Исправить
Шрифт:
— Это взаправду? — все, что смог выдать мой мозг. Мысль о том, что Логан собирался сделать предложение в эти выходные, кажется невозможной. Это неожиданно, безумно и слишком рано.
— Завтра я собирался вытащить тебя из постели до рассвета. — Он стоит надо мной, уперев руки в бока. — Планировал для нас полет на воздушном шаре. Это казалось мне идеальной метафорой.
Все еще сжимая коробку, я опускаю руки на колени и закрываю глаза. И вздыхаю от пронзительной боли и сожаления.
— Какая метафора? — уныло спрашиваю я. — Как одна маленькая ошибка может привести нас к гибели?
Недовольно
— Нет, Пейдж, — говорит он, и в его голосе почти не слышно раздражения. Он ждет, пока я открою глаза и повернусь, чтобы посмотреть на него, прежде чем протянуть руку и погладить меня по щеке. — Каждый раз, когда я смотрю на тебя, то поражаюсь твоей красоте. Мимолетной улыбкой ты способна заставить меня парить. Этим ты… ты поднимаешь меня выше, заставляешь стремиться к лучшему, быть лучше.
Неосознанно я задерживаю дыхание, пока воздух не начинает рваться из легких, оставляя за собой головокружение. Мурашки бегут по спине от его слов и, немного, от стыда.
— Прости, — произношу я почти шепотом, и слезы снова наворачиваются на глаза. — Мне очень жаль. Я знала, что ты не уйдешь. Ты никогда бы так не поступил.
В ответ он просто раскрывает объятия. Что-то во мне ломается. Горячие слезы текут по щекам, и я тянусь к нему, забираюсь на колени, сворачиваясь в его объятиях. Он крепко обнимает меня. Обнимает так, словно никогда не отпустит. И в этих сильных объятьях мне не хочется больше ничего, кроме как безвольно прижаться к его груди, макушкой ощущая его подбородок. Я чувствую, что свободна и могу позволить себе по-декадентски разбиться вдребезги, зная, что он удержит все мои части воедино.
Медленно слезы утихают, и после долгого и ошеломленного молчания я судорожно вздыхаю:
— Все произошло так быстро.
Он крепче прижимает меня к себе.
— Жизнь похожа на погоду. Ты не можешь контролировать ее. Но можешь приспособиться.
Мне хотелось бы глупо рассмеяться, но что-то сжимается в груди. Логан прекрасно знает, что я не могу просто плыть по течению.
— Мне бы хотелось получить предложение на воздушном шаре, — говорю я, шмыгая носом.
Он запускает пальцы в мои волосы и прижимается губами к макушке.
— Мы все еще можем это сделать.
— Нет, — машинально отвечаю я, и тут мне приходится взять паузу, чтобы понять причину своего внезапного и решительного бунта. Возможные будущие события промелькнули перед моими глазами — предложение, как он и хотел, только уже не сюрприз, помолвка и планирование свадьбы со всеми обычными ритуалами. И мне казалось, что это правильно и именно этого я хочу, когда планировала свою жизнь.
К черту все это!
— Я не хочу ждать, — говорю я, уставившись в его глаза. — Мы в Лас-Вегасе. Давай поженимся сегодня.
Нахмурившись и качая головой, он начинает:
— Пейдж…
— Я серьезно. — Положив ладонь на его щеку, я провожу большим пальцем по линии подбородка. — Несмотря ни на что я сказала бы завтра «Да». Ожидая ребенка, или нет.
Боже! Я задыхаюсь, когда произношу слово «ребенок», будто от этого он становится реальнее.
Я собираюсь стать матерью, а Логан — отцом. Это безумие. Это ужасно. Я не готова к этому. Как вообще
— Никаких сомнений.
Отогнав панику, я провожу пальцами по его затылку, наклоняюсь и прижимаюсь к его губам в нежном и долгом поцелуе. Мурашки бегут по коже, когда он обнимает меня еще крепче и целует в ответ. Снова отстраняюсь и твердо произношу:
— Не будем ждать.
Он серьезно смотрит, поглаживая меня везде, куда только может дотянуться — по спине, талии, бедрам — как будто пытается запомнить очертания моего тела.
— Я просто не хочу, чтобы ты сожалела, что не устроила пышную свадьбу в окружении родных и близких.
— Ну, может немного, — признаюсь я, пожимая плечами. — Но, если мы подождем, то найдется новый повод для сожалений. Например, о том, что придется надеть свадебное платье для беременных.
И я содрогаюсь и корчу гримасу от одной этой мысли.
Логан раздраженно качает головой. Затем фыркает с усмешкой:
— Давай сделаем это.
Глава 11
Логан
Наши дни
Вестибюль отеля «Охотник» напоминает улей — переполненный, хаотичный, наполненный гулом голосов. Приехав минут двадцать назад, я поприветствовал Кэролайн Карн, сидящую в другом конце холла. Поскольку мне совсем не хотелось, чтобы Пейдж впала в истерику из-за разговора с ее клиентом без спросу, я устроился в одном из кресел в гостиной, оформленной в стиле бревенчатой хижины, и проверил по телефону электронную почту. Я ждал приезда Стью, который должен прилететь на своем частном самолете. Он предложил мне присоединиться к нему, но я вежливо отказался, наскоро придумав отговорку о политике компании. По правде говоря, от одной мысли провести с ним чуть больше времени, чем я обязан, у меня начиналась крапивница. С этой парочкой приходилось нянчиться и это мне совсем не нравилось.
Когда Стью поведал мне подробности своего сумасшедшего плана, он упомянул, что жена настояла на присутствии своего адвоката. Пейдж дала согласие, не оставив мне выбора и поэтому я разрывался от гнева и сомнений. Однако, как только я остыл, то начал обдумывать преимущества. Мы же не обязаны проводить двадцать четыре часа в сутки со своими клиентами. Значит мне удастся выкроить время, чтобы осуществить то, на что я решился в кабинете психотерапевта на прошлой неделе.
Решился начать действовать. Разорвать замкнутый круг и найти способ все уладить. Потому что я чертовски устал жить в подвешенном состоянии.
Я отвечаю на письмо клиента и делаю паузу, чтобы осмотреться. Похоже, что здесь проходит какое-то мероприятие, судя по деловому виду большинства присутствующих.
Мой взгляд цепляется за двух парней, стоящих у камина, такого огромного, что рядом с ним они похожи на карликов. Они примерно моего возраста, одеты совсем не для отдыха. Внезапно один из них останавливается на полуслове, на его лице неприкрытая заинтересованность. Его спутник поворачивается вслед за ним, и я бросаю взгляд в ту сторону…