ИСПОВЕДНИЦА
Шрифт:
Натан глубокий вздохнул.– Энн - решительная женщина. Она полагает, что Никки, начиная с того отречения от Сестёр Тьмы, не остаётся ничего иного теперь, как посвятить себя делу Сестёр Света.
– Какому делу? Почему она решила, что Никки должна посвятиться Сёстрам Света?– спросила Кара.
Натан слегка наклонился к Морд-Сит.– Она считает, что мы, волшебники, нуждаемся в Сёстрах Света, чтобы они могли направлять каждую нашу мысль и действие. Она всегда полагала, что нам нельзя позволять думать самим.
Пристальный взгляд Верны блуждал по дальней части пустого
– И тем не менее, незабывай, что ты провела с Ричардом гораздо больше времени, чем когда-либо предоставлялась Энн, - Натан печально покачал головой.– Хотя она, должно быть, пришла к тому же пониманию о Ричарде, что он должен действовать на своё усмотрение, с чем большинство из нас и согласилось, не исключено, что в последнее время она вернулась к своим прежним убеждениям и встала на прежний путь. И во мне нет уверенности, что заклинание Огненной цепи не уничтожило те моменты в памяти у Энн, которые и послужили основой её нового взгляда на Ричарда.
У Верны закралось почти тоже самое подозрение.– Мы должны позволить Энн самой говорить за себя, но мне думается, что очевиден тот факт, что заклинание Огненной цепи действует на каждого из нас. И мы знаем, что если это не обуздать, то, по всей вероятности, заклинание продолжит распространять своё действие на наши умы и, вполне возможно, уничтожит нашу способность рассуждать. Проблема заключена в том, что ни один из нас не знает, как мы меняемся. Каждый из нас не ощущает в себе никаких изменений, будто мы такие, какими были всегда. Но я сомневаюсь, что это так. Ничего нельзя сказать о том, наскаолько любой из нас изменился. Любой из нас мог невольно заплутать в наших устремлениях.
– Ты сможешь обсудить всё это с Энн, когда мы их найдём, - прервала её Кара, которой нетерпелось вернуться к непосредственным проблемам.– Здесь их нет. Мы должны продолжить поиски.
– Возможно они ещё не закончили свой разговор, который хотели завести, - предположил Натан.– Может быть Энн и не хочет, чтобы её нашли, пока не покончит с попыткой убедить Никки в том, в чём она намерилась её убедить.
– Такое вполне может быть, - согласилась Верна.
Натан потеребил край накидки.– Я бы не стал отбрасывать и то, что женщина могла спрятаться с Никки и, оставшись с ней наедине, намеривается силой заставить её принять убеждения Энн.
Кара щелкнула пальцем отрицая это.– Никки посвятила себя помощи Ричарду, вовсе не Энн. Её попытка останется безуспешной, И Энн ничего не сможет сделать с ней - Никки может прибегнуть к Магии Ущерба, в конце концов.
– Согласна.– подтвердила Верна.– Не могу представить, как они вдвоем разгуливают на протяжении столького времени, и при этом не дают о себе знать о своем мостонахождении.
Эди поворнулась к Верне.– Почему не спросить её, где она быть?
Верна, нахмурившись, поглядела на старую волшебницу.– Ты имеешь в виду прибегнуть к помощи путевого дневника?
Эди ответила одним решительным поклоном.– Да. Спросить её.
Верна отреагировала скептически.–
– Возможно она не быть находиться во Дворце, - настаивала Эди.– Возможно они обе должны быть потерять терпение из-за внезапная, важная причина, и она уже послать тебе сообщение в путевой дневник.
– Да каким же это образом они умудрились покинуть Дворец?– спросила Верна.– Мы окружены армией Имперского Ордена.
Эди пожала плечами.– Это не быть невозможным. Я могу видеть с моим Даром, не моими глазами. Это, быть темным вчера вечером. Возможно в темнота они должны быть убежать по каким-то причинам. Возможно это, быть важным и они не имели времени, чтобы сказать нам.
– Ты смогла бы сделать это?– спросила Кара.– Вы могли бы выйти в темноте и пробраться через врага?
– Конечно.
Верна уже просматривала путевой дневник. Как она и ожидала, он был полностью чистым.– Никаких сообщений, - она вложила маленькую книжку обратно за пояс.– И всё же, я воспользуюсь твоим предложением и напишу сообщение Энн. Вдруг и вправду она заглянет в свой дневник и ответит.
Распушив свою накидку, Натан вновь двинулся дальше.– До того как мы пустимся искать в других местах, я хочу проверить усыпальницу ещё раз.
– Выставите здесь охрану, - дала распоряжение Кара солдатам.– Остальные пойдут с нами.
Пройдя некоторое расстояние вниз по залу, Натан пустился вниз по лестнице. Раздавалось эхо шагов всех остальных, кто следовал за ним и старался не отставать. Натан, Кара, Эди, Верна и солдаты, замыкавшие шествие сзади, все дружно спускались вниз на следующий уровень.
Более низкие стены были из блочного камня, а не из мрамора. В некоторых местах, на них были следы от воды, которая в течении сотен лет просачивалась сквозь них. Эта течь оставляла после себя желтоватые формы, которые придавали камню вид, будто он таял.
Вскоре они добрались до камня, который таял по-настоящему.
Натан остановился перед входом к усыпальнице Паниса Рала. Высокий пророк, с мрачным и вытянутым лицом, поглядел мимо таявшего камня в усыпальницу. Это был четвертый раз, когда он возвращался изучать могилу, но и на этот раз она ничем не отличалась от предыдущих посещений.
Верна беспокоилась об этом мужчине. Когда он волновался и хотел найти ответы, за его внешней непроницательностью бушевал своего рода гнев. Её никогда не доводилось видеть его таким прежде. Единственным человеком который приходил её на ум с той же самой непроявляемой внешне, сдерживаемой яростью, которая могла заставить её сердце бешенно колотиться - был Ричард. Ей подумалось, что такой сосредоточенный гнев должно быть был характерной чертой Ралов.
Невзирая на то, что вход в склеп когда-то предусматривал двери, теперь на их месте был водружён некого вида белый камень, предназначенный для того, чтобы запечатать вход в большую усыпальницу. Внешне выглядело так, что он был установлен впопыхах, и всё же не достоточно быстро, чтобы остановить странные условности, переполнявшие могилу Паниса Рала.