как некоторые особы, поставили меня в тупик заявлением на счет поцелуев. Вот я и уточняю, — хмыкнул Семен, уже уверенней и крепче обнимая за талию и закрывая от ветра, от чего действительно стало теплее.
— Какая я грозная, оказывается.
— Вообще ужас.
Повернула голову, насмешливо глядя ему в глаза.
— А где трепет и страх в таком случае?
— Успешно скрывается за юмором. На самом деле у меня сейчас даже коленки трясутся.
Засмеялась.
— Что-то не чувствую.
— Скрываю, опять-таки, хорошо, — доверительно подмигнул Сема.
— А-а-а-а. Так тебе надо было актером идти, а не экономистом. Такой талант зарываешь.
— Ничего, зато буду уверен, что в случае кризиса не пропаду.
Продолжить беседу мы не смогли, пришел мой автобус. Мы зашли, сели, благо он был свободным и разговор как-то забылся. Легкая неловкость в нашем молчании определенно была, то ли от нашей недавней близости, то ли еще отчего. Но одновременно и подыскивать тему для разговора не хотелось. Поэтому я стала смотреть в окно, но хорошо чувствуя, как ладошка все еще покоится в его руке.
— Что ты там такое интересное увидела? — через время спросил Семен, наклоняясь к уху.
Я даже не повернулась.
— Смотрю в отражении, как ты на меня смотришь.
— Черт, спалился, да?
— За окном темно, в отражении все видно отлично… — глубокомысленно изрекла я.
— Жень, повернись.
— Не-е-ет. А то будет как в мелодраме. Я медленно поворачиваюсь, наши лица так близко…
Он тихо рассмеялся. Отодвинулся.
— А теперь?
Обернулась с улыбкой.
— Ну, повернулась — и что?