Искажение

Плотников Сергей Александрович

Ключ от камеры хранения разукомплектовал с биркой – нечего подсказки оставлять, если что – и по-отдельности закатал внутрь снежных шаров, которые сморозил магией юки-онны до каменной твердости. Одну сферу насмерть прилепил ниже уровня снега к чьему-то приметному забору рядом с калиткой, вторую – таким же макаром к фонарному столбу. Снег тщательно разровнял. Может и зря столько лишних телодвижений – но лучше подстраховаться, чем налажать.

Погода испортилась, поднялся ветер и теперь порывами гнал стылую поземку, заставляя всех, кроме меня, кутаться в куртки и мерзляво ёжиться. Люди спешили по своим делам, стараясь как можно быстрее убраться с улицы

и оказаться в тепле, мало обращая внимание на окружающих. Ну, так даже лучше. Низина перед Лаврой сверкала в лучах фонарей нетронутой снежной целиной. Только по центру темнела тонкая нитка пешеходной дорожки. М-да, а людей-то не так уж и мало... пожалуй, в часовне придётся поторчать, прежде чем я дождусь “окна”.

Всё оказалось ещё хуже: в строении над родником шёл молебен с освящением воды. Видно, процедура была достаточно кулуарной, или, может, заказной – а то, пожалуй, в “святое место” набились бы все проходящие мимо старушки. И так на этот “эвент” некоторые заявились с тележками и санками по три-четыре двадцатилитровые канистры. И как только потащат-то? Придётся подождать...

Ведущий службу монах* никуда не торопился – действо вёл размеренно и с достоинством, я даже через некоторое время проникся. Тепло, свечи дают удивительно мягкий, успокаивающий свет, а церковнославянские песнопения в устах батюшки звучат хоть торжественно и строго, но на удивление понятно. Словно я их на современном русском слыш… Что? Ми?! МИРЕН!!!

[*Правильно говорить иеромонах – то есть иерей (в простонародье – “батюшка”) в монашеском статусе. Обычный монах не обладает полномочиями (и как правило навыками) для отправления богослужений, даже таких утилитарных, как молебен.]

Если бы я так заорал вслух – у всех присутствующих в небольшой часовне уши заложило бы. В ментальном диапазоне я еле разобрал ответ. Впрочем, с каждой секундой канал связи постепенно возвращался к своей обычной пропускной способности.

– Дима?

– Я тут! – наверное, столь чистой и незамутненной радости я не испытывал еще никогда.

– И я тут, – чуточку ворчливо, как мне показалось, подала голос Нанао.

– Я… – начали мы одновременно с юки-онной, но суккуба нас обоих перебила:

– Всё потом. Я узнала план Кабуки. Не будет никакого теста или проверки – он сразу запустит процесс на максимальный результат!

– Процесс?

– Результат? – одновременно со мной переспросила Куроцуки.

– Глобальное переформирование структуры подпространственных туннелей, – одновременно нам обоим ответила Ми. – Они все или большая часть станут замыкаться на холд “Карасу Тенгу”!

– А “испытание”? – если я просто подавился такой потрясающей новостью, то Куро-тян приняла удар более достойно – видимо, к чему-то подобному была готова. Похоже, я много чего пропустил…

– Испытание – это, если коротко, набор побочных эффектов, который возникнет во время реструктуризации транспортной сети.

– Каких эффектов? – насколько мне было известно, создание туннелей было абсолютно незаметно из внешнего мира.

– Волна Силы той или иной мощности, прокатившаяся по земной поверхности. Или ещё что-нибудь вместе с волной. Или ничего – Кабуки и сам точно не знает. Потому – “испытание”. Для всей планеты. Смотрите:

И Мирен толкнула сквозь достаточно расширившийся канал поток воспоминаний.

2.

– Родика, ну и что мне с тобой делать?

На язык так и просилось “понять и простить” или “вы хотите поговорить об этом?” – но суккуба сдержалась. Так и не дождавшись от

ученицы реакции, Абрамов махнул рукой в сторону закреплённого на передвижном штативе артефакта:

– Знакомая штука?

– Зеркало, – кивнула девушка. И без эмпатии почувствовала, как нестерпимо захотелось мужчине опять схватиться за лицо. – В смысле, то, которое для блокировки магии использовалось?

– То, да не то, – вполголоса прокомментировал русский и вздохнул. – Впрочем, угадала. Ладно, выкладывай давай, зачем ты меня так старательно искала, что нашла аж здесь.

– Ну… – Родика-младшая попыталась собрать в кучу все те мысли, что успела обдумать с тех пор, как они разделились с Куроцуки. За несколько часов непрерывной ходьбы она много раз успела прокрутить в голове начало разговора в зависимости от ситуации… И сейчас неожиданно для себя растерялась. – Ну… Я всё знаю.

– То есть артиллерийскую баллистику в следующем триместре мне тебе рассказывать не надо будет? – с невозмутимым видом переспросил блондинку инструктор.

– Нет. То есть да. То есть надо… – окончательно запутавшаяся в словах Мирен потрясла головой, и решительно рубанула, уже не пытаясь как-то сгладить впечатление от сказанного: – Я знаю, что “испытание” завтра, и я знаю, что мы попытаемся разрушить или захватить туннельную сеть Перевозчиков!

Если бы Абрамов в этот момент что-нибудь пил – точно подавился бы. А так просто закашлялся, и выдавил из себя только одно слово:

– Откуда?..

– Рассказ Зитс на уроке истории. Заявление завуча после урока. Спецназ Клавелей, доставленный на корабле в обход магической транспортной системы. Эвакуация всех посторонних с Ио, – Ми помедлила, и всё-таки добавила последний козырь: – Рождественский бал завтра, где соберутся родители старшеклассников – почти все ученики директора или разделяющие его устремления маги и демоны. Сил станет достаточно для магического ритуала… А про “испытание” вы сами нам, курсантам, сказали.

– Родика… – мужчина всё-таки взялся за голову, но в этот раз стал тереть виски, словно у него внезапно разболелась голова. – Мирен, вот объясни мне: раз ты такая умная и обо всём догадалось – зачем ты мне это рассказываешь? Просто чтобы проверить, все ли правильно просчитала? Неужели ты думаешь, что я прямо сейчас тебе всё сам расскажу, как дурной злодей из голливудского фильма?

– Я хочу знать, на что подписываюсь, идя за директором Кабуки, а не быть овцой на верёвочке, – тихо, но твёрдо сказала девушка, опустив взгляд. Потом она подняла голову, и, откровенно дерзко поглядев в глаза преподавателю, уже в полный голос заявила: – А если вы меня убедите следовать за собой, то я хочу, чтобы вы были в курсе о моей… способности работать с информацией. Исполнять приказы в тёмную – это не для меня.

– Удивила, – после небольшой паузы признался отставной офицер. – Вот от кого не ожидал подобного заявления, так это от тебя. Ладно. Хочешь “с открытыми глазами”? Хорошо. Только потом не жалуйся, что спрашивают, как со взрослой. За мной.

К некоторому удивлению Мирен, после такого жёсткого заявления Абрамов повёл её в уже мельком осмотренную совещательную комнату по соседству. Жестом предложил сесть на стул, а сам… начал стирать с доски криво накаляканные графики и столбики ничего не говорящих суккубе цифр. Потом знакомым, сто раз виденным у других учителей жестом подхватил маркер, машинально проверил, как он пишет, и повернулся к ученице. Похоже, у Ми всё было написано на лице – Олег Валентинович усмехнулся и покачал головой: