Исповедь убийцы
Шрифт:
– Доверять мне можно, так что не бойся. Всё пройдёт в лучшем виде.
Меня немного оскорбил намёк Скарлетт на то, что я, видите ли, не умела держать язык за зубами. Вот узнай она правду о моей миссии, бежала бы я отсюда быстрее ветра. Но, к счастью, пока никто не удосужился просветить её, что в городе появился убийца вампиров с чётким заданием сократить количество монстров, причём персон эдак на дюжину...
– Не кипятись, Эстер. Знаешь, до какой степени секретно то, что я тебе сказала? Да за эти слова любой напыщенный охотник заплатил бы чудовищные деньги!
– Чудовищные, говоришь?
Я дразняще улыбнулась.
– Мне как раз нужны деньги… Телефончик дашь?
– Эстер Хайд! – в притворном гневе воскликнула Скарлетт, делая попытку поймать меня за плечи. Я со смехом увернулась. Судя по безмятежному лицу вампирши, она до сих пор ни в чём преступном меня не заподозрила. – Не смей так со мной шутить! Когда-нибудь я с тобой что-нибудь сделаю!
– Не буду, уговорила!
Я засмеялась ещё громче, но тут же успокоилась, когда в дверном проёме показался точёный силуэт Моники. А вот и пропажа нашлась!
За то время, что я не видела сестру Питера, черты её прекрасного лица стали угловатее, а скулы обострились до предела, как будто хотели прорвать кожу и показаться наружу. Глаза цвета хризолита показались мне гораздо светлее и искристее, лучше любых слов говоря о сытости вампирши. Заметив нас, она приветливо улыбнулась и подошла к нам со Скарлетт. Со мной Моника поздоровалась лишь кивком головы (у меня от сердца отлегло, ведь мы, по идее, были незнакомы), Скарлетт, казалось, совсем не заметила. Судя по всему, сестра Питера была явно чем-то обеспокоена, но делиться с окружающими не торопилась.
– Я бы с огромным удовольствием хотела узнать у тебя, Скарлетт, куда делся Александр, твой ненаглядный братец? – спросила Моника, когда с официальной частью было покончено. – Илона в бешенстве. У неё снова не получилось поймать этого урода и психопата.
– Эй, выбирай выражения! Я его ненавижу, но мы всё-таки родня! – ответила Скарлетт и прищурила глаза, словно хотела разглядеть что-то внутри Моники. – Я тебе скажу, куда он делся. Мой брат только что приходил. Вы с ним разминулись. Он добрых полчаса жаловался на неприятности и грозился всех уничтожить. Мы поссорились, и я его выгнала. Кажется, Эстер столкнулась с ним в дверях.
– Что сделала?! – Моника округлила свои и без того огромные глаза и подалась вперёд. – Проклятье! Почему ты мне сразу ничего не сказала? Мы могли поймать Александра прямо здесь!
– Он мой брат, часть семьи. Я бы не смогла не вмешаться.
– Он убийца! Чёрт побери, да ты вообще знаешь, скольких вампиров он отправил на тот свет?!
– Знаю, Моника, но семейные узы никто не отменял!
– То есть ты его прикрываешь?
– Иди на Совет и займи своё место. Скоро соберутся остальные. Нам есть что обсудить помимо паршивых овец моей семьи.
– Как скажешь, конечно, но не думай, что я это так оставлю, – прошипела Моника и быстрым шагом направилась в зал, куда специально открыли дверь.
– Тот человек в чёрном плаще был твой брат? Тот самый Александр Маркула – слетевший с катушек древний вампир-убийца?
Вот так-так… Значит, я не зря притворялась предметом мебели во время спора двух вампирш. Александр Маркула был хорошо известен
– Совершенно верно, – холодно ответила Скарлетт и отвернулась к входу, где показалась безупречная фигура Нэнси.
– Девочки! – Она радостно всплеснула руками якобы в гневе. – Что-то вы похудели!
– Не говори чепухи! Я в отличной форме…
– … голодного вампира, – закончила начатую за Скарлетт фразу неугомонная Нэнси. – Идти на место?
– Да, – коротко бросила вампирша, подтолкнув подругу. – С Эстер потом поговоришь.
Я обиделась от такого пренебрежительного отношения, но промолчала, увидев на пороге библиотеки Её Злейшее Величество Илону. Последний раз мы с ней встречались, когда Питер привозил меня знакомиться со своей семьёй. Тогда она предстала передо мной в самом неудачном облике. С тех пор она сильно изменилась. Стала более ухоженной, красивой и подтянутой. Исчез бешеный блеск в глазах, который в своё время неприятно меня поразил. Потрёпанную одежду путешественницы сменил идеальный наряд, состоявший из юбки и блузки цвета морской волны. Если учесть, что на улице было очень холодно, это привлекало повышенное внимание обычных людей. Впрочем, казалось, Илона об этом даже не думала, поглощённая своими мыслями. Она заметно расстроилась провалом плана и, вероятно, обдумывала новый, ещё более хитрый и путающий мне все карты.
– Здравствуй, Илона, – степенно поздоровалась с ней Скарлетт, тщательно подбирая слова.
Я не стала так церемониться и просто помахала рукой. Вампирша отвлечённо кивнула и пошла в зал, откуда доносились приглушённые голоса собравшихся.
– Почему она такая неприветливая? – осторожно спросила я так, чтобы не вызвать никаких подозрений. Мне снова приходилось балансировать на лезвии ножа.
– Провалила идеальный с виду план и теперь злится на Александра. Она всегда тяжело переживала неудачи, а тут снова полное фиаско.
– Понятно... Кто ещё должен прийти? Кого ждать?
– Все пришли. Пора закрывать дверь. Ты встанешь около неё и будешь следить, чтобы никто из людей не подходил слишком близко, а я пойду по делам, вернусь к полуночи. Ратмир сам разберётся с посетителями, я передумала. Ты всё равно здесь не ориентируешься. Поняла?
– Обижаешь! – сказала я оскорблённо и встала около Скарлетт.
Вампирша взялась за тяжёлую створку и закрыла дверь. Даже для неё стоило огромного труда сдвинуть с места эту махину. Потом она повесила старинный замок и просунула сквозь ручки двери тяжёлую цепь. Знаком приказав мне занять удобное место возле входа в зал, Скарлетт дала мне в руки сотовый и рацию военного образца.
– Телефон для меня, рация для них. Не говори им своё имя, иначе неприятностей не оберёшься. Они становятся очень злыми после Совета, уже проверено и не раз. Далеко не всех устраивают решения, которые там принимаются. Если что, смело зови Ратмира. Его многие побаиваются из-за не слишком терпеливого характера и комплекции. Желаю удачи!
Я кивнула, и Скарлетт пошла к выходу из библиотеки. Через некоторое время раздался шум мотора, извещавший, что вампирша уехала. Я убрала сотовый и рацию в сумку, которую аккуратно повесила на подходящий крюк в стене. Насколько хватило моего образования, раньше он использовался, чтобы держать керосиновые лампы.