Искатель, 2005 №1
Шрифт:
Он сел на стол, нимало не смущаясь соседством с покойником, и жалобно добавил:
— Ну, не Шерлок Холмс я, что поделаешь. Опыта в таких делах у меня — кот наплакал. Глупо все, нелепо… Я понимаю, что этот Айболит замазан по самые уши, но мотив для его убийства… Самый реальный подозреваемый, Владимир Киреев, по идее, должен был с него пылинки сдувать, как с молодой любовницы, а других кандидатов я не вижу.
— Киреев? — удивился Алеша. — Разве он не в камере?
— Отпустили. Сегодня, в десять утра. Прикатил адвокат на собственном «Вольво» с шофером, Плевако хренов, привез
— Сергей Сергеевич, — укоризненно сказал Алеша.
Тот вздохнул.
— Да знаю, знаю. Как она очутилась в кабинете, как смогла подойти сзади так, что Айболит даже головы не повернул… Как кто-то вообще сумел подойти к нему со спины и это выглядело естественным?
— Ну, например… — бодро начал Алеша и запнулся.
— Вот именно. Представь: ты сидишь за столом. Сзади тебя только глухая стена, — капитан для наглядности стукнул по ней кулаком. — Вдруг входит некто, огибает тебя, встает сзади… Что ты сделаешь?
— Обернусь, — пробормотал журналист. — Черт возьми, Сергей Сергеевич…
— Так-то, — Оленин сник. — Масса этих самых «как» да «почему»… Силин! — крикнул он в глубину коридора. — Давай сюда дежурных санитаров!
…Алеша моментально узнал их, едва они переступили порог, — словно и не расставались с ночи. Два брата-акробата, два упыря-тяжеловеса с одинаковыми одутловатыми бабьими лицами и расплывшимися фигурами, — те самые, которых покойный психиатр вызвал к палате бабы Клавы на «охраняемой территории», чтобы начистить морду надоедливому журналисту. Звались они кондовыми русскими именами Илья и Никита. У того, что стоял справа, Алеша разглядел крошечную татуировку — точку над серединой брови. Ее обладатель, надо думать, имел в недалеком прошлом сногсшибательный успех среди уголовной братвы.
— Охраннички, мать вашу, — процедил сквозь зубы Сергей Сергеевич. — Не уберегли босса?
— Дык кто же знал-то? — буркнул один, глядя в пол, точно провинившийся школьник в кабинете директора.
— Он сам велел, — подтвердил второй, глядя в потолок. — Позвонил на пост, спросил, мол, тачка на ходу?
— Тачка?
— Ну, машина «Скорой помощи». Я говорю: на ходу. Тогда, мол, захвати своего приятеля и бегом ко мне в кабинет.
— В котором часу это было?
— Утром, часов в шесть. Я еще подумал, чего это он спозаранок…
— Дальше.
Упыри переглянулись.
— Все. Мы постучались, вошли — шеф мертвый, рядом молоток. Я говорю Илюхе: побегу в ментовку, а ты стереги труп. А он говорит, сам стереги, я жмуриков боюсь. И вообще, можно позвонить прямо отсюда…
— Мудаки, — пробормотал капитан. — В кабинете что-нибудь трогали?
— Телефон…
— А еще? Молоток, например?
— Нет, — возмутился один.
— Мы ж с понятием, не сявки, — подтвердил второй.
— А тело?
— Нет. Илюха подошел сзади, посмотрел на затылок — все, говорит, амбец. Я ему говорю,
— Это я уже слышал, — вздохнул Оленин и вдруг рявкнул, грохнув кулаком по столу: — Куда увезли бабу Клаву, сукины дети? Ну, быстро! Самый сообразительный пойдет «паровозом», ну а тот, кто опоздает, — главарем и организатором. Считаю до трех…
Санитары недоуменно переглянулись, потом разом занулили:
— Да вы что, гражданин начальник? Какая баба Клава? Никого мы никуда…
— Не врать!
— Падлами будем!
Алеша, праздно теребивший край казенной занавески, мазнул взглядом по «секьюрити» и с неудовольствием подумал: похоже, не врут. На мордах — ничего, кроме тупой растерянности и испуга, такое сыграть им явно не по силам…
— Барвихин вызвал вас к себе в кабинет, — гнул свое капитан, — и приказал вывезти из больницы пациентку из девятой палаты, Дуганину Клавдию Никаноровну. Вы вывели ее через служебный вход, минуя пост медсестры, погрузили в «Скорую помощь»…
— Да не было этого!!! Мы же говорили: вошли, а шеф мертвый… И тачка не работала: Вадька-шофер, сука, спьяну тормозную жидкость вылил на землю. Доехали бы до первого столба…
— Ладно, — вздохнул Сергей Сергеевич, разочарованный, как и Алеша. — Проверим. Но имейте в виду: пока вы двое — основные подозреваемые.
В их взглядах появилась подозрительность: они разом нахмурили брови и шмыгнули носами.
— Что значит «подозреваемые»? В чем это нас подозревают?
— Как — в чем? То, что вы не получали никакого распоряжения относительно бабы Клавы, известно только с ваших слов. Как и то, что вы обнаружили главврача уже мертвым. На деле кто-то из вас (или оба) мог войти, предварительно украв в подсобке молоток, подкрасться сзади…
Верховодил в их дуэте явно Никита, как обладающий более высоким ай-кью. Именно он, поразмыслив, покачал головой и вдруг выдал свежую мысль:
— Пургу гонишь, гражданин начальник. Ни я, ни Илюха сзади стола не пролезли бы. Комплекция не та.
— Почему? — удивился Сергей Сергеевич. — Там полно места.
— Так то сейчас, когда мы шкаф передвинули.
— Какой шкаф?
— С историями болезней, — он показал на полированную этажерку, стоявшую у противоположной стены. — Раньше-то он за спиной у шефа был. А когда Илья захотел осмотреть рану на затылке, пришлось отодвинуть.
В комнате вдруг повисла густая тишина. Алеша взглянул на капитана — затылок у того неожиданно напрягся, словно у фокстерьера, почуявшего лисицу.
Он медленно поднялся, обогнул стол, подошел к шкафу с историями болезней, задумчиво провел пальцем по корешкам, стряхивая пыль. Какая-то мысль родилась у него в голове… Алеша недоуменно проводил его взглядом — и вдруг словно некая электрическая цепь замкнулась в мозгу. Он понял. А поняв, прошептал:
— Нет, Сергей Сергеевич. Нет, пожалуйста!
— А как еще убийца мог мотивированно подойти сзади? — так же тихо проговорил капитан. — Вот тебе ответ: чтобы якобы взять историю болезни из шкафчика. Иначе говоря, медсестра.