Картак

Гераклион А.

Я осторожно сел обратно на стул и приготовился слушать. Мужик выглядел колоритно. Он был здоровым. Не толстым, а именно здоровым. Немного лысоват, с пышными усами и черной повязкой, закрывающей левый глаз. На первый взгляд ему было около полтинника, такой строгий вояка в броне. Видно выправку привитую годами службы, голос поставлен хорошо, прям чувствуются командные нотки и уверенность. Руки грубые, мозолистые. Одет по такой же форме, как и необычные стражи. Серьезный дядя.

– Так, посмотрим...
– Задумчиво произнес он, разворачивая небольшой клочок бумаги, который принес с собой.
–

Картак... Угу. И все? Хм...

Тут он потянулся к столу и извлек из его недр хрустальный шар, как у гадалки, и поставил его на стол.

– Действительно картак. Что ж, это очень хорошо. Как тебя зовут?
– Обратился он ко мне, глядя на засветившийся атрибут гадалки.

– Дим.

– Просто Дим?

– Угу.

– Кто твой хозяин Дим?
– Продолжал он задавать вопросы, извлекая из недр стола что-то вроде термоса. Деревянный цилиндр в его руках легким движением разделился на сосуд и кружку.

– Никто.

– Никто? А ну-ка сними одежду.
– Произнес он, наливая парящий напиток.

Его просьба меня как-то не впечатлила. Я знал, что у меня на родине в древние времена, да и сейчас тоже, были гомосеки. Причем сейчас это считается в порядке вещей, но не так сильно афишируется. А вот раньше говорят еще и традиции по сношению мужчин были. Поэтому я напрягся и даже не сделал никаких попыток выполнить его поручение.

– Чего сидишь? Давай, снимай.
– Поднял он на меня взгляд.

– Не буду.
– Упрямо покачал я головой.

– Ты не понял Дим, это не просьба.
– В его голосе появились стальные нотки.

Что ж, сейчас будет либо драка, либо моя скоропостижная кончина, потому что свое очко отдавать этому дяде я не собирался.

– Дим, сделай все сам. Иначе мне придется позвать тех, кто сделает это за тебя.
– Угрожающе произнес он.

"Бл?! Да они тут со мной групповуху устроят!" - Пронеслось в голове, отчего я дико начал злиться.
– "Хрена лысого тебе, мудила заднеприводный!"

Молчание затянулось. Я сидел, набычившись и смотря на него исподлобья, он в ответ тоже сверлил меня недобрым взглядом.

– Сам захотел.
– Отрезал он и поднялся с кресла.

Буря гнева во мне росла и росла. Я не дурак и смог сложить два и два. Все те случаи с моим помешательством и красной пеленой на глазах были вызваны гневом, который я сейчас старательно пытался пробудить. Другого способа, как выбраться отсюда, на мой взгляд не было.

– А это уже интересно.
– Сделав всего шаг из-за стола, он остановился и посмотрел на шар, который изменил свое свечение на фиолетовый спектр.
– Очень интересно...

У меня уже все приближалось к тому состоянию, в котором я зубами кирпич откусить смогу, когда Диан сел обратно в кресло и снова полез за чем-то в стол. То, что он извлек из недр стола, напоминало обычный фонарик, как у американских полицейских.

– Ну раз так, то поговорим потом.
– Произнес он, направив на меня "осветительный прибор".

Яркая вспышка ослепила меня, а потом тело скрутила дикая судорога. Перед тем, как потерять сознание, я успел увидеть надпись интерфейса: "Разрыв связи модуля "КМ13" и "ВР" с носителем. Переход в фоновый режим работы"

***

– Пират!

Ты опять стащил мое одеяло?! Верни на место зараза, холодно же!
– Крикнул я, не открывая глаз.

Этот пес меня когда-нибудь окончательно достанет, отправлю его к родителям в отпуск, пусть в будке на улице поживет. Уж там-то он почувствует "вкус жизни".

– Да что ж за наказание такое...
– Бормоча себе под нос, я стал шарить рукой вокруг, чтобы найти стянутое одеяло. Но почему-то подо мной оказался не мягкий матрас любимой кровати, а что-то твердое и шершавое, как дерево. Резко открыв глаза, я посмотрел под руку.

"И правда дерево" - Подумалось мне, когда поверхность моего ложа проявилась сквозь мутный сонный взгляд.

– Димас, ты кажись до чертиков вчера допился. И тебя упрятали в каталажку...
– Сам себе сказал я, когда осмотрел окружающее меня пространство.

Место оказалось чем-то наподобие тюремной камеры. Именно наподобие, потому что таких уже века с девятнадцатого быть не должно. В одном углу находилась моя деревянная "кровать", в другом какое-то замызганное ведро, и на этом мебельное оснащение заканчивалось. Была конечно еще деревянная дверь, окованная металлическими полосами, с забранным решеткой просветом. Именно из этого просвета сюда падал луч, который освещал все вокруг блеклым желтым светом.

– Не нашлось у них что ли местечка получше, чем этот вонючий подвал?
– Все так же бормотал я, когда, поднявшись, пошел к двери.

Странно, но на мне были одеты какие-то лохмотья, а не привычные для меня джинсы и футболка. Неужели я действительно так налакался, что попал сюда голым и меня приодели в это? Ладно, об этом можно потом подумать, главное сейчас узнать, за что меня здесь закрыли и выпросить хотя бы тапочки, а то пол просто ужас какой холодный.

– Эй! Ребята! Есть тут кто живой?!
– Крикнул я в окошко, приблизившись к двери.
– Вымерли вы тут что ли?

Действительно, после моего окрика тишину не разорвал звук шагов или открывшейся где-то двери. Даже голоса, который сказал бы мне закрыть пасть и сидеть тихо, не было. Зрение вскоре адаптировалось к свету, и я смог рассмотреть коридор за дверью. И почему-то у меня от него побежали мурашки по коже.

Стены были не из цемента и даже не оштукатурены, они были сложены из булыжника, как дорога на красной площади. Источником света оказался здоровый чадящий факел, закрепленный на стене в кольце. Что же это за место-то такое, где вместо ламп помещение освещает факел? Да хрен бы с ним, с этим древним осветительным прибором. На каменном полу и нижней части стены были отчетливые следы того, что кого-то тут тащили волоком, и этому кому-то было очень плохо. Такой кровавый след здоровые люди не оставляют.