Картак

Гераклион А.

– Так может он мне сейчас и делает видение?

– Нет, он еще слишком мал. Вот подрастет, тогда узнаешь. А пока...

– Подожди, про животных можно и потом. Лучше скажи, откуда ты взялся?

– С самого начала?

– С самого...

– Ну хорошо. Родился я...

– Не настолько сначала. Не дурак, понимаю, что ты местный...

– Не перебивай старших! Не дурак он... Ни какого уважения...
– Заворчало приведение.

– Все-все, больше не буду.
– Примирительно поднял я руки.

– Ты так лучше не делай там, куда идешь. Примут за мага. Так на чем я остановился? А... Так вот,

родился я в этих лесах щтормов триста назад (ахренеть!), может чуть меньше. Рос как все, пока к нам в дом не пришел шаман нашего племени. Тогда я узнал, что у меня есть дар. Так началось мое обучение и жизнь шамана. На тот момент, когда я ушел из мира живых, мне было почти сто семьдесят пять штормов. А занесло меня на священный остров по одной причине. Ты сказал про ведунью... Я был одним из тех, кто убил тварь, которая лишила ее ноги.
– Глубокомысленно затих дух.

– Вот как... А что это за тварь была?

– Не знаю кто она или что. Зато знаю, что она была очень страшным противником. Ее не брало ни оружие, ни магия, только проклятые смогли унести ее за собой... Но к тому моменту она смогла убить слишком много Детей Леса. Именно поэтому я отправился на остров. Хотел закрыть ту дверь раз и навсегда. Многие были убиты, еще больше ранены, а остальные оказались слишком молодыми и неопытными. Кроме меня просто некому было. Но судьба сыграла со мной злую шутку и вместо того, чтобы закрыть дверь, я в нее прошел. И оказался в странном каменном помещении... Последнее, что я помню, это как меня бьет молнией, а дальше ничего...

– Это была защита. Я тоже мог умереть там, если бы не твои останки...

– Хоть тебя получилось уберечь...
– Горько хмыкнул дух.

– Могу тебя обрадовать, шаман. Я закрыл ту дверь на острове. Раз и навсегда...
– Теперь уже мне довелось произнести это с горечью.

– Это очень хорошая новость!
– Воскликнул дух, но тут же успокоился и пристально посмотрел на меня.
– Так вот почему ты пришел сюда. Ты не смог пройти в нее обратно, да?

– Да.
– Подтвердил я.
– Не по своей воле мне довелось попасть на ваш остров. Всего лишь случайность, плохая погода и вот... Я здесь. Теперь иду туда, где должны быть другие двери.

– Так их много?

– Хватает. Правда не знаю, остались ли они открытыми.

– Что ж, вернуться домой дорогого стоит... Отчасти именно из-за твоего пути я пришел поговорить. Те горы, что ждут тебя впереди - там почти нет ничего живого. По крайней мере, на поверхности. Там есть такие, как я, только сильнее, гораздо сильнее. И они очень невзлюбили вашего брата...

И дух пустился в рассказ. Когда-то давно, о-о-очень давно, люди пришли в эти горы с востока. Тогда в них еще жили существа, которые называли себя Нэй. О них практически ничего неизвестно, слишком много времени прошло. Эти существа жили в горах очень долго, но пришедшие люди не нашли с ними общий язык и стали истреблять их. Парадокс был в том, что людей с востока тоже гнала смерть, но Нэй, выжившим при истреблении, уже не было до этого дела. Они, собрав остатки некогда большого народа, сотворили страшное волшебство. Они прокляли живых.

Теперь горы были безжизненными. Единственными обитателями здешних мест стали кости умерших и их духи, оставшиеся на страже. Живым не было хода сюда. Все, кто осмеливался прийти, умирали в страшных

муках и становились новыми стражами, а старые в свою очередь развоплощались, передавая весь гнев и тоску новичкам. И не видеть им покоя, пожираемым лютой ненавистью к живым. "Если не жить нам на нашей земле, то не жить никому" - именно так было сказано Нэй, когда они сделали это. По сей день духи гор доносят эти слова всем осмелившимся прийти, по сей день они бродят среди снегов и голых камней в поисках смены...

– И нет той магии, что снимет посмертное проклятье самоубийц, ибо души их стали тем камнем, о который разобьется любое волшебство. И не видеть им перерожденья более, погубившим себя ради мести...
– Закончил дух.

– Вот зачем я тебя на ночь слушал, а? Хрен теперь уснешь ведь...
– Поежился я.
– Как же мне тогда пройти?

– Я помогу тебе, слушайся меня и ты пройдешь эти горы живым.

– А тебе зачем это нужно?

– Не хочу оставаться все время духом. Меня не погребли потомки, я не смог завершить то дело, пусть и сделанное за меня. И поэтому мне еще долго придется скитаться, чтобы найти способ уйти на второй круг. А эти Нэй, сами того не ведая, сотворили проход... Проход для нас - духов. Пройти через него им не дает проклятье и поэтому они так злы... Мне же оно не помеха, ведь я не страж. И мне нужно чтобы ты отнес меня к этому проходу...

– Э-э... а куда именно?

– К озеру Тысячи слез. Там Нэй когда-то и провели обряд. Отнесешь меня, а я взамен помогу тебе пройти горы. Согласен?

– Да.
– Кивнул я.
– Но после того, как я тебя донесу, как мне выйти из гор? Насколько понимаю, озеро находится в горной долине?

– В долине.
– Теперь уже кивнул дух.
– Практически с той стороны гор. Я расскажу, как дойти от озера до земель людей. Поверь, мне не нужна твоя смерть. Более того, я благодарен тебе за ту возможность, что ты мне предоставил...

– Слушай, а почему ты вот так не появился раньше?

– Не было сил... Я пытался пробиться к тебе во сне, но какая-то тварь не давала этого сделать. А вот так, воплоти, у меня получилось только возле этих гор. Здесь же вотчина духов, помнишь?

– Помню...

Дальнейший наш разговор был простым трепом мудрого дедушки и молодого оболтуса, который в сущности был не особо информативен. Я расспрашивал духа про магию, а он пытался все объяснить на словах. Но как можно рассказать слепому про цвет или глухому про звук? Вот так и мне...

А следующий день стал началом череды других, наполненных холодом, голодом и безрадостными пейзажами из снега и голых камней...

Часть вторая

Людские земли

Глава седьмая

Первая кровь

Того из них, кто делает всегда