Испытание верностью

Александер Арина

— Егор Андреевич, местный канал «Наша Эра», — к Студинскому протиснулся журналист, забирая на себя внимание присутствующих. — Пару слов, пожалуйста. Люди должны знать, что за беспредел твориться в нашем городе.

Егор потер лицо, прошелся здоровой рукой по волосам и стряхнул головой, возвращая ясность мысли. Было видно, что устал, причем сильно. На лбу залегли глубокие морщины, черты лица заострились, под глазами – темные круги. Однако на обратившегося с просьбой мужчину посмотрел решительно, с полным жизненной энергии взглядом.

— Я хочу, чтобы все жители города, и не только города, но и вся страна, уяснили для себя одну простую истину, —

начал Егор громко и все, кто стоял в радиусе десяти метров притихли. Каждый хотел услышать, что последует дальше. Я невольно залюбовалась его мужеством и стремлением к противостоянию. — То, что здесь произошло – это не история одного завода, одного бизнесмена, или политика, собравшегося навести порядок среди коррумпированной власти. Это история всей страны. На данную минуту в нашей области ещё два аналогичных захвата. Вы только вдумайтесь? Два! А по стране их больше сотни. Ну не получается у нас… — помолчал, глядя в даль, — чтобы средний или крупный бизнес существовал самостоятельно. Честно. Прозрачно. Чтобы людям были рабочие места. Чтобы государству было выгода. Мне была выгода… Вам была выгода. Не получается… — вздохнул, посмотрев на окровавленный бинт. — Всё дело в системе. Не в бандитах, как принято считать, а в системе. Группа уродов в сто, двести человек с оружием нас остановить не сможет. Мы с вами сломаем каждого, кто посягнет на нашу стабильность. Но опять же, вопрос в том, что это система и в ней состоят абсолютно все. Они работают на то, чтобы самим жить, жрать и не давать то же самое делать элементарно всей стране. Благодаря вашей поддержке, мы отстояли завод, но это только начало. И систему, спровоцировавшую подобный бардак стоит ломать. Иногда физически. Но я вам обещаю – наступит время и мы её уничтожим. Если мы не хотим стоять на месте – будем двигаться вперед. Теперь… — подался слегка вперед, словно перед ним не камера, а ставший вдруг видимым соперник, — … я хочу обратиться к тому, кто надеется подобным наскоком пошатнуть мое положение. Я не буду называть фамилии, но имейте в виду, что отныне каждый из вас на особом счету.

После столь пламенной речи, раздались одобряющие крики и аплодисменты.

Управляющего Егор попросил оформить денежные выплаты пострадавшим в перестрелке и провести через бухгалтерию этот день, не смотря на простой, как рабочий.

Постепенно, ближе к трем часам дня территория завода опустела. Уехали пожарные. Красно-белый автобус забрал натренированный отряд Бердника. Четыре здоровенных микроавтобуса прихватили оперативников с задержанными бритоголовыми парнями.

Разошлись и люди. Родные забрали своим мужей, отцов, сыновей и неспешной вереницей, потянулись к своим домам кто пеша, кто на велосипедах, кто и на машинах. 

Для многих страшный сон подошел к концу. 

Пока обзванивала коммунальные службы и договаривалась о расчистке территории после взрывов, Егор куда-то запропастился. Знаю, что ещё совсем недавно был возле проходной и обсуждал с главным экономистом возникшую проблему, как в итоге испарился, хотя Х5 стоял на месте. Дударев тоже куда-то подевался.

Первые шаги за проходную дались с трудом. От увиденного сердце сжалось в болезненном спазме. Привычная эта боль, хорошо знакомая. Сделала глубокий вдох, прогоняя её, а она ни в какую, прочно вцепилась когтями, не желая оставлять в покое.

Огромные окна зияли зловещими дырами. Под ногами лопались мелкие осколки стекла вперемешку со щепками. Западное крыло склада готовой продукции выпускал в небо сизый дымок, наполняя

легкие горечью. Я не специалист и не могу сказать, насколько велик причиненный ущерб, но то, что увидели мои глаза, заставило сделать выводы – потери тут капитальные.

Думаю, Удовиченко поменял тактику: не стал забирать чужое, отжимая бизнес Егора до последнего. Зачем это ему? Он и так не буден. Не-е-ет, тут дело в другом. Он просто решил разрушить всё, к чему Студинский имеет непосредственное отношение. И если моя догадка верна, то в скором времени подобная участь постигнет карьер с остальными объектами частной собственности.

Пошатнулась. Желудок свело болезненным спазмом. Нет от голода, нет. От страха. Если это начало – то оно ужасное. Я не хочу освобождения брата ценой разрушенных человеческих судеб. Только не так.

Егора нашла неподалеку от литейного цеха. Он разговаривал с Валом на повышенных тонах, устало прислонившись плечом к кирпичной стене.

Я слегка кашлянула, предупреждая о своем приближении, и на меня тут же уставились две пары глаз.

— Лидок, ты как раз вовремя, — нашелся первым Валентин, гневно сверкнув воспаленными глазами, — скажи хоть ты что-нибудь, а то у меня уже все доводы закончились.

— А в чем, собственно, дело? — насторожилась, сцепив за спиной пальцы.

— Зачем ты её втягиваешь? — разозлился Егор. — Ей и без этого есть чем заняться.

— Буду втягивать. Что поделать, не могу я остаться в стороне и спокойно наблюдать, как ты катишься по наклонной.

— Фильтруй слова, — рыкнул Егор, оттолкнувшись от стены. — Если бы не Бердник и его люди…

— Да понял я, можешь не напоминать. Но где гарантия, что не он стоит за наездом и похищением груза?

Прогуливавшаяся по территории охрана насторожено подалась в нашу сторону услышав конфликт. Егор взмахнул рукой, указывая идти своим ходом и не вмешиваться. 

— Потому что я верю его слову. Пять процентов акций – сущий пустяк по сравнению с дальнейшими проблемами. А они у нас будут, тут и к гадалке не ходи.

— Да хоть один. Я против, Егор. Про-тив. Ты сам говорил, что из любого положения можно найти выход и мы найдем его. Вместе. Правда, Лида?

Я оторопело кивнула головой, начиная въезжать в суть проблемы. Нет, нет, только не это.

— Егор, не спеши рубить с плеча.

— Ну?! И я о том же, — поддержал меня Вал. — Не связывайся с Генкой, он укатает нас в бетон, если что-то пойдет не так.

— Как вы не понимаете? Если я не объединюсь с ним – нам и так придет конец. Я не знаю, кто стоит у руля, не могу понять, откуда происходит утечка. Вы или со мной до конца или проваливайте нахрен.

Вал поднял руки, сделав шаг назад.

— И ради этого я всю ночь рвал задницу? Я не меньше тебя вложил в "ТехМаш". Мы вместе начинали и… — запнулся, посмотрев исподлобья, — я сам найду эту крысу, но не позволю Берднику войти в руководство.

— Ну рискни, — Егор угрожающе подался вперёд.

— Ну и рискну.

— Можешь начинать прямо сейчас. 

Ещё чуть-чуть, и сцепятся. 

— Прекратите!!! — протиснулась между ними и опустила ладони на плечи Студинского. Он недовольно мотнул головой, против подобного вмешательства и мягко отпихнул меня в сторону, мол, не путайся под ногами.

Над головой начали собираться грозовые тучи. Откуда не возьмись, налетел сильный ветер, поднимая с земли обгорелые листья с пылью.

Я снова стала перед ним. Осознано подошла к пропасти. Страшно? Ещё бы. Но лучше так, с разбега, чтобы наверняка.