Искательница
Шрифт:
И, наконец, тот вопрос, который не давал ей покоя с самого начала всей этой истории: что забыл член королевской семьи в Пустоши? Зачем отпрыску правящей династии рисковать собой, если за абсолютно любой вещью можно было отправить отряд искателей? Или не любой? Что показалось королю настолько важным, что он не побоялся отпустить своего пусть младшего, но все-таки сына, по сути, на верную гибель? Ведь, если признаться честно, Артур бы не выжил, если бы не ее, Венделы, вмешательство.
Взглянув на темнеющее небо, девушка поспешила убраться подальше от места побоища. Думать она может и по пути, а до темноты ей требовалось найти хоть какое-то укрытие, где она сможет немного поспать и хорошенько перекусить, благо, что теперь ее запасы продовольствия подобную роскошь позволяли. Вариант вернуться в поместье
Определенно, быть магом — это потрясающе! Даже таким неопытным, с крошечным резервом и практически пустой копилкой знаний. Но даже бытность начинающим магом дает настолько огромный букет преимуществ, что Вендела только диву давалась. Обещанные резервы настолько превосходили обычные человеческие, что при полноценном питании девушка умудрялась передвигаться практически сутками без сна, прерываясь лишь на паручасовой отдых. Стоит ли говорить, что скорость ее передвижения по Пустоши достигла просто немыслимых для остальных искателей значений.
Однако у каждой монеты есть две стороны, и такая работа организма на износ не могла не сказаться на самой девушке. Монотонное переставление ног и упорное продвижение на юг не оставляли в голове места для каких бы то ни было сложных мыслей, да и резерв по-прежнему никак не заполнялся до конца, хотя Вендела и чувствовала, что запас магических сил постепенно увеличивается. Правда, в какой-то момент ей пришлось практически полностью его исчерпать, когда навстречу искательнице выскочила целая стая гитрен — чуть ли не единственных известных ей падальщиков Пустоши. Твари на четырех костлявых лапах с выпирающими из-под облезлой шкуры цвета мокрого песка ребрами в холке были девушке примерно по грудь. Роста этим порождениям Разлома добавляли и длинные тонкие иглы, топорщащиеся во все стороны на загривке. Глазки у гитрен были очень маленькими для таких массивных туш, но небольшой размер органов зрения компенсировало их количество — аж три пары, лесенкой поднимавшиеся от длинного острого носа к большим ушам.
Обычно подобные твари стараются не встречаться с людьми, как и с любыми крупными хищниками. Но девушка предполагала, что исходящий от нее запах гниения и разложения настолько задурманил монстрам головы, что они решились напасть на живого человека. Тем более, что Вендела была одна, а их в стае — целых семеро. Правда, твари отличались трусливым характером, и их легко удалось отогнать, подпалив троим гитренам морды еще на подходе, а одной, самой ретивой — отсечь левую переднюю лапу новым мечом. Этой демонстрации силы оказалось достаточно, чтобы монстры посчитали искательницу слишком серьезным для них противником и убрались восвояси.
Так что к исходу восьмого дня пути Вендела была выжата, опустошена и буквально пережевана морально и физически. Находясь в этом своеобразном состоянии прострации искательница далеко не сразу обратила внимание на то, что небо над головой заволокло тяжелыми тучами, которые вскоре разродились крупными холодными каплями, с характерным звуком врезающимися в иссушенную землю. Очнулась девушка только тогда, когда ледяная струйка забралась ей за шиворот, заставив зябко передернуть плечами. Не веря собственным ощущениям, Вендела вытянула руку ладонью вверх, ловя крупные капли и растирая их между пальцев. Убедившись, что это не сон, девушка запрокинула к небу голову и счастливо расхохоталась. Она не боялась ни промокнуть, ни замерзнуть — истинной северянке осенний дождь был не страшен. Наоборот, сейчас Вендела готова была обнять и расцеловать весь мир, ведь тяжелые крупные капли, затекающие холодными струйками ей под рубаху, означали только одно — Пустошь здесь больше не имеет власти. А, значит, она выбралась! Она в обжитых землях, в родном Приграничье!
Однако
К сожалению, в этой части Приграничья Вендела не была ни разу, и знала ее лишь по картам из кабинета отца. Но принцип обустройства прилежащих к Пустоши территорий был един что здесь, что возле родного Силджа или далекого Таруса. Вдоль границы протянулась цепь сторожевых вышек, соединенных между собой дорогой, вдоль которой вырубалась вся растительность. Оставляли только редкие рощицы, в которых находились источники воды — для отдыха усталых путников, ведь постоялых дворов, где можно было бы переночевать в безопасности за умеренную плату, было крайне мало, и то они располагались обычно в одном-двух днях пути от крупных городов. Дальше от мест расквартирования крупных сил защитников обустраиваться боялись. Поэтому искательница постаралась рассмотреть сквозь пелену дождя хотя бы намек на рощицу, сулившую ей скорый отдых. Однако ж то ли поблизости ничего подобного не было, то ли она просто не разглядела, но от горизонта до горизонта простиралось лишь бескрайнее поле, поросшее пожухлой в это время года травой. Поэтому, немного подкорректировав курс и забирая левее, на юго-восток, девушка продолжила путь.
Лишь через несколько часов на горизонте появилось темное пятно, предположительно сулившее ей отдых в той самой имевшейся около дороги рощице. К этому времени Вендела окончательно вымокла под проливным дождем, и теплый плащ больше мешался, опутывая ноги и оттягивая плечи, чем согревал. Боясь продрогнуть, девушка не рисковала даже останавливаться на непродолжительный отдых, упрямо переставляя ноги в нужном направлении. А деревья впереди означали костер, у которого можно согреться и обсохнуть.
К редкому сосновому лесу искательница подошла уже в сумерках. Место для стоянки обнаружилось сразу — костровище ожидаемо располагалось недалеко от воды. Небольшой ручеек, вытекавший из камней, сейчас бурлил от переполнявшей его дождевой воды. Кто-то из путешественников не поленился даже соорудить небольшой навес из веток под кроной столетней раскидистой сосны, где имелась неплохая лежанка и небольшой запас сухих дров. Воспрянув духом, Вендела быстро развела огонь, развесила на просушку мокрые вещи и заварила себе, впервые за долгое время, настоящую кашу — до этого приходилось обходиться просто разбухшей в холодной воде крупой или даже вообще сухомяткой.
Горячая еда оказалась просто восхитительной, согревая не только тело, но и душу. Искательница торопливо заглатывала кашу, едва не обжигаясь от каждой ложки, но не могла заставить себя немного подождать, пока пища остынет. Ей казалось, что даже минута промедления может обернуться большой трагедией. Откуда взялось это гнетущее чувство опасности, девушка сказать не могла, но все же заставила себя встать и обойти рощицу по периметру, тщательно всматриваясь в сгущающиеся сумерки как обычным, так и магическим зрением. Ничего необычного она не заметила, поэтому все же вернулась к трапезе, уже порядком остывшей, а после устроилась на ночлег, усилием воли отгоняя от себя смутные тревоги. Правда, Вендела не поленилась положить на расстоянии вытянутой руки заряженный арбалет, надеясь, что тетива не сильно отсыреет за ночь. Да и остальное оружие девушки находилось в непосредственной близости от нее, поэтому засыпала искательница со спокойной душой. К тому же, усталость все-таки брала свое.