Как быть нормальным
Шрифт:
– Спасибо. Осталось найти клиентов.
– Уважаемый Алексей Игнатьевич не преминул упомянуть, что моя практика не самая популярная в городе.
– Борис, я тут подумала, с такой статистикой нам нужна дополнительная реклама.
– Какая еще реклама, Марфа Ивановна? Сайт у нас есть, телефон тоже доступен.
– Да, правда я уже забыла, когда по нему кто-то записывался. Может какие маркетинговые фишки придумать?
– Маркетинговые фишки? Серьезно?
– Да. Я же тут вообще-то, когда мне нечего делать, не кроссворды разгадываю, я изучаю рынок и тенденции.
– Я в этом совершенно ничего не понимаю.
– Да тебе и не надо. Я займусь этим. А ты помни, что ты именно психотерапевт,
– Хорошо, Марфа Ивановна. Вы не могли бы в перерыве между изучением рынка и его тенденций найти мне рамку для диплома?
– А что случилось?
– Упала и разбилась от удара дверью.
– От, паразит! В наших текущих условиях тебе понадобится самая крепкая рамка.
– Само собой. Спасибо, тогда я пойду, надо дочь забрать.
– Конечно, иди, иди. Алисоньке привет передавай. А стой!
– Да?
– Как думаешь, трахнет ее или нет?
– Кто? Кого?
– Ну этот мать свою.
– Господи Боже, Марфа Ивановна!
– Ну что? Я за тридцать лет на своем месте столько всякого наслушалась, что такие заскоки для меня как детские шалости. Так что?
– Нет, он боготворит ее настолько, что никогда не сможет даже прикоснуться, не то, что осквернить.
– Ну и хорошо. А после того, как та отдаст Богу душу?
– Марфа Ивановна, ну честное слово!
– Что? Я знала и такие случаи. Ладно, все, молчу.
III
Вечером, наконец, настал тот момент, которого Грайворонский действительно ждал с нетерпением, в отличие от большинства остальных моментов в его жизни - он мог провести целый вечер со своей дочерью. Перед такими встречами он всегда немного волновался, стараясь придумать развлечение для Алисы: будь то поход в кино, аттракционы или еще на какое-нибудь мероприятие, что могло бы понравиться ребенку. По этому поводу приходилось консультироваться с бывшей женой, так как он хотел, чтобы ребенку было действительно интересно, а сам он был плохо осведомлен, чем сейчас интересуются пятилетние девочки. По другим вопросам с женой он практически не контактировал, разве что стандартные текстовые поздравления на День рождения.
Но в этот раз план с развлечениями придумывать не пришлось, поскольку девочка на днях переболела простудой. В этот вечер она уже чувствовала себя хорошо, но еще не настолько, чтобы таскать ее по людным местам. Это вызвало еще больше волнения у Бориса – теперь надо будет развлекать ребенка своими собственными силами, а в этом у него не было большого опыта. С женой они развелись, когда Алисе только-только исполнилось три года. У жены довольно быстро появился новый ухажер, с которым они стали жить вместе спустя пару месяцев. Борис отнесся к этому стоически - разумеется, ему не нравилось присутствие постороннего мужчины в доме, который он когда-то считал своим, но Кирилл, новый мужчина его жены, по рассказам дочери очень хорошо к ней относился. А чем больше окружающих людей любят ребенка, тем лучше. Бабушки и дедушки по отцовской линии у Алисы уже не было. Она даже не успела их запомнить - они скончались с разницей в неделю, всего спустя полгода после того, как девочка появилась на свет. Старики были очень рады ребенку, строили планы, как будут брать ее на выходные на природу в загородный дом. Но у рака поджелудочной и инфаркта были свои планы. Да и загородного дома больше не было – его пришлось продать, чтобы Грайворонский смог позволить себе квартиру в далеко
И вот он вновь стоял перед дверьми подъезда с витражным остеклением, который был ему бесконечно знаком, набрал по памяти код от домофона, поднялся на третий этаж и нажал на звонок. За дверью послушались приближающиеся шаги и мужской голос.
– Привет, Борис! Алиса почти готова, надевает свитер.
– дверь открыл Кирилл. Он всегда был приветлив и вежлив с Грайворонским, прекрасно осознавая, какое место занимает. У Бориса даже при всем желании не получалось ненавидеть его - Кирилл ни разу не был замешан в чем-то отрицательном или постыдном, что жена, что дочь отзывались о нем исключительно положительно. Беглый психоаналитический анализ при периодических встречах тоже не выявил каких-либо отклонений. Так что Грайворонский воспринимал его просто как данность жизни, отдавая себе отчет, что все могло быть гораздо хуже.
– Привет, Кирилл. Как здоровье Алисы? – Борис машинально пожал протянутую ему руку. У Грайворонского никогда не получалось отвечать Кириллу на той же дружелюбной ноте, как бы он не старался. А Кирилла, казалось, это нисколько не тревожило – он всегда отвечал ослепительной улыбкой на любую колючую фразу. Он являлся ходячим воплощением физического и ментального благополучия: высокий, красивый, белокурый, подтянутый, всегда дружелюбный и открытый, с хорошей родословной и высокооплачиваемой работой. Если бы все люди были такими, то Грайворонский давно остался бы без работы.
– У нее уже практически все прошло. Температуры нет. Чувствует себя хорошо, играет. Остались немного сопельки, но так, остаточные явления.
– А где Марианна?
– Марианна сегодня отдыхает.
– В смысле «отдыхает»? От чего она успела устать?
– Она целыми днями сидела с болеющим ребенком, так сегодня она пошла немного проветриться. Ушла менее часа назад.
– То есть не могла подождать, чтобы передать мне Алису лично? Я пришел вовремя.
– У нее же тоже планы есть. Да и в чем проблема? Девочка же не осталась одна.
– Ладно.
– Как твои дела, Борис? Как практика?
– Все в порядке, Кирилл, спасибо.
– Если честно, никогда не понимал, зачем люди ходят к психотерапевту.
– Что же, тогда можно сказать, что ты счастливый человек.
– Думаю, что так оно и есть. А то, что это говорит, дипломированный психолог делает это заявление еще более правомерным.
– Человеку не нужен психолог, чтобы правомерно подтвердить, что человек счастлив.
– Папа, привет! – в дверях показалась Алиса. Девочка с двумя заплетенными косичками и рюкзачком через плечо смотрела на отца своими большущими голубыми глазами снизу вверх.
– Привет, Лисюнь! – Борис присел и поцеловал дочь. Ее носик действительно был еще немного красным, но выглядела она вполне здоровой.
– Ты завтра отвезешь ее в садик? – спросил Кирилл на прощание.
– Да, как обычно – Грайворонский взял дочь за руку, и они вместе зашагали по ступенькам вниз.
– Пока, Алисонька!
– Пока, Кирилл! – попрощалась девочка уже с пролета ниже.
Отец и дочь дошли до машины. Грайворонский усадил ребенка в детское кресло после чего протянул ей подарок – новую куклу, которую ему впервые пришлось выбирать без чьих-либо подсказок, разве что консультанта в магазине, который упомянул, что это сейчас самая популярная игрушка среди девочек дошкольного возраста. Сам Грайворонский скептически относился к куклам, поскольку предпочитал игрушки, которые развивали мышление или фантазию ребенка, но в этот раз пришлось выбрать самый простой вариант.