Исповедь гипнотезера
Шрифт:
ИДИОТ! — (…)!
Там же ребенок, ребенок там, и он получает модель отношений! Надо ворваться и пристыдить, вмешаться, пока не поздно, но эксперименты по методу включенного наблюдения, то есть соучастия, уже дали отрицательные результаты, ибо нет пророка в своем отечестве и психиатра в своей квартире…
НУ И ПОШЛА! — ПОШЕЛ САМ!!
Ну наконец-то, долгожданное хлопанье дверью, победная точка. Овации моей штукатурки и длинная стеклянная дрожь книжных полок возвещают, что между Клеткиными все кончено, все кончено вплоть до завтра. Впрочем, еще не отстрелялись за противоположной стеной Касаткины, но у них не может быть кульминации до получки.
В тишине, поздней ночью, подвожу итоги. Можно со всей ответственностью заявить, что наши Клеткины
Мне очень жаль, что в связи с разъездом по отдельным квартирам исследования пришлось прервать, а вышеописанную сцену воспроизвести методом включенного воспоминания. Но еще не все потеряно. И отдельные квартиры, слава богу, не лишены соседних, где происходят сцены аналогичные, слышимые столь же убедительно и сверх того…
СПАСИТЕ НАШИ ОТНОШЕНИЯ
Сколько в мире несчастья и сколько счастья?
Мы этого не знаем и, наверное, никогда не узнаем, ни по какой статистике. Я лично подозреваю, что и того, и другого несравненно больше, чем видится и чем можно себе представить, особенно счастья.
Полярная ночь пессимизма делает его невидимым, но оно есть. Глаз завистливый галлюцинирует — оно есть, но не там… О счастье рассказывают редко (а уж мне и подавно, всего более — о потерянном). Счастье сокровенно и нехвастливо — не стоит, как верно замечено, путать его с завиральным благополучием, любящим ставить себя в пример. Несчастье, настоящее несчастье тоже редко подает голос — и не первому встречному… Громче всех вопит промежуточная нитонисёвина.
В. Л.
Мне 29 лет, мужу 32. Выходя замуж, была уверена, что счастливее пары, чем мы с Борисом, не было и не будет. Подруга предупреждала меня (сама она была разведена уже второй раз), что все это ненадолго, что впереди неизбежные ссоры, разочарования, что в чем-нибудь да обнаружится несовместимость…
Почти четыре года все было хорошо. Но вот сейчас, к отчаянию моему, предупреждения начинают сбываться. Праздник кончился. Что-то изменилось и во мне, и в Борисе, отношения как-то незаметно стали напряженными, из счастья превратились в мучение. Никак не могу понять, в чем же дело? Я верна мужу, думаю, что и у него нет других женщин, но даже если бы и были, это меня волновало бы меньше, чем то, что происходит теперь…
Мы подходим друг другу физически и духовно, у нас растет дочка, у обоих интересная работа, и непьющие, хорошая квартира, ни с его, ни с моей стороны нет давления родственников, кажется, лучше быть не может. И все равно: ссоры по любым поводам, по пустякам, бесконечные выяснения отношений, взаимные обвинения. Уже два раза собирались подавать на развод… Я знаю, что не всегда бываю права, но не всегда и виновата!
Неужели это конец любви? Или мы с самого начала не разглядели друг в друге чего-то важного?!
Спасите наши отношения! (.)
Спасти отношения иной раз труднее, чем спасти жизнь.
Тем более трудно —
На выяснение этих подробностей психологи-практики тратят месяцы и годы, с весьма скромными результатами. Да, в некоторых случаях посредник бывает нелишним — пусть и не психолог, а просто неглупый человек, друг семьи, одинаково расположенный к обеим сторонам, быть может, не из счастливых и сам…
Однако и на посредника надежда невелика, особенно если ему не удается удержаться от роли судьи, к чему каждая из сторон тянет его со всем отчаянием недобросовестности.
Надежнее, если посредником — в собственных отношениях — станет каждый из вас двоих.
Даже в том случае, если изменит позицию только один, шансы есть.
Кончается ли любовь? Всего чаще наблюдаем печальные случаи, когда любовь не умирает, но и не живет, когда становится инвалидной, агонизирует заживо…
Не знаю о чувствах вашего мужа, но ясно, что ваша любовь жива, иначе не было бы письма. Видна и болезнь — она у всех, в общем, одна, в разных видах: неверие в любовь. Иное имя ему — духовная трусость. Отсюда поспешные смертные приговоры…
Умеете ли вы выяснять отношения? Только что выскочили из моего кабинета еще двое горяченьких. Все тот же сценарий, прямо тут, при мне: Она обвиняет Его, Он — Ее, возражение за возражением, говорят оба, не слушает ни один. Я пытался вмешаться, намекнуть, что лучший способ испортить отношения — выяснить их именно так. Куда там, они меня в упор не слышали. Остановить их мог разве что выстрел из пистолета…
Умеете ли вы ссориться? Только дети умеют. Они знают, что в тысячу раз лучше устроить свежую, полнокровную ссору, чем вспоминать старые и подсчитывать синяки. И никаких подтекстов — все, все наружу! Никаких балансирований «на грани войны». А у нас?..
— Ты заходила к Пупышкиным?
— Ну, конечно, заходила. («Что за вопрос, не в пример тебе я помню свои обещания. Почему никогда не спросишь, как я себя чувствую, почему не купил мыло».) Ты же видишь, я переоделась. («Ты опять невнимателен и зануден, хоть бы раз приласкал, ночью по-прежнему храпел не на том боку…»)
— Я не слежу за тем, как ты одеваешься. («Мне уже сто лет не нравится запах твоих духов, мне осточертели твои требования. Ну когда же ты наконец поймешь, что я не банальная натура. Ты похожа на свою грымзу-мамашу, будь проклят тот день, когда я…»)
Цепная реакция начинается неуловимо, по сотням причин, с какого-то изменения настроения у одной из сторон, но всегда относимого другой стороной на свой счет. Все еще в подтексте, только напряжено каждое движение, каждая интонация… Все пока в рамках благопристойности, завидная выдержка… Еще немного, еще чуть-чуть…
Начинайте раньше! Опережайте!
— Прости, я сегодня раздражена, плохо собой владею, плохо соображаю. Так было и вчера… Причина во мне самой, знаю. Обычные пустяки… Раздражение заставляет меня искать вину в тебе, поводы, сам знаешь, всегда находятся. Мне кажется, и у тебя что-то в таком же духе. Если хочешь, скажи: чем я тебя раздражаю? В чем не понимаю, чего не вижу? Объясни мои ошибки, они виднее тебе, чем мне. Если оба постараемся, нам удастся чуть-чуть поумнеть?..
ПРИСТУПАЙТЕ К МИРНЫМ ПЕРЕГОВОРАМ ДО НАЧАЛА ВОЙНЫ! (.)
«Быть или не быть» — терпеть или расходиться?
Если терпение не строит, оно разрушает, если не осветляет, то лжет.
Знаю несколько случаев, когда люди расходились красиво, сохранив благодарность друг другу, даже любовь и верность. Да, бывает, развод спасает… Хороший развод, во всяком случае, лучше плохого брака; но обычнее, увы, хорошие браки заканчиваются плохими разводами.
Наглядевшись достаточно, казалось бы изучив, КАК НЕ НАДО жить в семьях, молодые вступают в брачный возраст с двумя установками — бессознательно пессимистической («семья — кошмар, страшный сон») и сознательно оптимистической («у нас все будет по-другому»).