Исправление повесы

Джордж Кэтрин

Она с убитым видом покачала головой и рассказала ему о том, что полиция предпринимает в данный момент.

— Они считают, что ты можешь иметь к этому какое-то отношение, — вяло сообщила она ему. Адам сбросил пальто.

— А ты?

— Нет.

Он с облегчением вздохнул.

— Спасибо и на том. — Обняв ее одной рукой, он открыл дверь в гостиную и остановился как вкопанный при виде целой группы женщин.

Лаури представила всех друг другу, и после нескольких минут разговора Фран и Дженни стали собираться,

взяв с Лаури обещание позвонить им, как только что-нибудь станет известно.

— Не беспокойтесь, — решительно заявил Адам. — Я всем этим займусь. — И повернулся к констеблю. — Я остаюсь на ночь, констебль, так что если вам надо возвращаться в участок…

Мэгги Портер кивнула.

— Хорошо, сэр. Я сообщу инспектору Коксу, что вы здесь. Он хотел задать вам кое-какие вопросы.

Адам и Лаури переглянулись.

— Лучше сделать это сейчас же — может, твои подруги побудут с тобой, пока я не вернусь?

Фран и Дженни были только рады чем-нибудь помочь. Как только за Адамом и Мэгги закрылась дверь, они с немым восхищением повернулись к Лаури.

— Это папа Розин? — спросила Фран. Лаури кивнула.

— Да.

Дженни даже присвистнула.

— В таком случае мы оставляем тебя в надежных руках, Лаури. У него такой вид, что ему все нипочем. Не хотела бы я быть той женщиной, что украла Розин, когда она попадется ему в руки.

Через полчаса Адам вернулся, и Фран с Дженни ушли домой, обещая утром явиться пораньше.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Адам.

— Как и ты, наверное, — с убитым видом отвечала она. — Ты не поужинал с матерью. Может, сделать яичницу с беконом или еще что-нибудь?

— Не беспокойся. — Адам снял крышку с блюда с сэндвичами. — Здесь есть чем перекусить. Только сначала мне надо позвонить маме.

— Разумеется, — попыталась улыбнуться Лаури. — И пожалуйста, извинись за мою истерику. Адам коснулся ладонью ее щеки.

— В данных обстоятельствах она, скорее, удивилась бы, если б ты была спокойной!

Позднее, когда Адам переговорил с матерью, а Лаури сварила еще кофе, он усадил ее рядом с собой на диван.

— Иди посиди здесь, Лаури; нам сейчас нужно быть вместе, — грустно сказал он, беря ее за руку. — Я видел Розин всего раз, и то душа болит. А что чувствуешь ты…

— Я молю Бога, чтобы эта женщина оказалась доброй, — сказала Лаури и проглотила комок в горле. — Розин привыкла к ласке: ее ведь с рук не спускали — Дженни, Фран, я, не говоря уж о том, что весь клан Морганов в ней души не чаял. Она ничего, кроме любви и ласки, не знает.

— Будет! — оборвал ее Адам и положил руку ей на плечо. — По крайней мере нам известно, что какая-то женщина увезла ее. То есть она не пропала, не… — Он замолчал, тяжело вздохнул, крепче прижав ее к себе. — Ты отцу говорила?

— Да. И Саре. Рия в Гстааде с девочками и Мари-Шан. Сара свяжется с ними, как только…

— …Розин

будет с нами, — с чувством докончил он.

С нами, подумала Лаури и вскочила на телефонный звонок. Разочарование было так сильно, что у нее чуть не подкосились ноги. Звонил сержант Бойс. Он сказал, что сообщение будет в девятичасовых теленовостях, а потом в десять. Кроме того, будут регулярные извещения по радио с просьбой сообщить, если кому-то что-нибудь известно.

Лаури попросила Адама перенести телевизор из ее спартанской спальни, и они сидели рядышком перед ним в ожидании последних известий.

— Представляешь, что это значит? — произнесла Лаури. — Это конец яслям. Кто захочет после такого оставить у меня своего ребенка?

— В таком случае направишь свои усилия в другую отрасль. — В Адаме явно заговорил бизнесмен, но взгляд его, когда он посмотрел на Лаури, был нежен. — Сейчас главное одно — найти Розин. После сообщения должен объявиться кто-нибудь, кто видел ее.

Лаури закусила губу и издала глубокий, полный боли вздох.

— Ах, Адам. Я молюсь, чтобы ты оказался прав.

Глава 11

После сообщения в телевизионных новостях позвонили отец Лаури и Руперт; оба были глубоко потрясены, увидев фотографию Розин. Обоим отвечал Адам. Руперт не удивился, услышав его голос, а Джерент Морган был слишком оглушен случившимся с его внучкой, чтобы расспрашивать Адама Хокриджа о том, как он снова появился в жизни его дочери.

— Папа понял, почему я не могу говорить с ним? — охрипшим от слез голосом спросила Лаури.

— Я объяснил ему, что ты в полном потрясении от случившегося, — ответил Адам, глядя сверху вниз на обессиленную Лаури, в оцепенении сидящую на диване. — Может, приляжешь ненадолго — надо хоть немного отдохнуть.

Она посмотрела на него.

— Отдохнуть? Не говори глупости! — воскликнула она и тут же закусила губу. — Прости…

— Не за что, — он коснулся рукой ее рассыпавшихся волос. — Если не хочешь в постель, прими ванну. Постарайся чуть расслабиться, если сможешь.

Она нехотя согласилась.

— Хорошо. Надо переодеться, пожалуй. — Она испытующе посмотрела ему в глаза. — Позови меня, если…

Адам поставил ее на ноги и направил к двери.

— Ступай. Мне надо сделать пару звонков, а потом приготовлю тебе чай.

Лаури слабо улыбнулась ему и пошла в ванную. Пока она там лежала, до нее доносился голос разговаривающего по телефону Адама, и она подумала, не оттого ли он так настаивал на ее уходе, что ему надо было поговорить с кем-то без нее. Адам сказал, что у него никого нет, но в это трудно было поверить. Для таких мужчин, как Адам, женщины были так же необходимы, как кислород и пища. Вдруг ее пронзила невыносимая боль. Единственное, что ей сейчас нужно, — это чтобы ее дочурка была в ее объятиях.