Карты судьбы
Шрифт:
– Выгодная торговля, молодая госпожа. Смелые поиски, дальние странствия, частая удача… Мужчины рода Ригертов всегда отличались храбростью и предприимчивостью. Они не святые. Но и не демоны, как изображают их недруги. С хорошей, умной, доброй, терпеливой, хозяйственной женой их пыл будет укрощен.
– Да где же нам такую взять… – пробормотала Гейджи и услышала смешок юноши – он тут же замаскировал его кашлем. Посланник обернулся, чтобы поразить слугу суровым взглядом, а Гейджи опустила глаза на то, что лежало в ее руке. И чуть не ахнула. Дракон! Не тот привычный, морской, каким принято его изображать
– Этот, – сказала она. – Я беру его.
– Дракона? – переспросил посланник. – И это все?
– Этого довольно.
– Красный дракон – символ рода Ригертов, – сообщил он ей то, что Гейджи и без того уже знала. – Его изображение наносят на спину мальчика, когда он становится взрослым.
Посланник поклонился лорду и леди Гавани, отдельно – и весьма низко – Гейджи и поспешил распрощаться. Похоже, он остался и доволен, и озадачен ее выбором. Доволен – понятно, но озадачен… может, она должна была выбрать какое-нибудь украшение?
Пожалуй, она бы оставила себе еще ожерелье из монет – чтобы, не торопясь, вдоволь наглядеться на отчеканенные на них рисунки.
– А вот и наша маленькая леди! – поприветствовал ее хозяин лавки редкостей Хейма. Гейджи сморщила нос и улыбнулась – так Коранд здоровался с ней с того самого дня, когда она впервые переступила порог этой лавки. Хозяин – крупный мускулистый старик, бывший моряк – навалился на прилавок, оглядывая ее с ног до головы. – Уж больно вы худенькая, маленькая леди! – сообщил неодобрительно. – Ну кто ж на такую худышку глянет? Девушка должна быть пышечкой, румяной булочкой, чтобы было за что ущипнуть, и на вкус – сладкая, как сдоба!
Гейджи рассмеялась.
– Некоторым нравятся и черные сухарики, Коранд!
– Ну да, кто слаще ничего не пробовал… Принесли что-нибудь или так заглянули, по старику соскучились?
Гейджи привычно уселась на высокий, обитый потертым бархатом, табурет.
– Покажи мне что-нибудь новенькое, Коранд!
Оглядываясь с любопытством и удовольствием в ожидании хозяина, Гейджи вздрогнула: она и не заметила, что в лавке был кто-то еще. Человек двигался бесшумно, то и дело останавливаясь то перед тем, то перед другим предметом, разглядывая, проводя пальцами, словно стирая пыль далеких стран и долгих лет. У Коранда никогда не было много посетителей – сюда приходили лишь любопытствующие да ищущие в подарок нечто диковинное. Правда, были еще богатые искатели редкостей. Похоже, этот как раз из таких, решила она, когда мужчина вышел из сумрака к прилавку. На запястьях тусклой позолотой блеснули широкие браслеты, на правой руке перстень с печаткой – головой оскаленного дракона; одежда из дорогого добротного сукна и хорошо выделанной кожи. Мужчина облокотился о стойку, мельком глянув на девушку, и выбил пальцами по стойке быструю нетерпеливую дробь.
– Коранд!
Моряк. Хотя обветренное загорелое лицо могло принадлежать и солдату, и торговцу. Короткий меч в потертых ножнах – мастера известного, а потому дорогой –
– Коранд!
Голос у него оказался зычный – где-то испуганно зазвенели хрустальные певучие подвески. Спохватившись, Гейджи вспомнила об учтивости и отвела взгляд.
– Иду-иду, господин Саймон! – отозвался хозяин. Появившись из задних дверей, положил на стойку перед Гейджи ожерелье.
– Взгляните, маленькая леди! Торговец сказал, оно из зуба морского дракона…
– В прошлый раз я видел у тебя шкатулку золотого дерева, – сказал мужчина. – Ты уже продал ее?
– Господин Саймон просто не заметил ее, – Коранд поспешил в дальний угол лавки. Когда он вернулся со шкатулкой, Гейджи уже успела налюбоваться тонкой резьбой по кости.
– И что вы скажете, маленькая леди?
Гейджи погладила ожерелье.
– Искусная работа, Коранд. Но тебя надули. Это зуб, но не морского дракона, а безволосого зверя, живущего далеко на юге. Увы, в этот раз чутье тебя подвело!
Коранд с мгновение выглядел озадаченным, но потом лицо его прояснилось:
– Ну что ж, я все равно не дал торговцу его цену! Безволосого, говорите? Ишь ты! Видно, их зверюга не уступает нашему дракону!
– Не встречала ни того ни другого, – пожала плечами Гейджи. Саймон стоял, привалившись спиной к прилавку, и, подняв темную бровь, смотрел на нее.
– Маленькая леди изволит разбираться в таких вещах?
Гейджи сердито вспыхнула – это прозвище было простительно Коранду, который знал ее, когда она еще не доставала головой до прилавка, но вовсе не этому надменному… Впрочем… Она попыталась увидеть себя его глазами – простое платье-туника, перехваченное кожаным ремнем с пристегнутой сумочкой и ножнами; никаких украшений, кроме нашивок цветов Гавани Дракона на плече; вновь рассыпавшиеся волосы… где заколка?.. И кто сможет узнать в ней дочь Владетелей?
– Если ты когда-нибудь видел изделие из зуба морского дракона, – объяснила Гейджи сдержанно, – больше ни с чем его не спутаешь. Даже старая, потемневшая кость будто светится… Как лунное серебро, понимаешь?
Саймон, чуть помедлив, кивнул.
– Пожалуй, ты права. Ты умеешь подбирать слова, и глаз у тебя зоркий…
Коранд наблюдал за ними с хитроватой усмешкой.
– Помните ту вещичку из голубого металла, что вы купили у меня в прошлом году? Это она мне принесла.
Глаза Саймона хищно сощурились.
– Верно? А могу я узнать, где ты ее нашла и нет ли там еще подобных? Я мог бы заплатить щедро. Очень щедро.
Гейджи сдержала смешок.
– Рыбаки часто приносят мне свои находки. Да и после хорошего шторма стоит только пройти по берегу… Хочешь купить эту шкатулку?
– Да, – он помедлил, потом взял шкатулку за небольшие металлические ручки и передвинул ее по прилавку поближе к Гейджи.
– Что скажешь?
Она ласкающим движением провела ладонью по гладкой, почти шелковой поверхности крышки. Никакой инкрустации, никакой резьбы, главное здесь – само дерево, отливающее золотым песком.