Как стать волшебником
Шрифт:
– Я же сказал, со мной все в порядке, – огрызнулся Кит. – Идем. Мы должны добраться до Книги Тьмы.
Пожарный гидрант опять крякнул. Нита обернулась. Круглый бугорчатый рот-кран шевелился. Вдруг он с визгом открылся и выплюнул на мостовую комок костей и голубиных перьев. И снова осел, закрылся, превратившись в неподвижную облезлую трубу, торчащую у тротуара в нескольких шагах от них. И все же от него исходила угроза, как от затаившейся змеи.
«А мне казалось, что страшнее, чем вертолет, ничего и быть не может», –
Стараясь производить как можно меньше шума, две маленькие фигурки и слабая искра между ними, похожая на сиротливую звездочку, поспешили вперед. И тень поглотила их…
Глава пятая
ЭНТРОПИЯ, или ПОИСК И НАХОДКА
– Где мы?
– Э-ээ, кажется, на пересечении Мэдисон и Сорок девятой улицы. Раза три еще повернем на север и пройдем длинный квартал на восток…
– Может быть, передохнем? Этот воздух просто душит, а мы слишком быстро идем.
– Пожалуй…
Они просто рухнули в тени ближайшего дверного проема. Две маленькие фигурки и сиротливая звездочка. Они настороженно наблюдали за редкими проезжающими машинами. Точнее было бы сказать, крадущимися мимо и пугающими голодным блеском фар. Такси вроде того, что напало на Кита, угрюмые грузовики, маленькие автобусы, тяжело раздувающие железные бока. Ни в одной машине не было водителей, и казалось, все эти такси и автобусы с удовольствием управлялись с рулями и тормозами сами, без людей. Они фырчали и гремели, рычали рычагами, не обращая никакого внимания на светофоры.
Глаза Ниты слезились от едкого, спертого воздуха. Она протерла их кулаками и глянула на ногу Кита, кое-как перевязанную обрывком ее блузки.
– Болит?
– Не очень. Такое чувство, будто она одеревенела.
– И мне кажется, будто кровь сгустилась и застыла в жилах.
Кит поправил сбившуюся повязку и вдруг сказал:
– А я проголодался.
У Ниты ком к горлу подступил, когда Кит предложил ей бутерброд с ветчиной: есть сейчас она не могла.
– Идем, – коротко бросила она и встала. На мгновение Нита прислонилась к холодной шершавой стене подъезда и достала ручку из кармана. Что-то с ней было не так. Нита чувствовала неприятное покалывание металла, проникающее сквозь одежду.
– Эй, Фред!
Он повис на уровне ее лица, почти у самых глаз. Но даже вблизи трудно было разглядеть эту угасающую искорку. Нита протянула ему ручку. Фред испуганно отшатнулся, словно боялся опять проглотить ее.
– Посмотри, Фред, что с ней? Может, она радиоактивна?
Он облетел ручку со всех сторон, словно принюхивался. Потом покачался на ветру, словно покачал головой.
– Ты опасаешься каких-нибудь альфа– или бета-лучей, с которыми у вас, людей, нелады? Нет, ничего подобного не улавливаю.
Нита успокоилась. Однако ручка почему-то казалась подозрительной. Она порылась в рюкзаке,
– А теперь посмотри на это, Фред.
Он заскользил вдоль бумажного листка. Темно-синие чернила, которыми была заправлена ручка, в этом густом синем мраке не могли быть различимы, но сейчас написанные строчки сверкали, словно выведенные лазерным лучом.
– По-моему, ничего страшного, – сказал Фред. – Разве раньше ты такого не замечала?
– Нет.
– Ну что ж, считай, что тебе повезло: будешь видеть написанное даже в темноте. Вы, люди, порой удивляетесь таким обычным вещам.
Нита недоверчиво покачала головой, ручку сунула на прежнее место, в карман. Кит между тем расправлялся с бутербродами.
– Думаю, – пробубнил он с набитым ртом, – это оттого, что ручка твоя побывала внутри Фреда.
– Может быть. Но мне это не по душе. Ручка и без этого была отличная.
– Радуйся, что она вернулась к тебе такой. Ты могла получить ее из Фреда с ушами или с хвостом, – хихикнул Кит. Он дожевал бутерброд, затянул свой рюкзак и поднялся. – Пора? – спросил он.
– Да. – Нита тоже вскинула рюкзак на плечо. Они выглянули наружу, удостоверились, что машин поблизости нет, и пошли вверх по Мэдисон авеню, ныряя в каждый подъезд, хоронясь в тени зданий и затаиваясь, как только слышали шум мотора.
– Ни одной живой души, – сказал Кит. – Только сломанные и искореженные вещи да хищные машины. Кажется, что они ненавидят все живое.
– И голуби, – добавила Нита, – и… и собаки!
– Где? – огляделся вокруг Кит.
– Собаки всегда есть в городе, – сказала Нита, – прячутся где-нибудь в подворотне или в водосточной канаве. – Она дернула плечом, поправляя рюкзак. – А люди, наверно, здесь просто не могут жить.
– Но мы-то здесь, – печально вздохнул Кит. – Надеюсь, хоть ненадолго.
Внезапный скрежет металла заставил их нырнуть в ближайший подъезд. Никакого движения на улице. Лишь сердитый немигающий красный глаз светофора с постоянно светящейся надписью «Стой». Снова послышался тот же бьющий по нервам звук, будто скребли металлом по бетону. Скрежет возник где-то между Мэдисон и Пятидесятой. Кит выглянул наружу.
– Куда ты? – дернула его Нита.
– Я хочу посмотреть… – Он вышел на тротуар, зажав в руке антенну. – Но если это… Если это ЧТО-ТО охотится за нами, я должен увидеть его раньше, чем оно нападет, – храбро сказал Кит. – Фред! Поглядим?
– Конечно, – откликнулся Фред и скользнул вдоль стены здания к углу. – Подождите меня.
Он задержался на секунду у фонарного столба, потом поплыл вниз по Пятидесятой улице. Между Мэдисон и Пятой он скрылся за углом. Кит и Нита с замиранием сердца ждали его возвращения.