Инкубы

Ли Эдвард

...тронул ее, и в этом прикосновении она увидела всю любовь в мире. Плоть стала совершенной, все изъяны были очищены огнем.

– Я воскрес, - произнес голос, но это был вовсе не человеческий голос. Этот голос, как полночь, как истина, был непредсказуем.
– Воскресни вместе со мной.

– Но я недостойна!
– взмолилась она.
– Я согрешила.

– И теперь я отпускаю тебе грехи огнем.

Она открыто заплакала перед потоком любви. "Я воскресла", - подумала она.

Дрожа,

она потянулась к нему. Его рука накрыла ее ладонь.

– Пойдем со мной и моей мечтой, - сказал человек, сотканный из пламени.

Сердце Вероники сжалось в груди. Это было невозможно. Во сне они все видели одно и то же. Огненный любовник. Человек, сотканный из пламени.

Она была слишком сбита с толку, чтобы разобраться в своих мыслях. Затем слова за ее спиной обрели осязаемую форму.

– Вся правда, которую ты сможешь вынести, Вероника, принадлежит тебе.

Она вздрогнула и обернулась. Жиль загородил дверной проем.

– Что вы, люди, наделали?
– были единственные слова, которые она смогла выдавить из себя.

– Ты многого не понимаешь, но тебя и не заставляли это понимать. Впрочем, ты все поймешь. Со временем.

– Вы убийцы, - прошептал ее голос.

Она отступила, и Жиль шагнул вперед. Его мышцы напряглись под плотной загорелой кожей, когда он двинулся.

Он разжал руки. Внезапно в его глазах остались одни белки.

– Я воскрес, - нараспев произнес он.
– Воскресни вместе со мной.

"Безумцы", - подумала она.

Инстинкты наполнили ее сердце адреналином, и она бросилась вперед. Она попыталась вцепиться ему в лицо, но он схватил ее за запястья. Она укусила его за предплечье. Он не дрогнул. Она укусила сильнее и почувствовала, как ее зубы заскрежетали по кости. Он только слегка вздрогнул, удерживая ее. Теплая кровь потекла ей в рот. Даже когда она откусила кусочек мяса, он почти не отреагировал.

– Не делай мне больно, - сказал он.
– У нас есть для тебя подарок. Это драгоценный подарок. Твое превращение покажет тебе чудеса.

Она боролась с его хваткой, но его предплечья, твердые, как стальные прутья, не поддавались. От его хватки у нее онемели кисти.

– Ты не можешь причинить мне боль, - сказал он.

Вероника взвизгнула. Ее нога ударила его прямо между ног. Жиль разжал руки и внезапно оказался на коленях.

Вероника перепрыгнула через него, выскочила из комнаты и побежала вниз по лестнице. Бежать к машине Джинни было бессмысленно, у нее не было ключей, и у нее не было времени их искать. Она дернула входную дверь, но ничего не произошло. На засове не было ручки, только замочная скважина. Заперто.

Она почувствовала тень, появившуюся на лестничной площадке.

Она бросилась обратно на кухню.

"Возьми нож!"

Она услышала шаги, когда выдвигала ящики, с металлическим лязгом высыпая

их содержимое. Ее пальцы сомкнулись на ноже для разделки мяса, когда она заметила, что нижний шкафчик открыт. Она сразу же обратила внимание на то, что находилось внутри.

Телефон.

Это был портативный телефон. Из его ручки торчала маленькая штыревая антенна, а в корпус был ввинчен большой аккумулятор.

Когда она повернула выключатель, замигал крошечный желтый огонек, и кнопки засветились. Раздались гудки, когда она набрала 911.

Она прислушалась, тяжело дыша. Ничего не произошло.

– Черт возьми!
– взвизгнула она.

Она никогда не пользовалась таким устройством. Это не было похоже на сотовый телефон. Она нащупала трубку, услышав шаги, доносящиеся из гостиной. На верхней кнопке загорелся сигнал "ОТПРАВИТЬ".

Прежде чем она успела нажать на нее, она закричала, приподнялась, ее подняли за волосы. Пятка босой ноги Жиля ударила по телефону, и черный пластиковый корпус треснул.

– Ты не понимаешь, - его голос с акцентом был спокойным и мягким. Ее затылок пронзила боль. Она резко обернулась.
– Вероника, пожалуйста...

Она поднесла нож к лицу Жиля. Лезвие рассекло одну щеку и вышло из другой.

Он напрягся и отпустил ее. Он молча поднес руки к залитому кровью лицу и уставился на нее. Казалось, этот взгляд бросал ей вызов. "Я не могу причинить тебе боль, да?" - подумала она.

Затем она снова сделала выпад.

– Пожалуйста, не надо, - взмолился он.

И вонзила нож в левый глаз Жиля.

Он стоял, содрогаясь. Кровь каскадом потекла по его груди, но он не упал. Его правый глаз был устремлен на нее, а в левом торчал нож для разделки мяса.

А затем, с решительным спокойствием, он медленно вытащил лезвие. Прозрачная жидкость потекла по его щеке. Звякнул нож.

– Пожалуйста, Вероника. Я не причиню тебе вреда.

Она снова закричала, это был высокий пронзительный звук, когда чья-то рука обхватила ее за горло. Внезапно она начала брыкаться, сбитая с ног.

– Он не причинит тебе вреда, - очень мягко сказал Марзен.
– Но я это сделаю.

Хватка большой руки немца усилилась. Вероника поперхнулась. В воздухе она, казалось, парила, но вскоре ее движения стали слабеть.

На нее смотрело лицо Марзена. Пустое. Безжалостное.

"Я мертва", - успела подумать она.

Рука перекрыла приток крови к мозгу, и она погрузилась во тьму.

ГЛАВА 33

Всю дорогу домой ее мысли были в тумане. Она прочитала "Синод аористов" целиком, том черный, как деготь. Казалось, что образы из него, словно призраки, смотрят на нее с заднего сиденья. Когда она увидела зеленый указатель на выезд - Исторический район, следующий поворот направо, - она чуть не заплакала от облегчения.