Искатель, 2000 №9
Шрифт:
— Вот, блин! Ну, никак не могу привыкнуть к нынешней простоте отношений! Мне по молодости так вбили в голову, что и слова этого произнести не моги! Да понимаю я, что сейчас все открытым текстом. Недавно сам в каком-то журнале даже интервью читал с… агентами. Книжка тоже одна попалась — «Своя разведка», для бизнесменов. Так там не только «про это», там схемы есть типа «сделай сам», как «клопа» соорудить, как наркодопрос(!) провести. Я десять лет на оперативной работе, а о таком впервые слышу. Это уже, наверное, пошла торговля ГРУшными секретами… Будем считать, что мы с тобой давно «сотрудничаем». Все, что ты раньше делал, — выполнение моего задания
— Хренотень все это, Славик. Это приколы для лохов-клиентов: пальцы, радужные оболочки, левое ухо или правая пятка… «Компьютер открывается только на индивидуальный узор вашего пальца!» Ты же был когда-то программистом. Код это код, пароль это пароль! Это всегда НАБОР цифр! В ПК нет ни пальцев, ни глаз. Если что-то сравнивается, значит, нужно иметь с чем. Где-то в машине этот код есть, нужно только его найти.
— Всего-то?
— Конечно, это не так просто, но учти, что фантазия у разработчиков довольно скудная.
— В общем-то довольно понятно: любой домушник наизусть знает все «хитрые» тайники…
— Вот-вот. Есть приемчик тоже по твоей части. Детективы тоже почитываем…
— Только не я. Забыл вообще, когда что-нибудь читал.
— Так вот. Если неизвестно, где тайник искать, то устраивается некая провокация. Ну, кто-нибудь орет: «Пожар!» Злодей сам к тайнику кидается. Есть в нашем деле нечто похожее. А бывает высший пилотаж. Тут никакие пароли не взламываются. Идет поиск не пароля, а заключительного условного перехода в программе доступа. Понимаешь? Любая защита рано или поздно решает вопрос — «свой-чужой?» Так нужно выйти сразу на это самое «свой». Конечно, в жизни не все так просто. Иной раз с таким столкнешься… Вот недавно хотел посмотреть, как дела в одном банке, — три монитора сгорели! Представляешь?
— Постой! Ты случайно не в SUPERбанк залезть пытался?
— Как догадался? Сам пробовал?
Я рассказал Мареку о своих безуспешных попытках неофициальной проверки SUPERбанкa, об исчезнувшей информации в моем компьютере. О гибели конкурентов SUPERбанкa. Мой рассказ произвел на бывшего хакера сильное впечатление. Особенно он насторожился, когда я описал случай с гибелью Пети Левкина.
— Слушай, когда это было? Какого числа? До твоей попытки «посмотреть» информацию в банке или после?
— Недели через две. Он погиб 26-го.
— Понимаешь, выстраивается интересная закономерность. Я полез туда после тебя и где-то дней за пять до него. Реакция защиты идет с нарастающей агрессивностью. У тебя сначала просто гаснет экран, потом стирается память. У меня уже горят экраны. А на Левкина, похоже, воздействует «666»!
— Это что за зверь?
— Страшный зверь. ЦРУ несколько лет тому назад разработало специальный вирус. Он воздействует не на информацию, а на оператора: игра цветов на экране, музыка… Результаты непредсказуемые, от сильного стресса до инсульта или суицида.
— Марек, у тебя твои «отмычки» здесь есть? Модем подключен? Нечего ждать. Давай проведем эксперимент. Прямо сейчас и прямо отсюда попробуем войти в SUPERбанк!
Дембецкий без колебаний согласился. Сел за компьютер, быстро загрузил программы, и мы напряженно уставились на экран. Не прошло и минуты, как появилось сообщение: «Введите свой пароль!» Марк включил программу «взлома». Именно тогда все и началось. Все после^ дующее
Вначале послышалась легкая, ласковая, расслабляющая музыка. По экрану поплыли разноцветные полосы, они переливались и неудержимо притягивали. Наша реакция оказалась разной. Я словно прирос к стулу, Хотелось встать, но ноги не повиновались. Марк, наоборот, легко и плавно поднялся с места и какой-то балетной походкой двинулся к окну. С треском распахнул заклеенную на зиму раму. В комнату ворвался ледяной воздух. «Вот так и Левкин!» — пронеслось у меня в голове. Я пытался крикнуть, но голоса не было. Вдруг раздался грохот, звон разбитого стекла… Я вскочил со стула, Марек замер у окна. Наваждение кончилось! Я недоуменно смотрел на разбитый компьютер, на пистолет в своей руке… Мы медленно приходили в себя. Нас спас условный рефлекс, который мой наставник по «рукопашке» и стрельбе оказывается все-таки вбил в меня: рука должна действовать сама, без участия головы!
Программист. Файл 2.1. Загадка Аргуса
Громов и Дембецкий постепенно приходили в себя.
— Ну, натворили мы дел! — Марек испуганно оглядывал разгромленную лабораторию.
— Ладно, живы остались, и то хорошо. Если с этим делом разберемся, бизнесмены за все заплатят. Понимаешь, мы где-то совсем рядом с разгадкой. Слушай! — Ярослав вдруг вспомнил утреннюю сводку. — Имя Лушин П. тебе ни о чем не говорит?
— Знаю такого. Да ты его и сам должен знать. Помнишь, в институт философ-недоучка приходил? Он меня потом еще месяца два доставал. Тебя тут уже не было. Кстати, совсем не дурак оказался, программирование сам вполне прилично освоил. А что это ты вдруг о нем вспомнил?
— Марек, по-моему, он к этому делу имеет прямое отношение. Знаешь, где он последнее время ошивался? В этом самом SUPERбанкe!
— Брось, это не его уровень!
— Не знаю. Но именно сегодня, — Громов посмотрел на часы, — точнее, вчера он пытался покончить с собой. Может быть, понял, что натворил… Слушай, надо ехать к нему!
Узнать, в какой больнице находится Лушин, было делом нескольких минут. Машины, конечно, не нашлось и «оперативно-следственная» группа полчаса проторчала на морозе, пытаясь остановить «левака».
В больнице Ярослав, не обращая внимания на протесты дежурного врача, ворвался в палату, где лежал Павел.
Ярослав и Марк склонились над лежащим в постели Лушиным.
— Паша! Соберись. Попробуй рассказать хоть самое главное. Мы кое о чем догадываемся, дальше сообразим сами… Ты же сам понимаешь, что получается.
— Ребята, вы были не правы… Помните… тот разговор в институте?… Про Анну Каренину… Я сделал его… Аргуса…
Перед Павлом вновь встала картина ТОГО дня, дня его торжества.
Босс безразлично взглянул на вошедшего Павла и молча кивнул — садись. Под его несколько удивленным взглядом Павел основательно устроился в кресле.
— Ну, что у тебя?
— Геннадий Павлович, — начал Лушин как-то излишне торжественно, — как я понимаю, в нашем SUPERбанкe творится что-то неладное…
— Во-первых, с каких это пор «в нашем»? Во-вторых, откуда ты это знаешь? А в-третьих, какое твое дело?!
— Во-первых, относительно «во-вторых». Я все-таки не пенек, все вижу и умею немножко анализировать. Что касается «в-третьих» — я, кажется, могу кое-что предложить. Ну, а насчет «нашего» — пока прошу пардона!