Испытание огнем
Шрифт:
В блиндаже прохладно, но начальник политотдела корпуса полковник Р. А. Фомин - рослый, плотно сложенный, по-спортивному подтянутый - одет в короткую кожаную куртку.
Спрашиваю:
– Не холодно вам, Родион Афанасьевич?
– Нет, я привык. Шинель надеваю только в сильные морозы. А у нас скоро будет жарко.
Опять смотрю на часы. До начала артподготовки остается минут десять...
Наша 47-я армия входит в главную ударную группировку фронта. В состав группировки входят также войска 3-й и 5-й ударных, 8-й гвардейской, 1-й и 2-й гвардейских танковых армий. Нам выделен участок прорыва шириной в 4,3
До начала артподготовки три минуты... Две... Одна... Началось!
Вот она, наша всесокрушающая сила! Тридцать минут такого артиллерийско-минометного огня, которого не знала многовековая история войн. И тут же мощные удары с воздуха. Все слилось в один общий, непрерывно нарастающий гул. Со стороны гитлеровцев - ни одного выстрела. Это понятно. Им сейчас не до стрельбы. Первая и вторая оборонительные позиции врага охвачены огнем.
Ровно через тридцать минут в воздух взвиваются разноцветные ракеты сигнал к атаке. Одновременно вспыхивают десятки прожекторов, ослепляя противника и освещая путь нашей пехоте и танкам.
Артиллерия переносит огонь несколько глубже. И вслед за огневым валом бросается вперед пехота в сопровождении танков.
К рассвету соединения нашей армии овладели первой линией обороны врага и приступили к штурму второй позиции. К исходу дня войска первого эшелона армии продвинулись на 4-6 километров, захватив важные опорные .пункты противника - Хайнрихедорф и Нойнцигерт.
В стереотрубу было довольно отчетливо видно все, что происходило на поле боя. Поистине незабываемое и грозное зрелище! Местами завязывались жаркие схватки. Гитлеровцы сопротивлялись отчаянно, особенно там, где .оставались неразрушенными или не полностью разрушенными укрепления, в частности приспособленные к длительной обороне кирпичные строения.
О нараставшем час от часу сопротивлении врага сообщали командиры и политработники. Но все донесения оканчивались оптимистически: все равно противника сломим и задачу выполним. Наступательный порыв воинов не убывал. Командиры и политработники, парторги и комсорги, коммунисты и комсомольцы ободряли бойцов, увлекали их на геройские дела, проявляли находчивость и инициативу. Политотделы дивизий постоянно информировали войска о ходе продвижения к Берлину - главному объекту наступления. Редакции дивизионных газет выпускали листовки, сообщавшие, сколько километров осталось пройти до столицы фашистского рейха, и призывавшие не замедлять движения.
Уже на второй день наступления бойцы, сержанты и офицеры 175-й Уральско-Ковельской стрелковой дивизии читали листовку.
"Товарищ! Когда ты вчера после артиллерийской подготовки поднялся в атаку, до Берлина было 70 километров. Теперь мы еще продвинулись вперед. До столицы Германии остается всего 50 километров. Это в десять раз меньше, чем от Вислы до Одера. Час падения Берлина близок. Быстрее вперед, друзья! К полной и окончательной победе!"
Очередные листовки сообщали, что до Берлина
А вот листовка от 20 апреля:
"Дорогой товарищ! Глубоко эшелонированная оборона врага на подступах к Берлину и городской оборонительный обвод прорваны. Еще один удар, и мы будем на улицах Берлина. До предела напряги свои силы! Слава тому, кто первый ворвется в столицу гитлеровской Германии!"
И, наконец, 21 апреля:
"Товарищ! Долгожданный час настал: мы с боями подошли к северному предместью немецкой столицы. Мы у стен Берлина. Впереди - трудные бои за овладение городом. Будь готов к ним во всеоружии!"
В те дни начальник политотдела дивизии подполковник М. В. Бочков писал в одном из своих политдонесений:
"Оперативные листовки о ходе наступления горячо воспринимаются всеми воинами и оказывают большое мобилизующее воздействие. Во многих подразделениях, там, где имеется возможность, проводятся короткие митинги. Солдаты, сержанты и офицеры единодушно заявляют, что будут и впредь наращивать темп наступления, как бы гитлеровцы ни сопротивлялись, какое бы "секретное" оружие ни применяли".
Большой боевой и политический подъем в войсках армии вызвало специальное обращение Военного совета фронта, поступившее в части и соединения 21 апреля:
"Сегодня боевые знамена наших героических частей уже победно реют над окраинами и пригородами Берлина. Настал решающий час боев. Перед вами Берлин, столица германского разбойничьего фашистского государства, а за Берлином - встреча с войсками наших союзников и полная победа над врагом... На штурм Берлина, к полной и окончательной победе, дорогие товарищи!"
Как всегда, большое внимание в ходе наступления уделялось обеспечению авангардной роли коммунистов и комсомольцев, росту партийных и комсомольских рядов, популяризации отличившихся в боях воинов.
Привожу отрывки из политдонесений начальника политотдела 143-й стрелковой дивизии полковника Ф. И. Гаранина.
"В 3-м штурмовом батальоне 487-го стрелкового полка в конце каждого боевого дня коммунисты и комсомольцы собираются вместе, подводят итоги выполнения боевых заданий и проведенной за день партийно-политической работы, получают конкретные поручения на следующий день. Несмотря на понесенные потери, все ротные парторганизации батальона остаются полнокровными, так как ежедневно пополняются за счет приема в партию отличившихся в боях воинов. Хотя дивизионная партийная комиссия не всегда успевает своевременно оформлять прием, каждого принятого в партию на собрании первичной парторганизации в батальоне сразу же считают коммунистом и предъявляют к нему все вытекающие из этого требования: быть первым в бою, показывать личный пример отваги, вести политическую работу с беспартийными.
...На третий день наступления, 19 апреля, в батальоне состоялось объединенное партийно-комсомольское собрание. Доклад об авангардной роли коммунистов и комсомольцев в наступательных боях сделал командир батальона Герой Советского Союза капитан И. И. Коняхин. Коммунисты и комсомольцы, выступавшие в прениях, взяли на себя конкретные обязательства: еще активнее вести политическую работу среди беспартийных, личным примером храбрости, находчивости и боевой смекалки вести за собой всех воинов. На собрании принято решение, обязывающее коммунистов и комсомольцев быть в боях первыми...