Исцелить душу

Рейн Опал

Ей, наверное, не нужно было щуриться, чтобы заметить странную выпуклость между своих разведенных бедер, но глаза отказывались верить в то, на что смотрели. Она не хотела признавать, что видит нечто, движущееся под его брюками изнутри.

— Магнар?

У неё пересохло во рту, когда он потянулся вниз и дернул брюки, словно собираясь их расстегнуть. Она не верила, что он на самом деле собирается явить то, что там скрыто — ведь раньше она ничего там не чувствовала.

Она ошибалась. О, как же сильно она ошибалась.

Ему даже

не пришлось ничего делать. В тот миг, когда он полностью расстегнул брюки, оттуда выскочило нечто твердое, длинное, толстое и совершенно неправильное. Следом показались четыре подвижных отростка, которые извивались точь-в-точь как его язык внутри неё.

У Делоры отвисла челюсть, губы приоткрылись.

Прямо перед её глазами — лежащий на её тазовых костях, доходящий до самого пупка и даже чуть выше — был самый большой член, который она когда-либо видела или о котором слышала.

Овальная головка была такого темно-фиолетового цвета, что казалась почти черной. Цвет начинал светлеть за ободком головки, переходя в насыщенный пурпурный, пока не встречался с каким-то швом. Щель в паху раскрылась — именно оттуда явно появилось это устройство, — и, насколько она видела, внутри она тоже была темно-фиолетовой.

Всё это было окружено коротким мехом между его белыми выступающими тазовыми костями.

Четыре щупальца длиной около шести, а то и семи дюймов, повторяли тот же узор: более темные на лопатообразных кончиках и светлеющие к основанию у бедер.

Глаза Делоры лихорадочно метались от одной странной детали к другой. От головки до крупных овальных выпуклостей у основания, которые сначала показались ей яичками, но на деле были встроены в нижнюю часть пениса. Её взгляд прочертил путь по глубокой бороздке снизу ствола, а затем по двойным рядам узловатых бугорков, идущих по верху и бокам.

Самым странным был ободок головки. На нем были очень заметные круглые выступы.

Ничто в этом предмете нельзя было назвать человеческим, кроме того, что он имел фаллическую форму. Его длина была сверхчеловеческой. Он был настолько длинным, что ни один человек не смог бы принять его целиком, и настолько толстым, что, если бы она обхватила его кулаком, он всё равно был бы шире.

— У тебя всё-таки есть член? — Вопрос сорвался с её губ, но был адресован скорее самой себе в полном недоумении.

Ну, это выглядело как член. Просто жуткий. Он находился там, где и положено быть члену. Но Делора никак не могла уложить в голове тот факт, что он стоит и смотрит ей прямо в глаза.

— Член? — переспросил Магнар на хриплом выдохе, и теперь, когда он высвободил его, он казался чуть спокойнее. Эта штука выглядела более чудовищной, чем он сам! Он коснулся его сбоку и произнес: — Так вот что это такое?

Её глаза округлились, и ей удалось оторвать взгляд от его извивающихся щупалец, чтобы посмотреть в его костяное лицо.

— Ты… ты не знаешь, что это?

— До вчерашнего дня я никогда не видел

этой части себя. — Затем он положил руку ей на бок, притягивая ближе, и случайно скользнул членом по её складкам. Она поняла, что блеск на нем был из-за того, что у его стержня была собственная смазка для увлажнения. — Но ты знаешь, что это. Можешь мне объяснить?

Каким-то образом её глаза расширились еще больше, и она опустила взгляд, уставившись на него. Внутренние стенки её киски тут же сжались — от тревоги или от нужды, она сама не знала.

— Э-это член. Пенис или… болт. — Она облизнула губы, чтобы увлажнить их. — Это значит, что ты мужчина. Ну, или самец, я полагаю.

Дрожащий стон сорвался с губ Делоры, когда его рука скользнула вниз по её бедру, и он погрузил весь большой палец в её канал.

— А это значит, что ты самка?

— Да. Это моё влагалище. Или, э-э, киска.

Она чуть не произнесла «пилотка», но Делора искренне не думала, что вынесет, если этот невинный Сумеречный Странник начнет называть её этим конкретным словом.

— Почему мы разные?

Прежде чем Делора успела ответить, его сферы вспыхнули белым, и он издал короткий скулеж, приоткрыв челюсти. Он обхватил свой член свободной рукой, пока щупальца у основания зашевелились быстрее.

— Больно, — объяснил он, сжимая его так сильно, что она видела, как плоть деформируется в его кулаке. — Мне не нравится, когда он открыт. Когда он высыхает, его щиплет.

— Когда высыхает?

Делора осмотрела смазку на его члене. Теперь она была пятнистой, а открытые участки ствола выглядели сморщенными.

— Внутри здесь тепло. — Он протолкнул большой палец еще глубже, а затем потянул в сторону, раздвигая её плоть, словно хотел заглянуть внутрь. — И мокро, как внутри моего шва.

Фиолетовый цвет наполнил его парящие сферы, и он издал короткий, глубокий выдох, похожий на вскрик. Его бедра отодвинулись, а затем толкнулись вперед. Глубокая бороздка снизу его ствола так идеально прижалась к твердому бугорку её клитора, что тот оказался ровно посередине и подвергся трению со всех сторон.

О-о-ох, блять! Она закусила губу и инстинктивно подалась навстречу; её веки бесконтрольно затрепетали от блаженства, пока его движение не закончилось.

— Так лучше. — Его рога отбрасывали тени на неё, пока он держал её за бедро, упершись другой рукой в пол рядом с её тазом, и начал двигаться взад-вперед. Его влага медленно начала растекаться. — Ха-а. Это помогает.

Она прикусила нижнюю губу, пытаясь прижаться к его тяжелой эрекции.

— Помогает?

— Но этого недостаточно.

На Делору снизошло озарение.

Он мог не знать, что происходит, но его тело знало, его инстинкты знали. Она точно знала, чего хочет его член, в чем он нуждается, и когда увидела одинокую густую каплю семени, выступившую на головке, она поняла, что должна принять решение.