Искупление
Шрифт:
— Ну да. Только вчера и позавчера были не бои, а боестолкновение с бандитами. Так что нос особо не задирай. Ты диски набил? Давай сюда под руку. Что-то бандюки притихли. Задумали чего? Ну-ка посмотри что там, у соседей делается.
— Не вижу ничего. Они пока мы воевали, молчали.
— Так и положено. Им надо себя открывать только когда обнаружат, что нас с фланга обойти попытаются или когда "духи" на дорогу что к Ушкалою идет прорываться будут.
— Ну, тогда парням точно пора это делать. "Духи" в обход на них пошли.
— Они и на нас пошли.— Прикладывая приклад пулемета к плечу, ответил ефрейтор.
Полсотни бандитов под прикрытием очень настырного
— Вот суки пристрелялись. Что там у тебя?
— Атакуют.
— Ну и как?
— Наши держатся. С пяток самых активных уложили, остальные вроде как залегли за камнями.
— Ты со своей винтовкой их достать можешь?
— Попробую.
— Ну, так какого х... тогда этого не делаешь?! Вышибай на х..р всех кого можешь достать!
— У тебя с патронами как?
— Два диска, что ты набил.— Длинной очередью, добивая диск, ответил ефрейтор.— Ты знаешь, что я только что заметил? А ведь нас немцы атакуют.
— Да ну путаешь, наверное. Откуда они здесь?
— Ага. Хотел бы, только я их серые мундиры за версту чую. В плену да на фронте столько насмотрелся, что уже никогда не с чем не спутаю. Эх, жаль, что гранатомет больше не работает. Я, кажется, нащупал, где у них штаб находится. Метров пятьсот ниже по дороге. За большими камнями сидит группа с десяток человек. Пяток там, в немецкой форме обитает. Они-то боем и руководят. — Меняя диск, сказал Власов.— Что там у тебя?
— Двух снял. Остальные за камни заховались, не достать.
— И то дело. Держи фланг. Я пока позицию поменяю, а то тут жарко становится. Гранаты приготовь и диски набей.
Пули бандитов продолжали бить камни, за которыми укрылся солдат. Сменив позицию, ефрейтор дал очередь по бегущим вверх по дороге боевикам. Его поддержали бойцы из автоматических винтовок. С тревогой Власов понял, что ведут бой еще четверо солдат. Десяток бандитов получив свое, упало в дорожную пыль и больше не поднялось. Зато не менее трех десятков, во главе с двумя одетыми в немецкую форму небритыми кавказцами теряя на ходу погибших и раненых, стреляя из винтовок, с каким-то диким криком продолжали бежать вперед. Ни пулеметный огонь, ни огонь автоматических винтовок не смог их остановить. Отложив ставший бесполезным из-за отсутствия патронов пулемет, ефрейтор, достал из сумки гранаты и стал бросать их в набегавших врагов. Радист и взводный со своей позиции тоже отбивались гранатами. Часть бандитов на ходу тоже стали кидать гранаты в сторону позиций отделения. Не долетая до цели, они падали на камни и взрывались. Десятки металлических осколков рвали человеческие тела и устилали ими дорогу. Вскоре к взрывам гранат присоединился разрыв выстрела РПГ, а с тыловой позиции ударили выстрелы десятка "светок". Не выдержав огня, бандиты откатились вниз. Уже на исходе боя ефрейтор получил привет от "духов" — пулю в плечо, вторая опасно чиркнула по каске.
— Больно? — Бинтуя индивидуальным пакетом, плечо ефрейтору, спросил Михаил.
— Есть такое дело. Ты вот что давай мне патроны я буду потихоньку диски набивать, а ты посматривай по сторонам. Сам-то ты как?
— Неплохо. По каске пару раз камешками прошлись, а так все хорошо.
— Ага, камешками. Пули это в твою дурную башку шли, да бог миловал. Вскользь прошли. Повезло. Дай попить, а то одной рукой тяжело обходиться. Небо то, какое сегодня голубое, глубокое.
