Калгари 88. Том 9
Шрифт:
— Ну вот… И сейчас не удалось поспать, — недовольно пропищала Соколовская и завернулась в одеяло.
Однако Арина не дала ей просто так поспать! Слово тренера — закон.
— Вставай давай! Пора! А то останешься тут! — рассмеялась Арина и сдёрнула с Марины одеяло.
Лежи не лежи, а идти надо. Кое-как встали, приняли душ, умылись, сходили позавтракали, тщательно собрали вещи и вышли из номера. Арина по привычке выходила самая последняя. С привычной грустью взглянула на очередной номер, который они оставляли. Сколько чувств и эмоций оставлено и приобретено здесь. Эта частичка мира стала на время их домом.
…Валентин Игоревич Шеховцов готовился ехать на родину в прекрасном настроении. Советские фигуристы завоевали восемь медалей, по две в каждом виде, у парников и танцоров по золоту с серебром, а у одиночников по золоту и бронзе. Медальный план, спущенный комитетом по физкультуре и спорту, был выполнен и даже перевыполнен. Теперь есть что сказать руководству. Может, и премию хорошую дадут.
Вот только Хмельницкая… Что с ней вчера произошло? Неужели девчонка словила звёздную болезнь? Её протест был абсолютно непонятен, хотя Шеховцов раньше встречался с подобными выкрутасами, когда фигуристы начинали требовать своё. Обычно всё это вольнодумство заканчивалось на заседании парткома или комсомольской организации.
Но Хмельницкая… Она протеже Бориса Ельцина и, судя по всему, председателя совета министров СССР Николая Рыжкова. С ней стоит держаться осторожно. А ещё лучше выдать всё, что ей причитается. Или пусть Грамов сам лично решает на заседании совета министров, как поступать с талантливой фигуристкой. Ведь спорт — дело такое… Мотивацию очень легко потерять, если не получать финансовой отдачи. Сейчас медали есть, а завтра их может и не быть…
…Фанаты как будто знали, когда отходит автобус, идущий в Загреб. Когда большой «Мерседес» плавно подкатил к центральному входу в гостиницу, у него уже стояла большая толпа поклонников. Увидев выходящих советских фигуристов, они начали кричать и размахивать нарисованными плакатами с изображениями любимок. Несмотря на активность, в целом, проводы советских фигуристов проходили чинно-благородно. У гостиницы предусмотрительно стоял наряд югославской милиции.
— Люда! Мы будем тебе писать! — по-английски крикнул один из болельщиков, молодой парень в джинсовой куртке. — Не забывай нас! Мы будем смотреть все твои выступления в любой точке земного шара. Где бы ты ни была, куда бы ты ни поехала, мы везде будем там! Да мы в Советский Союз приедем, если будет надо!
Арина опять улыбнулась, помахала рукой, положила громадную спортивную сумку в багажный отсек и вошла в автобус. По привычке расположилась рядом с Соколовской.
— У тебя уже целое море поклонников, — как будто констатируя факт, сказала Марина даже с некоторой завистью.
— Но там и твои стоят, — Арина толкнула плечом Соколовскую. — Вот смотри!
И правда, поклонники Соколовской с плакатами, на которых мастерски изображена белокурая девушка в военной форме, затерялись в глубине фанатов Арины. Увидев в окно свою любимицу, они тоже стали что-то кричать ей по-английски.
Соколовская тут же неожиданно расцвела, как цветок, мило улыбнулась и, прислонившись к стеклу, помахала им двумя руками. Автобус медленно тронулся
…Дорога в столицу СССР промелькнула, как картинки в диафильме. Из теплого зелёного края, встретившего и проводившего спортсменов так гостеприимно, прилетели в холодную Москву. Дождём и порывистым ветром встретила родная столица советскую команду, точно так же как и проводила при отъезде. Но тем не менее, кроме дождя и ветра, фигуристов встречал ещё кое-кто. Непонятно уж каким образом, но советские любители фигурного катания узнали, когда прилетает рейс со спортсменами, и пришли встречать в Домодедово.
И опять целая масса народа, с цветами, плакатами и, самое главное, позитивным, хорошим настроением. Не успели фигуристы получить багаж, как любители фигурного катания увидели их. Встречали, конечно, не только Хмельницкую, а всю команду.
— Вот-вот, смотрите, они идут! — крикнула и замахала рукой невысокая девушка лет восемнадцати, в сиреневой курточке, насквозь промокшая от дождя. — Ребята! Мы с вами!
Естественно, здесь был порядок, и встреча спортсменов проходила относительно. Постовой милиционер сразу предупредил болельщиков, что встречать разрешается, но чтобы все при этом соблюдали порядок. Но как-то соблюдать порядок, если видишь любимых спортсменов, которые только что завоевали столько медалей???
— Ну подойдите, поговорите с людьми, — улыбнулся Шеховцов. — Мы уже дома, и торопиться нам некуда. Автобус ещё не подошёл. А люди… С ними надо разговаривать.
Пока взрослые отошли в сторону, фигуристы очутились прямо в центре группы встречающих. Бесконечные поздравления, рукопожатия и опять подарки.
— Люда, смотри, это я сделала! Это ты! — с гордостью сказала промокшая девушка и протянула Арине небольшую куклу, самодельную, сшитую из ваты и разноцветных. Кукла была плоская, в определённом аутентичном стиле и чем-то походила на пряничного человечка из мультфильма «Шрек». Правда, кукла изображала жар-птицу. И даже сходство с Ариной кое-какое было, по крайней мере волосы у них были чёрные, а глаза зелёные.
— Ой, какая прелесть, — с удовольствием ответила Арина и взяла куклу, приобняв девушку. — Спасибо огромное. Тебя как звать? Где учишься?
Оказалось, девушку звать Алёна, учится она в школе «Запятая» и тоже когда-то занималась фигурным катанием, но оставила по причине травмы. Зато теперь смотрит его по телевизору и горячо болеет за советских фигуристов, особенно за Людмилу Хмельницкую. Потом внимание Алёны переключилось на Соколовскую, которой она тоже подарила куклу в виде светловолосой фигуристки в гимнастёрке и синей юбке. Арина ненадолго осталась одна, и тут же сзади раздался до боли знакомый голос.
— Привет-привет, чемпионка! — радостно сказал кто-то сзади.
Люда обернулась и увидела Серёгу Николаева. Парень, на удивление, был одет очень официально: в костюм, рубашку и галстук. В руках держал букет тюльпанов. Выражение лица у Серёги было смущённое, но в то же время радостное, голубые глаза горели от восторга.
— Дорогая Люда, — смущённо сказал Серёга. — Искренне поздравляю тебя с золотой медалью чемпионата мира. Я знал, что ты лучшая!
Серёга легко, словно стараясь не повредить, обнял Арину и вручил ей букет цветов.