Как стать героем
Шрифт:
Санька подскочил к царю и начал его трясти. Тот медленно открыл глаза:
– Где?
– Растворился.
Рядом зашевелился Липуня.
– Ты брат, того, даешь.
– А что такое?
Берендей уселся на пол:
– Это прадед мой убиенный. По дворцу шастает, людей изводит. Он грибками отравился, теперь ищет, кто ему эти грибки подсунул. Житья от него нет.
– Знаю, рассказал он мне эту историю. Я, правда, в именах запутался. Кто и с кем. Да он и сам, по-моему, уже плохо все это дело помнит. И неудивительно, столько лет прошло. А так неплохой мужик.
– Прадед обычно появляется перед всяческими неприятностями. После того, как его в последний раз видели, я зуб сломал, – с серьезным видом ответил Берендей. Он встал, отряхнулся и подозрительно прищурился: – А почему ты его не испугался? А почему он тебе свою байку рассказал? А почему...
– А уж не хотел ли кто, чтобы часового отсюда вперед ногами вынесли? – В дверях стояла Василиса.
– Да ты что?! Скажешь тоже, даже обидно становится. Обычная предосторожность, проверка, так сказать. Теперь вижу: орел, а не парень. Ладно, – царь похлопал молодца по плечу, – так и быть, прощаю. Будешь у меня с нечистой силой бороться. А то она в последнее время совсем распоясалась.
Санька сначала хотел возразить, что все это сплошное везение и он-то тут как раз и ни при чем и произошло все это чисто случайно. Но, вовремя вспомнив поговорку «Не знаешь – молчи, знаешь – помалкивай», решил рта не открывать.
Кроме того, как ни странно, но ему тут начинало нравиться. Не так уж все вокруг и плохо; и приключения не такие жуткие, как показалось поначалу, и друзья появились. Сейчас вот сам царь на службу пригласил. И Василиса...
На радостях Санька и Липуня отправились в ближайший трактир праздновать успешное боевое крещение.
Едва они скрылись, как в тронный зал через потайную дверь вбежал советник. Все это время он стоял, прислонив ухо к замочной скважине, и от злости грыз ногти, ругаясь про себя: «Пора, пора менять царя. Совершенно неуправляем стал. Вечером говорит одно, утром другое. Не правитель, а тряпка».
Однако, бухнувшись в ноги Берендею, он закатил глаза и начал рвать на себе последние волосы:
– Отец-благодетель, ты что делаешь? Змеюку на груди пригреть хочешь. Он же с нечистой силой связан. Сам посуди, разве может обычный человек после твоего прадедушки, не в гнев тебе будет сказано, в здравом уме оставаться? Колдун он, у кого хошь спроси. Замышляет тебя короны лишить.
– Да успокойся. Я ему давеча предлагал Василису да полцарства в придачу, не согласился.
– Глаза отводит. Хочет все царство целиком заполучить.
– Пусть берет. Стар я стал, на покой хочется, внучков понянчить.
– Где это ты видел царя на отдыхе? Для вас покой только вечным быть может. А Василису он или в темницу запрет, или вовсе отравит, а себе из-за моря новую жену привезет.
– Что? – Берендей аж подлетел под потолок. – Кровинушку мою в темницу? Я ее растил, ночей не досыпал, не доедал, не допивал, не... А ты не врешь?
– Делать больше нечего. Ты сам-то умом пораскинь. Парень только появился, а воевода за него? За него. Василиса
У Берендея округлились глаза, и он заметался по залу:
– Я чувствовал, ох как чувствовал. Хотел же этого злодея в холодную посадить, не дали. Твоя правда, околдовал он всех. Что делать? Что же делать? Давай думай живее. Ты у меня советник или пустое место?
– Нужно отправить его на Дальнее болото. Места там гнилые. Нечистая сила шалит. Не один богатырь бесследно сгинул, и этот обязательно пропадет.
– Мудро, – восхитился царь. – Эй, кто там! Саньку во дворец. Живо!
В заколдованных болотах...
Добраться до трактира Санька и воевода не успели, их догнали и парнишку завернули назад.
– Пойдешь на Дальнее болото, – сквозь зубы процедил советник. – Там целебные травы растут. Царь головой мается, нужно подлечиться.
– Ты чего мелешь? Какая голова? – взвился Берендей. – Если у тебя самого с головкой не в порядке, так я ее вмиг вылечу. И ходить никуда не надо.
– Ты разве забыл, куда мы его посылаем? – зашептал перепуганный Хряк. – Это так, повод.
– Это не повод! – рыкнул в ответ Берендей. – И это ты забыл, что у нас, царей, болезней вообще не бывает.
– Хорошо, хорошо, – согласно закивал советник и, посмотрев на Саньку, пробурчал: – Пойдешь на болото. Принесешь разрыв-траву. Она счастье приносит. А еще она... Короче, получай царский указ – и вперед. Отправляешься немедля, а для пущей важности назначаешься посланником по секретной надобности.
– Царь-батюшка, позволь прежде слово молвить, – попытался встрять парнишка.
– Нет! – взвизгнул Хряк. – Опять супротив царской воли идешь. Заруби себе на носу: когда царь говорит – все молчат. Но это не означает, что, когда царь молчит, кто-то может разговаривать. Не выполнишь службы – познакомишься с палачом. Он, кстати, о тебе уже спрашивал, очень ты ему приглянулся. С чего бы это?
– Правильно. – Царь важно поднял вверх указательный палец. – Стража, проводите посла, да смотрите, чтоб не сбежал по дороге.
Знакомство с палачом совершенно не входило в Санькины планы. Поэтому, стиснув зубы, он только молча кивнул: «Ладно, еще это задание выполню, тогда, может, и получится разговор».
На крыльце с самым невозмутимым видом стоял воевода и поджидал парнишку.
– Василиса приказала проводить тебя немного.
Они вышли из города и углубились в лес. Липуня беззаботно шагал по дорожке, весело посвистывая. Санька шел следом и украдкой, с легкой завистью посматривал на него. «Вот это настоящий богатырь, которому все по плечу. Никогда бы не подумал, что обычные люди могут в сказке жить, рядом с чудесами, – размышлял про себя парнишка, – впрочем, у нас колдунов да экстрасенсов тоже хватает. И ничего, даже в газетах объявления дают».