Изумруд

Бартельми Дональд

– А что Ступня?

– Пустобрех отвезет ее назад, в Италию! Он организует охранный бизнес! Уже нанял Лодыря, Ловчилу, Иногда и Топтопа.

– А как тебя, кстати, звать?

– Меня зовут Хват, а тебя?

– Я Щебень. А что с собакой?

– Собака будет работать

с Пустобрехом, и она тоже!

– Странно все же, чего это собака пришла к дверям Молл!

– Деус Лунус, его пути неисповедимы!

– Деус Лунус не оставляет своих в беде!

– А как насчет выпить?

– Кто как, а я совсем не против! За что мы выпьем?

– Выпьем за жить однажды!

– Да здравствует здесь и сейчас!

– Расскажи мне, – сказал изумруд, – на что похожи алмазы?

– Я мало про них знаю, – сказала Молл.

– Алмаз, он лучше изумруда?

– Кому что нравится.

– А вот ты, ты предпочла бы алмаз?

– Нет.

– Твердый как алмаз, – сказал изумруд, – мне встречалось такое выражение.

– Алмазы немного заурядны. Порядочные – да. Спокойные – да. Но какие-то они серые. По мне, уж лучше циркон, или сподумен, или зеленый, как ты, оливин – да все, что угодно: сардоникс, гелиотроп, балтийский янтарь, опал, яшма, сапфир, желтый хризоберилл, переливчатый турмалин... Но лучше всех ты, изумруд.

– Но в чем состоит значение изумруда? – спросила Лили. – В самом общем смысле. Если оно вам известно.

– У меня есть некоторые догадки, – сказала Молл. – Не знаю уж, поверите вы им или нет.

– Попробуем, может, и поверю.

– Во-первых,

он значит, что боги еще не покончили с нами.

– Боги еще не покончили с нами.

– Боги все еще занимаются нами, вмешиваются в наши дела то так, то так, они не спят и не умерли, что бы там ни говорили дураки.

– Занимаются нами. Не умерли.

– Как в прежние времена демон мог войти в монахиню на съеденном ею листике салата, так же и сейчас обычная почтовая открытка может стать первым шагом в неведомое.

– Шаг в неведомое.

– Во-вторых, мир может возрадоваться, что слухи про изумруд все еще способны вызвать желание в зачерствевших сердцах его обитателей.

– Желание или алчность?

– Я не стану раскладывать желания по полочкам, на этот счет есть много специалистов, но человек не алчущий ничего – тупой чурбан, с которым мне не хотелось бы иметь дела.

– Положительное отношение к желаниям.

– Да. В-третьих, я не знаю, что предвещает этот Камень, предвещает он изменения к лучшему, или изменения к худшему, или ни то и ни другое, а так себе, некое бульканье, серединка на половинку, но вы-то во всяком случае спасены от тошнотворного однообразия, и небольшой взнос в шляпу, лежащую в прихожей на столике, будет только приветствоваться.

– Ну и что же дальше, – спросил изумруд. – Что же дальше, о моя прекрасная мать!

– А то же, что и раньше, будем барахтаться, чтобы выжить, – сказала Молл. – Будем барахтаться, чтобы выжить, в сладости здесь и сейчас.