Инкуб
Шрифт:
– А вот и мы! Куда делись наши мальчики?
Алиса запнулась и, едва не потеряв равновесие, схватилось за первое попавшееся – за протянутую мужскую руку.
– Дела, - сообщил Марс, пока Венера разглядывала золотые часы на левой руке.
– Любите часы?
– Ценю время, - скользнула по нему взглядом, остановилась на изогнутых в ироничной улыбке чувственных губах. – Его обычно не хватает.
– Всем не хватает, - на мужских губах возникла загадочная улыбка, Марс тряхнул головой, словно принимая решение. – Особенно вам, но пока вы заняты, Венера, оно у вас есть.
Он
– Звал босс?
– баварская сосиска во рту мешала ему четко говорить.
– Найди Мэдса и езжай в клинику. Я буду через десять минут, - велел тот, как будто не он только что отправил Мэдса оформлять документы. От обманчивой расслабленности не осталось и следа. – Венера, идем за мной. Прошу прощения.
Алиса с сожалением, не найдя отклика, отлипла от его руки. Перебравшая и несказанно расстроенная, она уставилась на Венеру, как на врага, разобиделась вся, но затем, сообразив, что не просто народ в клинику собирается, взяла себя в руки.
Венера обрадовалась бы такой компании, но присутствие вокруг толпы, а главное Шепарда, не позволяло расслабиться ей даже на секунду.
Глава 11
Марс впервые коснулся рукой локтя девушки, когда они вышли из парка и дошли до парковки с множеством дорогостоящих машин. Как бы по делу, направляя в сторону «Ауди», отчего его самого бросило в жар. По телу разбежались колкие, волнующие мурашки, особенно от жаркого взгляда, что Венера окатила его. «Специально же дотронулся?»
Сев в машину, Венера уставилась вперед, стараясь вести себя, как обычно. Это было смешно. У нее не ничего получалось, и Марс это видел и ярко чувствовал.
В салоне пахло синтетикой, кожей, им самим. Тело Марса тонкой струной завибрировало, реагируя на каждый ее сдерживаемый вздох и мелкое движение. Казалось, Венера обрела сверх невосприимчивости. Осторожничает. Хотя сама осязаемо нежно ощущает как воздух меж них, словно шелковый, осыпает каждого ласками, будоражит дуновением.
– Что-то случилось? – спросила она, понимая, что ситуация в целом нестандартная.
– Верно, - он вывел машину на дорогу, периодически поглядывая на нее. – Через десять минут будем в клинике, все расскажу и покажу.
Ее щеки горели, губы приоткрылись, грудь мягко вздымалась, так женственно, что не смотреть было крайне трудно. И Марс гадал, неужели она влюбилась? Доказательств не было, но он всем своим существом чувствовал, как ведет и тянет ее к нему. Как трудно справиться с собственными гормонами, бурлящими в крови, когда она рядом. Это возбуждает и злит его одновременно. Конечно, вокруг Марса витает неуловимая притягательность, обволакивающая желанием. И девушка явно подпадала под нее.
Она повернула к нему голову, минут пять тщательно разглядывала его руки с закатанными рукавами, шею и лицо. Словно пытаясь прощупать его или угадать, понять, что Марс чувствует к ней?
– Ты сдержишь обещание, -
Он бросил на нее оценивающий взгляд. Как бы ему хотелось не сдержать его! Как бы он хотел заняться с ней сексом прямо в машине. Разложить ее на этом сиденье и больше ни о чем не думать. Отдаться страсти и владеть.
– Да, – простой, короткий ответ человека, не собирающегося отчитываться, вместо этого, резко повернул машину с дороги, сворачивая в небольшой тенистый двор.
Остановил и развернулся к ней, замершей и не шевелящейся.
Несколько секунд Марс многозначительно молчал, изучая ее неравнодушным взглядом.
– Что-то не так?
– спросила она, заметив, как он внимательно разглядывает, оставаясь одновременно и напряженным и расслабленным. В то время как она нервничает, и часто дышит. Прикасается пальцами к локонам, пытаясь сохранить внутреннее равновесие.
– Волнуешься из-за нас, Венера?
– Мы видимся третий раз в жизни, мистер Блицкриг, неудивительно, - усмешка вышла у нее с ехидцей.
– Верно, - тихо согласился он. – Но я хотел бы чаще.
От его признания, Венера захлебнулась собственным воздухом. Перестала дышать, глядя на него во все глаза, не двигаясь. Это приглашение? Предложение? Или пожелание, простое и невинное, как яблоко из эдемского сада.
На мгновение, стремительно Марс прижался к ее губам, окуная Венеру в жгучесть поцелуя. Ощущая, как их тела пронзают сладчайшие электризующие волны, нанося удар по самообладанию и контролю. Сдержать новое ответное движение губ ей удалось невероятным волевым усилием. Нельзя. Нельзя. Потом плохо будет. Нужно терпеть.
– Я замужем, - напомнила она, замечая в ответ, отказывая ему.
Уголки рта дернулись в саркастической усмешке, и Марс отодвинулся, дыша тяжело, сочно ощущая вкус ее губ. Ее чудесный аромат кожи. Он с весельем наблюдал, как Венера откинулась назад, закусила нижнюю губу до боли, чтобы унять взрывающееся внутри волнение. А то он не ощущает, как она хочет. Не чувствует, как она смотрит и двигается.
Под расслабленной маской спокойного выражения лица Марса во взгляде гуляло раскаленное знойное намерение. Кто бы там ни скрывался, он рычал внутри, облизывался и клацал зубами, недовольно постукивая толстым хвостом, и, сузив глаза, наблюдал за добычей.
Внизу живота сами по себе в нем зарождались процессы, гонящие кровь в самое чувствительное место, набухая там, зудя, покалывая. Губы приоткрылись, впуская дополнительный воздух внутрь, и мозгу безотлагательно потребовался кислород для бурного выброса гормонов.
– Я ведь чувствую тебя, - сообщил он, многозначительно подмигнул, завел двигатель и вывел машину на дорогу.
Венера смотрела на него ошарашенно. И так же ясно, что происходит между ними. Марс уже победил, взял ее горячо, безжалостно в плен. Это с его сознания сорвалась утягивающая пелена, сносящая разум, сковывающая правильные реакции. Что ж, отказ есть отказ, значит, стоит ждать дальше. Только вот ответная реакция ее губ, самая первая, инстинктивная убеждала его, что он прав. Но стоило ли губить жизнь Венеры? Ведь как только они займутся любовью, дороги назад не будет.