Итерация II
Шрифт:
— Какое ещё вредительство? — не на шутку перепугался повар.
— Порча продуктов — это раз, — начал перечислять капитан, — Не доведение норм красноармейского пайка — это два. Подворовываете? Ничего, снимем остатки, выведем на чистую воду и передадим дело компетентным органам.
— Мясо разварилось, потому и кажется, что его нет. — принялся оправдываться повар.
— Следователи объяснишь, — недобро улыбнулся ротный, — Ну и третье — неудовлетворительное качество пищи, вследствие чего больше половины бойцов отказались от обеда, а рискнувшие отведать варево прислушиваются
— Это случайно. — буркнул повар, — И что вы прицепились, нормальный обед.
— Нормальный? — деланно удивился Логинов, — Что же, пройдём за стол, присядем и отведаем всё то, чем вы сегодня кормили бойцов героической Красной Армии. Проведём, так сказать дегустацию.
Под тяжестью обвинений, повар словно сдулся. Его могучая фигура обмякла, а грозный вид — испарился без следа. Безвольно перебирая ногами, повар хлопнулся за на лавку, стоявшую сбоку от придвинутого к стене обеденного стола.
— Остальным что, особое приглашение надо? — обводя помещение взглядом грозно спросил Логинов.
Поварята побросали свои дела и шустро расселись, присоединившись к главному повару.
— Товарищ Бессонов, раздайте посуду.
Собирая разбросанные по всему помещению миски, Бессонов быстро прошёлся по кухне.
— Одной не хватает, товарищ капитан.
— Ничего страшного. Где-то там бачок стоял, давайте его сюда. Уважим хозяина здешних мест, накормим досыта.
— Кто такой и что себе позволяешь? — раздался незнакомый баритон из-за спины Логинова.
Ротный обернулся и увидел невысокого, одутловатого, лысеющего интенданта 3-го ранга, лет 25–27.
— Не иначе, начальник продовольственно-фуражной службы полка пожаловал? — приторно радостным, утвердительным тоном спросил Логинов, — Я — капитан Логинов, командир роты и по совместительству — организатор праздничного обеда для персонала столовой. Присоединяйтесь! Уверен — такого обеда у Вас давно не было. Товарищ Котов, помогите товарищу интенданту найти место и поищите для него набор посуды. Товарищ Бессонов, раздайте страждущим первое блюдо, по глазам вижу — изголодались. Да не жалейте, до краёв наливайте.
Бессонов щедро разлил бурду по мискам, под тяжёлым, давящим взглядом Логинова поварята шустро расхватали ложки и принялись хлебать варево. Не отставал и главный повар. А вот начальник службы поначалу заартачился:
— Это есть я не буду!!! И вообще — я сыт! А тебя, капитан — посадят!
— Будете, — подойдя к начпроду и положив ему на плечи руки, приторно ласковым голосом сказал ротный, — Может ещё и добавку попросите.
Интендант выпучил глаза, затем схватил ложку и давясь начал вливать в себя суп.
Накормив тружеников столовой первым блюдом, Логинов отдал команду разложить по мискам кашу. Пока кухонные работники, давясь и глотая слёзы, ели, Логинов, мерно расхаживая, вбивал в поварские головы немудрящие истины:
— Боец Красной Армии — это наше народное достояние и гордость. На его плечах лежит оборона нашей великой, прекрасной, могучей страны — Союза Советских Социалистических Республик. Воин страны Советов должен быть готов, защитить её в любой
А ваша задача — задача работников службы продовольственного снабжения, в том и состоит, чтобы боец был вкусно и сытно накормлен. Но что мы видим? Нормы не доводятся, мясо даже под микроскопом не найти, хлеба — и того, выдаётся меньше положенного, и есть эту бурду — категорически невозможно. Но, выход есть!
— М-м-м-м-м-м? — вопросительно промычал начальник продслужбы.
— Спрашиваете какой выход? Очень простой. Видите ли, есть у меня такая привычка — питаться со своими бойцами из одного котла. Иногда — со своей ротой, иногда — с другими, но на каждом приеме пищи буду обязательно. А вместе со мной, в общем зале, будут находиться и снимать пробу специалисты: представитель военно-санитарной, продовольственно-фуражной служб и повара, приготовившие блюда. Если качество пищи будет таким же, как сегодня, схожий воспитательный процесс — повторится. Понятно?
Сидевшие за столом синхронно понятливо закивали.
— Вот… А в перерывах, чтобы не забывали, что вы тоже командиры и бойцы Красной Армии, буду брать вас на разные занятия по боевой подготовке: научу бегать многокилометровые марш-броски, окапываться, метать гранату, метко стрелять, готовить взрывные устройства и так далее.
Переглянулись даже Котов с Бессоновым. Похоже в третьей роте настают «весёлые» времена.
— До ужина, конечно, не успеете, — продолжал Логинов, — Но к утру столовая должна блестеть и пахнуть свежестью так, как в первый день после постройки. Товарищ интендант третьего ранга, можно Вас на пару слов? Отойдём, поговорим о сене для подушек и тюфяков. Красноармейцы Котов, Бессонов — на выход, подождите на улице.
— Да уж, сегодняшнему кухонному наряду не позавидуешь. Под «горячую руку» попали. Тут работы — на всю ночь, а им потом ещё и весь день впахивать. — рассуждал по пути Бессонов.
— Помочь хочешь? — спросил Котов. — Вперёд. Не вижу причин, чтобы отказать тебе в столь благородном деле.
— Выходит, что они без вины виноватые. — не сдавался Бессонов.
— Вань, ты говоришь, как деревенский поп. Наказания без вины не бывает. — отрезал Котов, — Наряд надо было лучше принимать. А с бардаком пора заканчивать. Ротный прав.
Вышедший через десяток минут Логинов махнул рукой ожидавшим его бойцам, и друзья двинулись вслед за ротным. А спустя полчаса, уже вся третья рота дружно шагала к конюшням, получать свежее сено для набивки подушек и тюфяков…
***
Получив указания от самого Наркома обороны, командир полка глубоко задумался. Приказ на марш есть, но как его выполнять, если автотранспорта почти нет? Следовательно, нужно срочно доложить комдиву, пусть он и решает.
Комиссар и начсостав полка, вызванный посыльными, собрался быстро. Кратко обрисовав обстановку, комполка приказал начать подготовку к маршу. Отправляя подчиненных по рабочим местам, Бурцев придержал только начальника штаба.