Искатель, 2004 № 06
Шрифт:
Подошел поезд, и Мерсов шагнул в вагон, оглянувшись в последний момент — может, случится чудо, и грабитель окажется на перроне в толпе?
Станция проплыла мимо, колеса застучали на стыках, Мерсов сел рядом с мужчиной, читавшим какую-то книгу, и закрыл глаза.
День начался плохо, к чему ж удивляться, что он так же плохо и продолжился? С раннего утра в квартире на четвертом этаже начали давно задуманный евроремонт, застучали молотки, дрель с диким визгом вгрызалась в старый, но крепкий, еще шестидесятых годов, бетон. В ушах звенело, зубы ныли — хорошо хоть работать сегодня Мерсов
Черт возьми, кому мог приглянуться видавший виды дипломат? Ничего интересного грабитель не найдет и что сделает тогда? Выбросит? Оставит где-нибудь на улице или прямо в холле «Алексеевской»? Может, съездить и поспрашивать? Нет, глупости, только время зря терять — почему он решил, что грабитель вышел именно на следующей станции?
— «Академическая», — услышал Мерсов. — Следующая станция «Профсоюзная».
Надо же, неужели он так расстроился, что едва не проехал собственную станцию? Мерсов успел выйти из вагона, когда двери уже закрывались, и ему показалось, что кто-то за спиной вот-вот схватит его за руку — дежа-вю, бзик, совсем он сегодня не в форме.
Дома Мерсов достал из холодильника початую неделю назад бутылку «Наполеона», плеснул в стакан — немного, на два пальца, достаточно, чтобы снять стресс, — и выпил одним глотком.
Спрятав бутылку в холодильник, он направился наконец к компьютеру — нужно было переписать файл и мчаться опять через весь город в издательство, успевая как раз к послеполуденному чаепитию.
Экран засветился, на зеленом фоне появились иконки программ, в большей части которых Мерсов не разбирался, используя в работе только старый привычный «Word».
Прежде чем переписать нужный файл, он по привычке включил «Outlook express» — почту проверял всякий раз до того, как приступал к работе, и после проверял тоже. Писали ему многие, письма читать он любил, среди них попадались любопытные, бывало — от людей, которых он уважал чрезвычайно и чье мнение ценил.
Сегодня писем оказалось немного — всего три. Впрочем, утром Мерсов уже проверял почту, три письма за несколько часов — тоже неплохо.
Он щелкнул клавишей мышки на первом из писем, не прочитав имени отправителя.
Экран ярко вспыхнул, на бледно-голубом фоне появилась надпись: «Прощай, нам было хорошо вдвоем!», а потом все погасло, и о том, что компьютер продолжал работать, можно было судить лишь по урчанию, раздававшемуся из-под кожуха, и по миганию красной лампочки, показывавшей пользователю, что жесткий диск занят делом, перемалывая какую-то информацию.
— Ну! — сказал Мерсов и принялся нажимать на все клавиши подряд, отчего, конечно, ничто в этом мире не изменилось, поскольку процессы, происходящие в физической реальности — это он недавно вычитал в научно-популярной статье, —
Мерсов подождал еще минуту, красная лампочка перестала наконец мигать, смолкло и урчание — компьютер замер, заснул, и только тихий гул вентилятора свидетельствовал о том, что аппарат не отключился окончательно.
— Черт! — сказал Мерсов. Он еще надеялся, что не случилось ничего страшного — может, какие-то программы переплелись друг с другом, создав затор в движении электронов по линиям микросхем?
Мерсов потянулся к стоявшему рядом, на книжной полке, телефону и набрал номер Сергея, соседского мальчишки, компьютерного гения, который в свои четырнадцать успел получить приз на международной олимпиаде. Правда, в олимпиаде участвовали только школьники из развивающихся стран, и занял Сергей не первое место, а третье, то ли за Филиппинами, то ли перед ними.
К счастью, Сергей оказался дома, а ведь мог гонять футбол на площадке или еще не вернуться из школы.
— У меня проблема, — зачастил Мерсов, — нужно диск переписать, то есть файл с винчестера, а экран почему-то погас и ничего не делается…
— Вы подключение проверьте, — посоветовал Сергей, что-то, похоже, жуя, потому что голос его звучал невнятно, и из трубки то и дело слышалось довольное чавканье.
— Да не трогал я никаких подключений, что я не знаю, что ли, ты приди, погляди, очень важно, понимаешь, мне срочно ехать в издательство, а тут…
— Ладно, — согласился Сергей и, видимо, отправил в рот последний кусок; следующие слова он произнес вполне внятно, чем поверг Мерсова в неописуемый ужас. — Если это не подключение, — сказал Сергей, — тогда вирус. И похоже, вашему винчестеру каюк.
— Что значит «каюк»? — вскричал Мерсов, но мальчишка уже бросил трубку.
Явился он минут через десять, хотя идти было всего ничего — спуститься на два этажа. Для своего возраста Сергей был невысок, лет ему можно было дать не больше десяти, а взгляд, напротив, был не по годам серьезен и даже мудр — взгляд много пожившего мужчины, знакомого со всеми жизненными фокусами.
— Какая у вас стояла антивирусная программа? — спросил Сергей, побегав пальцами по клавишам.
— «Нортон антивирус», — сообщил Мерсов. — Чего спрашиваешь? Ты же ее и устанавливал.
— Три месяца назад, — уточнил Сергей. — Апгрейд вы, конечно, не делали.
— Чего? — сказал Мерсов.
— Вы почту, что ли, проверяли?
— Ну… Да, проверял.
— И раскрыли письмо от неизвестного вам отправителя.
— Да я не знаю — известного или неизвестного, я даже прочитать не успел…
— Я говорил вам! — патетически воскликнул мальчишка и демонстративно повернулся к компьютеру спиной. — Я вам говорил, что нельзя открывать письма, если не знаешь, от кого они?
— Ну… Да. Но пойми, я больше всего получаю писем как раз от неизвестных отправителей! Люди прочитали книгу, хотят высказать мнение, так я что, должен на них плевать?
— Это вам решать, — мрачно сказал Сергей. — Ладно, Владимир Эрнстович, я возьму диск-реаниматор, завтра с утра приду, попробую хоть что-то восстановить. Хотя вряд ли… Похоже, придется винчестер заново форматировать.