Карандашом на стекле
Шрифт:
Но разве мог он остановить ее? Имел право просить остаться? Ведь столько ошибок совершено. И столько слов не сказано. Нет. Пусть уезжает, пусть начинает жить заново.
А рука непроизвольно сжимается в кулак и зло ударяет по стене у вымазанного грифелем окна. Незнакомка из сна, будто смеется над ним. Он будто слышит наяву ее дразнящие слова: «Не найдешь! Не поймаешь!». Схватил кухонное полотенце и стер раздражающий портрет.
Удары сердца как никогда сильные. Тоска и пустота. Не хватает ее задорной улыбки и смеха, легкости и мягкого очарования,
Осталось сорок минут до поезда. Сорок минут, после которых между ними кроме всего прочего появится расстояние. Уткнулся лбом в стену, прикрыл глаза и выругался. Он обещал… Нужно держать собственные обещания, даже если больно и тошно, даже если хочется запереть ее в собственной квартире. И через сорок минут станет легче, потому что больше не будет возможности что-либо изменить.
А ведь когда-то они были незнакомы. Всего полгода назад он не знал какие на вкус ее губы, что заставляет ее смеяться. Теперь знает и очень тяжело осознавать, что никогда не познает ее полностью. Тошно от этого.
Обхватил голову руками и тяжело вздохнул. Пусть уезжает… он не должен.
Но уже вскочил и ринулся к двери, понимая, что не может отпустить, что будет жалеть до конца жизни, если она сядет в тот поезд.
Дорога сквозь туман, казалась как никогда долгой. Гнал как сумасшедший, постоянно поглядывая на часы. Припарковался, когда до поезда оставалось десять минут. Когда же вбегал на крытый перрон объявили о прибытии состава на станцию.
Народу на платформе не много. Мало кто уезжает промозглым зимним днем. А еще меньше дураков несутся по перрону в одной толстовке, забыв о верхней одежде. Наверное, он выглядит полным идиотом. Но если не успеет догнать и сказать — тогда идиот вдвойне.
Ее заметил издалека, маленькую, закутанную в вязанный шарф фигурку. Девушка спокойно разговаривала со своим спутником, изредка согревая дыханием ладони.
Да, еще было время на разговор, но Андрей бежал, боясь, что она сейчас исчезнет в тумане.
Застыл перед ней, растерявшись на мгновение, не зная, с чего начать. Она вздрогнула от неожиданности, распахнула в удивлении свои огромные глазищи, но при этом улыбнулась так тепло. Во взгляде промелькнула надежда, а может это просто ему так хочется.
— Останься со мной, — выпалил Андрей. — Прошу тебя.
Красивые темные брови взлетели вверх. Девушка озадаченно посмотрела на него, скосила взгляд на своего спутника, на сумки у ног. Собиралась что-то ответить, но Андрей вдруг испугался, что она скажет нет, поэтому быстро-быстро заговорил, не позволяя девушке отказать.
— Я понимаю, что нужно было раньше. Но до меня доходит как до жирафа. Ты нужна мне. Без тебя всё… всё теряет краски. Дай мне шанс и я обещаю, что устрою тебе самую драйвовую и яркую жизнь. Прошу тебя… останься.
Не контролировал собственные эмоции. Руки подрагивали от напряжения. Но и замолчать не мог, очень
— Ты в любой момент можешь меня бросить, сесть в поезд и уехать. Не буду держать, просто дай нам шанс. Дай мне шанс, — исправился он. — Я знаю, что мне нужно было раньше понять. Я дурак… но…
Она подошла вплотную и с мягкой улыбкой приложила холодные пальчики к губам. Андрей обхватил ее замерзшие ладошки своими руками и прижал к груди. Наклонился, упершись лбом в ее лоб.
— Ты останешься со мной? — спросил охрипшим голосом, а сердце замерло в ожидании ее решения.
— Хорошо, — тихо ответила она и вместе с очередным ударом сердца по телу вместе с кровью разлилась эйфория.
Схватил девушку за талию, приподнял и закружил.
А когда все же опустил на землю, нашел губы и поцеловал, долго, сладко, не желая отрываться ни на секунду.
Гудок поезда заставил их прервать поцелуй. Хмурый мужчина, с которым она отправлялась в путь, вопросительно поднял бровь. Андрею захотелось схватить ее и не отпускать, так боялся, что сейчас их разлучат, что слова этого человека прозвучат для нее разумно и здраво, что она послушается и сядет в злополучный поезд, а он как дурак останется на перроне провожать убегающий состав.
— Я остаюсь, — счастливо улыбаясь, сообщила она своему спутнику.
И от этих слов разжалась тугая пружина внутри. Не даст, никому не даст увезти.
Мужчина устало вздохнул, скосил осуждающий взгляд на Андрея, мол, как же обещание, мы же договаривались. Но парень непроизвольно прижал ее крепче и покачал головой: не откажусь, не отдам.
— Хорошо, — вздохнул мужчина. — Приезжай в гости, если что, — тепло и по-родственному улыбнулся он девушке.
Она счастливо улыбнулась, подошла к своему спутнику, обняла крепко и поцеловала в щеку.
— Мы приедем обязательно. Как-нибудь. Спасибо.
Мужчина махнул рукой, подхватил дорожную сумку и скрылся в тамбуре удачно остановившегося напротив вагона, не забыв напоследок наградить Андрея хмурым предупреждающим взглядом. Но Андрею было все равно. Он сейчас обнимал любимую девушку и был счастлив.
Когда поезд отправился, они проводили его весело стучащие вагоны взглядом, а потом целовались на перроне, как пара подростков. И Андрей недоумевал как раньше до него не дошло очевидное. Как он мог хотя бы на секунду предположить, что сможет без нее.
— Поехали домой, — хрипло прошептал, прерывая поцелуй, хотя так не хотелось останавливаться.
Дорога казалась бесконечной. Он гнал назад машину, выжимая из нее все лошадиные силы, желая поскорее подняться с ней в квартиру и уже не размыкать губ.
Целоваться начали еще в коридоре. Раздевались на ходу. Андрей стянул с нее курточку, не особо беспокоясь, куда она упала. Прервался только, чтобы разуться и закрыть дверь. А потом подхватил ее на руки и понес в квартиру. Девушка обхватила его ногами за талию и сама поцеловала. Андрей принес ее в спальню и осторожно положил на кровать, опускаясь сверху.