Картер Рид

Тиджан

Я сделала глубокий вдох. Было ли это тем, что я действительно хотела сделать? Картер Рид был убийцей. Он был связан с мафией. Я никогда не знала, насколько важен он был семье Маурисио, но я знала, что он был властным. ЭйДжей всегда знал, что Картер многого добьется. Он хвастался мне об этом. Он рассказывал, что Картер умный и сделает себе имя. Что ж, он сделал – большое имя.

Место было огромным, но весь свет был выключен. По какой-то причине, у меня не было желания искать выключатель. Через стеклянные двери балкона лился лунный свет, освещая несколько, установленных ниже остальной

части пентхауса диванов в кругу. Рядом с одним из диванов был камин. Я сомневалась, что он был настоящим, хотя, конечно, выглядел он именно так, но я не знала, как такое возможно в отеле. Я шагнула вниз на две ступеньки и, на одной из кушеток свернулась в клубок. Я прижала подушку к груди и стала ждать.

Мое сердце все еще колотилось.

Я не знаю, как долго я ждала. Мне казалось, часы, но, возможно, это были минуты. Мой телефон был со мной. Я могла бы проверить время, но я не хотела включать его. После последнего сообщения Бена, я включала и выключала его несколько раз, но он так и остался выключенным, когда охранник повел меня внутрь. По какой-то причине, я наслаждалась тишиной. Хотя мне было страшно, и мой пульс все еще стремительно рос, втянув воздух, я почувствовала что-то еще. Безопасность. Я чувствовала себя в безопасности, скрываясь как можно дальше в каком-то блестящем пентхаусе. Это было облегчение, быть в стороне от того, что произошло, и того что я сделала.

Первая слеза упала на мою ладонь. Я уставилась на нее, пытаясь сдержаться. Я не поняла, что плачу, и я не чувствовала слезу на своей ладони. Мои руки были сложены на подушке, и я смотрела, как еще больше слез капало из моих глаз.

Как я могла плакать и не чувствовать?

Я не могла оторвать глаз от растущего мокрого пятна на подушке. Она давно уже была промокшей, и я поняла, что выплакала все слезы. Затем мои веки отяжелели, и я больше не могла держать их открытыми. Моя голова качнулась вниз, но я дернулась назад, обратно в вертикальное положение. Подушка крепче была прижата к груди, и я как могла, сидела прямо. Это не имело значения. Я снова качнулась, и, попыталась встать, но покачнувшись и начав падать, я схватилась за верхнюю часть дивана, а затем сдалась.

Я опустила голову на пропитанную слезами подушку. Моя голова покоилась на этой подушке, а руки обняли нее. Это было незадолго до того, как я уснула.

Что-то меня разбудило, и я пошевелилась, но почти сразу же, меня догнал сон. Я провалилась в темноту. Каждая часть моего тела благодарила меня. Потом что-то снова меня разбудило. Мои глаза распахнулись, и я увидела темный силуэт. Он возвышался надо мной. Тревога в глубине моего сознания сказала мне проснуться, чтобы защищать себя, но мое тело на предупреждение не обратило внимание. Я снова впала в глубокий сон. Это было тяжело. Сон был настолько манящим, что я поддалась….

Когда я снова проснулась, было еще темно. Этого не может быть, но я увидела время на часах в углу. Восемь часов. Я пришла сюда около четырех часов утра, и сейчас не 8 часов утра. Я вдохнула; Я проспала весь день. Подскочив, я полезла в карман. Телефона нет. Паника сдавила мою грудь, когда

я провела рукой по диванным подушкам, вокруг и под ними. Тем не менее, ничего. Я выпрямилась и всмотрелась в темноту. Куда делся мой телефон? Его не было со мной и не было на диване. Я встала на колени и стала искать на полу. Но опять, ничего.

Тогда я начала шарить вокруг, пока не нашла лампу. Когда я попытался ее включить, она не включилась.

Она сломалась? Но нет, этого не могло случиться.

– Где ты была, когда на ЭйДжея напали?

Голос раздался сверху, позади меня. Я встала с коленей, мое сердце забилось. О, Боже. Что это было? Мой телефон пропал. Место специально было погружено в темноту. Картер мне не доверяет? Я втянула воздух. Может, он собирается меня убить?

Он повторил еще тише:

– Где ты была, когда на ЭйДжея напали?

Удар. Удар. Удар.

Мои руки начали снова дрожать, а ладони стали потными. Я вытерла их о брюки и открыла рот, но ничего не вышло. Из меня вырвался лишь сдавленный звук.

– Я задал тебе вопрос.

Я крепко сжала глаза. Он стоял, где бы он ни был. Я могла бы сказать, что это был Картер, но его голос звучал холоднее. Я знала его большую часть своей жизни, но я никогда не боялась. Он был хладнокровным убийцей, Картером Ридом. Он был в той же комнате, что и я. Я отыскала его.

Я ждала. Одна секунда.

Затем две. Затем минута.

Он был таким тихим.

– Кто ограбил твоего брата?

Я выплюнула:

– Его не ограбили. Его убили.

Моя грудь вздымалась, когда я вспомнила тот день. Чувство беспомощности охватило меня. Я ничего не могла сделать. Я хотела помочь, я так отчаянно хотела, но ЭйДжей покачал головой. Он не хотел моей помощи, но на мгновение я посчитала, что он передумает. Я думала вылезти из вентиляции, чтобы умереть вместе с ним, но я знала, что они бы сделали со мной что-то более ужасное. Так что я остановилась.

Прежние слезы вновь нахлынули на меня. Я чувствовала, что они подкатывают, готовые вновь вырваться наружу. Я стиснула зубы и подавила их. Я не буду плакать, не здесь, если Картер Рид собирался меня убить. Он не был тем самым парнем, которого я помнила. Тот Картер никогда бы не сделал такого для меня, не изолировал, а потом не стал бы начинать допрос.

– Как?

– Что как?– Гнев начал кипеть во мне. Как он смеет?

– Как он умер?

Он никак не отреагировал. Его голос становился холоднее и тише, каждый раз, когда он спрашивал. Он не был человеческим. Он не был похож на человеческий.

– Бита! – Заорала я в темной комнате. – Чертова бита. Они убили его гребаной битой, и я все это видела.

Я наклонилась и прижалась лбом к моим коленям. Я надеялась, что они будут холодными, что они охладят меня, но нет, не были. Мои джинсы были теплыми и потными. Я почувствовала на них запах крови, хотя я приняла душ… или нет!? Я ничего не помнила. Была ли на мне по-прежнему кровь Мэллори или это была кровь Джереми? Может, их кровь въелась в меня? Я задыхалась. Часть меня хотела еще крови Джереми. Он заслуживал смерти. Он заслуживал смерть похуже, чем пуля в голову.