– Да красиво.
— Враги там не ушли?
— Не. Сидят за камнями. — Набивая диск, ответил Михаил. — Ты гляди, вертушки появились. Живем.
— Это хорошо. Похоже, поживем еще малость.
Четверка автожиров заходила с запада. Взводный, обозначая позиции взвода, пустил красную ракету в направление бандитов. Пулемет бандитов дал длинную очередь в сторону "комбайнов". В ответ вниз полетели огненные стрелы ракет. Огненные вспышки накрыли дорогу, и то место, откуда стреляли бандиты.
Прислонившись спиной к большому и прохладному камню, ефрейтор смотрел, как выручившие их бойцы второго отделения выбирают себе среди камней позиции, и осматриваются по сторонам, ища выживших в бою. Со стороны позиции комвзвода пригибаясь, перебежками к пулеметчикам приблизился давний друг и бывший 1-й номер их пулемета сержант Павлов.
— Живы?
— Куда мы денемся. Живы пока. Что там у остальных Пашок?
— В строю вашего отделения кроме вас двоих еще двое молодых остались. Они левее и ближе к обрыву оборону держали. Из старших в вашем отделении только ты Серега и остался. Остальных надо в госпиталь. Взводный и Марат ранения хрен те знает, как получили. Иса пулю в грудь схлопотал, когда сюда спешили. Богдан с Кириллом у гранатомета тяжелые ранения получили.
— Ну не х..а себе. Когда же их так? Я же совсем недавно видел их живыми? — Не повезло. Наши вроде как на подходе, летуны не зря появились.
— Да должны уже подойти, а кто у вас там остался?
— Пулеметчики и расчет гранатомета. Но видно гранатометчиков сюда надо переводить, а, то не сможем удержать позицию. Как у вас с патронами?
— На еще один бой хватит. С гранатами хреново.
— На мои возьми и патроны тоже. Я для себя у пацанов стрясу.
— Вот спасибо брат.
Вертолетчики, выписывая над горами петли, иногда срывались вниз и из пулеметов отстреливали кого-то на склонах гор.
"Духи", сидевшие внизу на дороге, молчали. Берегли патроны и бойцы. Иногда внизу среди камней поблескивали стекла бинокля, высматривая что-то на позициях "чекистов". Смотрели в свою оптику и солдаты. В таком противостоянии прошло еще около получаса. Ефрейтор, ослабленный ранением, бессонной ночью и боем, разморенный солнцем даже успел подремать в полглаза.
— Сереж, а Сереж... — позвал его второй номер. — Наши, похоже, кавалеристы! Точно наши! Ну, теперь "духи" держись! Зададут вам сейчас жару.
Ефрейтор открыл глаза и взяв бинокль посмотрел вниз. Далеко внизу спешившись с лошадей, разворачивалась цепь. Автожиры прикрывали их. Цепь, молча, грозно и неумолимо накатывалась вверх. За ними все прибывающие кавалеристы выстраивали еще одну.
Бандиты сдались без боя...
********
— Ну, разгромили мы Шерипова и иже с ним, а дальше что? В горах же еще столько же, если не больше скрывается. — Осматривая захваченные трофеи и пленных, спросил Акимов.
— Скрывается больше, чем мы тут с тобой уложили. Дальше Сережа мы временно прекратим проводить тут операции. Делать нам пока что тут нечего. Не смотри ты на меня как на идиота. Я в своем уме и трезвой памяти. Подумай сам. Весть о разгроме банд быстро разлетится по горам. Те, кто там скрывается, еще больше забьются в свои норы или будут являться с повинной. Кавказ силу любит, и мы только что доказали что являемся тут главной силой. А раз так, то надо подчиняться нашим требованиям и законам. Не хочешь подчиняться будь добр запаси дров для своего дома или встань к стенке.