Кабала
Шрифт:
– Я и забыла, что заперла ее.
Сара прошла за Белиндой, не забыв повернуть ключ в двери. Белинда села на кушетку и уставилась в пол, водя пальцами по шву на комбинезоне.
– Как они пронюхали, где я живу?
– Милочка, эти люди раскусили Уотергейт. Для них вряд ли проблема выяснить чей-то адрес.
– Он в тюрьме?
– Да, но, по-видимому, выйдет на свободу под залог завтра же, если не раньше. – Сара села рядом и отодвинула в сторону истрепанный номер «Вог».
– Прости, я не сообщила тебе, что собираюсь заявить в полицию. – Белинда отвечала на немой Сарин упрек. – Я решилась на это только сегодня утром и, наверное, несколько поторопилась.
– Все нормально. Я рада, что ты
– Да… понимаю. Новости я не смотрела. Не хотелось видеть его лицо.
В своем одеянии Белинда выглядела очень молодо, чем-то напоминая Тома Сойера.
– Я ни в чем тебя не виню, – сказала Сара. Белинда вытянулась на кушетке, положила ноги на колени Сары. От мягкости, интимности этого движения у Сары перехватило горло, в глазах неожиданно встали слезы. После той единственной ночи, после того короткого мгновения, когда их тела слились в единое целое, Саре казалось, что теперь Белинда будет опасаться ее – их обоих – опасаться того, что может повториться. Однако, по-видимому, то, что произошло между ней и Филлипом, свело к нулю все, казавшееся ранее значительным и важным. Сара принялась массировать ступни Белинды, наблюдая за тем, как расслабляется лицо подруги, как уходит из него напряжение. В течение одной ночи жизнь ее перевернулась; ни в одном учебнике не написано того, как человек может вновь найти себя – а ведь именно это и предстояло Белинде.
Прошло некоторое время, тело ее обмякло, глаза полузакрылись, ноги по-прежнему покоились на коленях у Сары. Она почувствовала, как ее тоже начинает клонить в сон. Слишком уж много событий за последние сорок восемь часов.
– Белинда, я, пожалуй, пойду. Постарайся заснуть. – Она осторожно поднялась с кушетки.
– Хорошо, постараюсь. Правда, я боюсь того, что мне может присниться, но постараюсь.
Когда Сара шла к автомобилю, на улице остались всего двое репортеров. Упрямцы, подумала Сара, наверное, из бульварных газетенок – они никогда не жалеют времени на высиживание хоть какой-то информации. Она бросила на них взгляд – «вы-и-сами-не-захотите-иметь-со-мной-дело». Репортеры поняли ее взгляд правильно.
Идя вдоль дороги, она услышала за спиной шум приближающегося автомобиля и шагнула в сторону, чтобы пропустить его. На мгновение ее ослепил свет фар, и только через несколько секунд Сара поняла, что мимо пронесся черный «БМВ». Машина Филлипа. Но этого не может быть. Он же в тюрьме. Даже с его связями и деньгами вряд ли можно убраться оттуда так быстро. Но черный «БМВ» на улице Белинды? Именно этим вечером? Совпадения возможны, успокаивала себя Сара, хотя и не испытывала особой веры в совпадения. Прищурившись, она попыталась определить, кто сидит за рулем, и по мере удаления красных огоньков ей показалось, что машиной правит женщина.
Неожиданно для себя продрогнув, Сара открыла ключом дверцу автомобиля и, поеживаясь от холода, вслед за зажиганием на полную мощность включила отопитель. Вплотную придвинулись неопределенность и страх – будущее, полное неизвестности, не оставляло надежды на то, что ситуация изменится к лучшему. Возможно, со временем, но сначала будет еще хуже. Белинде придется давать показания против Филлипа, а после того как ее покажут по телевидению, наверняка найдутся те, кто захочет оставить на ее лице отпечаток своего кулака. Имя и адрес им уже известны. Сара понимала, что многие начнут смотреть на ее подругу как на преступницу или как на умалишенную, решившую пригвоздить к кресту их спасителя. На память пришли салемские процессы по делу ведьм – а кто сказал, что прошлое не может повториться? У каждого века свой вариант.
В одном нельзя сомневаться: отныне имена Белинды и Филлипа
Сидя за рулем, Сара изо всех сил старалась не заснуть. В квартире она тут же бросилась повсюду включать свет, как ребенок, боящийся темноты. Автоответчик записал четыре звонка, но, когда она нажала на клавишу воспроизведения, первые два оказались ошибочными. Затем послышался голос ее агента.
«Сара, это Мириам. Что, черт побери, с тобой происходит? Я звонила тебе на прошлой неделе. Ты не удосужилась ответить, из чего я сделала вывод, что тебя по-прежнему носит по миру в компании этого Лотарио [9] из Совета директоров. У меня тогда еще была для тебя работа. Ты помнишь о ней, о работе? А сегодня вечером я включаю телевизор и слышу, как ты орешь на репортеров у дома твоей приятельницы, вместо того чтобы дать парням возможность хоть чуточку заработать. Но если ты хочешь добиться славы, тебе следует уделять побольше внимания собственной карьере, а не бить по головам людей, чей подоходный налог составляет сумму поменьше, чем у тебя. Если хочешь, позвони мне, а? Я дома, номер у тебя есть».
9
Лотарио – персонаж драмы Николаса Роу (1674–1718), искусный любовник и соблазнитель женских сердец.
Сара опустилась на стул. Она совсем забыла перезвонить Мириам – теперь ей казалось, что это нужно было сделать месяц назад. К тому же ей, безусловно, необходима работа.
В комнате уже зазвучал голос Энтони. В отличие от Мириам он явно не смотрел выпуска новостей.
«Сара, куда ты пропала? Звоню тебе уже в третий раз – я-то думал, ты будешь дома. Захочешь позвонить – я весь вечер у себя».
В поисках какой-нибудь еды Сара заглянула в холодильник, но не обнаружила там ничего, кроме нескольких дряблых морковок и пакета апельсинового сока со вчерашним числом. Так, подумала она, это никуда не годится. Если в ближайшее время я не приступлю к работе, то никакой агент мне уже не понадобится.
Мириам сняла трубку после третьего гудка.
– Привет, это Сара.
– Что еще за Сара?
– Честное слово, прости меня. Просто я оказалась… ну, было уж слишком много всяких событий, и все до сих пор еще так неопределенно. Я помнила о твоем звонке и собиралась ответить, но…
– О'кей, о'кей, – перебила ее Мириам. – Похоже, ты, как в школе, собираешься рассказать мне о том, что твою домашнюю работу сжевал пес. Скажи другое – ты собираешься зарабатывать деньги? В Лос-Анджелесе вот-вот начнутся съемки, продлятся они недели четыре-пять, и пока еще у них нет художника по костюмам. Я не собираюсь тебя ни к чему подталкивать, если ты решила избавиться от меня. В конце концов, у меня есть репутация, о которой я должна побеспокоиться.
– Я вовсе не собиралась избавляться от тебя, Мириам, честное слово. И мне действительно нужно начать работать. – До слуха Сары донеслась музыка в стиле рэп. – А что, ты изменила своим музыкальным вкусам? Мне всегда казалось, что твой кумир – Элтон Джон.
– Ты смеешься, Сара? Это сын. Он издевается чад своими барабанными перепонками и сводит меня с ума – одновременно. Завтра я скажу, что мне удастся выяснить насчет съемок. Актеров занято не слишком много, одна из звезд у них – орангутан.