Инвиктум
Шрифт:
руку на плечо. Ее глаза кристально чистые, пустые, совершенно мертвые. Она поджимает
губы в своем обыкновении, глубоко вздыхает и говорит:
– Ты станешь лучше, обещаю. Я исправлю тебя.
– Нечего здесь исправлять… - шиплю я еле слышно, чем вызываю у матери лицемерную
усмешку. Она гладит меня по волосам, проводит пальцами по щеке и на секунду замирает, разглядывая мое лицо. Я хочу испепелить ее взглядом, хочу, чтобы она страдала. Меня
обуревает тихая ярость, а вдобавок к ней
ненавидит? Почему она делает это?
– Объект номер 64, - холодно говорит она, не отрывая от меня взгляда, - Ремелин. Я
надеюсь, тебе станет лучше.
– Ты не можешь этого сделать…
– Могу, милая. И сделаю. Джентльмены, - она кивает охране, - Сопроводите «объект» в
ее блок, выдайте подобающую одежду и проследите, чтобы новая порция препарата была
введена незамедлительно.
В конце коридора слышится движение. Верчусь, хочу посмотреть, что там происходит, но мне не позволяют. Двое стражей тянут меня за собой, я вяло висну у них в руках. Дверь
моей камеры открывается, и в этот момент я вижу Джеда. Он бледный, на лбу испарина, живот забинтован. Его, так же, как меня, держит стража. Они ведут его в соседнюю камеру, прямо напротив моей. Меня становится нехорошо.
Замечаю Ксану. Она не смотрит на меня, не поднимает взгляда, словно стыдится
собственного поступка. Что ж, надеюсь, так и есть. Ее губы поджаты, и сейчас она ужасно
напоминает мне мать, которая стоит рядом с ней и лживо улыбается, говоря, что все будет в
порядке. Ничего не будет в порядке.
Уже нет.
Мне хочется вопить от ярости, хочется взорвать это здание, хочется убить их всех. Всех, кто предал меня.
– Реми, - слышу я слабый голос Джеда. Дверь в соседнюю камеру открывается, и его
буквально кидают на бетонный пол. Он падает и кряхтит от боли. Затем над Джедом
24
0
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
нагибается санитар, вкалывая ему в шею какой-то препарат. Мои глаза слезятся. Вижу, что и
ко мне направляется тот же санитар. Он худой и высокий.
Меня пихают в камеру. Охрана стоит по обе стороны от двери. Дверь за Джедом
захлопывается, и это последний момент, когда я вижу его несчастное, страдающее лицо. Мне
не сдержать рыданий. Я падаю на пол, на колени, и тяжело дышу. По крайней мере, он жив.
Но надолго ли?
Санитар резко вкалывает мне в руку препарат, и я ощущаю себя неживой, застывшей во
времени и пространстве. Все тело немеет, кожу покалывает. Но прежде чем отключиться, я
вновь смотрю на мать и сестру, что стоят в дверях. Их взгляды разные: мать глядит с
торжеством, словно, наконец, добилась того, чего так давно хотела, а
Ее глаза излучают что-то незнакомое мне. Она едва заметно покачивает головой, по щекам
катятся крупные капли слез.
А я ненавижу ее.
И за секунду до того, как дверь моей камеры захлопывается, я пронзаю ее ледяным
взглядом и шепчу:
– Я никогда этого не забуду.
(К)
Опустошенная, я бреду вдоль городских улиц.
В какой-то момент снимаю туфли и бросаю их в сторону, не смотрю, куда. Мне плевать.
Продолжаю идти вперед, босые ноги ступают по мокрому асфальту, по траве, щекочущей и
влажной. Не останавливаюсь. Дохожу до парка, где обычно бывала Реми, сажусь на
скамейку. Делаю несколько глотков свежего прохладного воздуха и пытаюсь прийти в себя.
Что я сделала? Зачем я сделала это?
«Для ее блага», - проносится у меня в голове, но другое чувство внутри колет меня, будто тысячи ножей одновременно. Чувствую себя так, словно весь мир просто перестает
вращаться в одну секунду. Я вот-вот взорвусь от напора эмоций, которые так и норовят
вырваться наружу.
Я никогда этого не забуду.
Ее голос так и стоит в ушах. Мне не избавиться от того чувства, которое я испытала, когда Реми взглянула на меня. Ее глаза были такими холодными, такими отстраненными.
Сердце сжимается от тянущего ощущения внутри. Тихо всхлипываю, закрывая лицо руками.
Она не простит меня за это, я знаю. И мне ужасно плохо оттого, что я сделала, но изменить
что-либо уже не в силах. Мама обещала не причинять ей вреда, однако теперь мне слабо в это
верится.
После того, как дверь камеры Реми закрылась за ней, я увидела настоящую ауру,
витавшую все это время вокруг нашей матери. То была аура обмана. Теперь я могла
распознавать, что именно означал тот синий цвет. Она обещала, клялась, что с сестрой все
будет хорошо. А я верила. Вплоть до этого момента.
24
1
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
Мне вдруг стало ясно, что так или иначе, я стану следующей. Она не посадила меня в
клетку только лишь потому, что я должна была сдать ей Реми. Теперь никаких преград для
этого не было. Однако я все еще была на свободе. Возможно, это был мой последний день.
Вспоминаю, что обещала Дэвиду вывести его сестру из города. Может быть, хотя бы это
я смогу сделать, никому не навредив. Ставлю эту задачу в приоритет и поднимаюсь со
скамейки. Ноги мерзнут. Выдыхаю прохладный воздух и провожу рукой по волосам.