Инкуб
Шрифт:
В какой-то момент эмоции так сильно захлестнули ее, что она резко дала по тормозам, съехав на обочину. Выйдя из машины, оперлась на капот, ничего не делая, хватая сырой воздух ртом, рыдая и смеясь одновременно в ладони. Не в силах унять переживания, выплескивающиеся наружу.
Успокоившись,
Она доехала до Улан-Удэ за три часа, выжимая педаль в пол, так, словно за машиной гналась ватага голодных абасов, притормаживая только чтобы поклониться хозяевам края и сделать подношения в нужных местах.
Нашла Курумканского и выяснила, где Марс. Батыр Хазанович заставил надеть ее тапки, сетуя, что, чай, не в Лондоне, в реанимацию идет.
Перед палатой она остановилась, приглаживая волосы, одежду, наброшенный на плечи халат. Чувствуя как страшно волнуется, она открыла дверь, сходу налетев на пронзительный взгляд синих глаз Марса.
Замерла, не в силах вымолвить ни слова. Наблюдая, как уголки его губ ползут вверх, а в глазах вспыхивает радость.
– Так и будешь стоять? Или поцелуешь меня? – спросил он, не сводя глаз с лица.
Взвизгнула и, бросив тапки, она побежала к нему, оказавшись буквально верхом на Марсе. Целуя его, обнимая, прижимая, сколько есть сил.
– Я думала, тебе конец.
– Так и было. Твой отец помог, - сообщил он, нежно гладя по спине, по волосам, трогая руки, плечи. – Как вы живете с такой бурей эмоций, люди?
– Ты
– Намереваешься сейчас начать их делать?
Она кивнула, чувствуя, что жуть, как хочется приступить к реализации планов. Тем более то, что толкало ее в копчик, абсолютно точно подтверждало, что Марс совершенно, ну вот ни капли не против.
Венера наклонилась вперед, буквально бахнувшись в его ждущие губы, отдаваясь поцелую.
– Э-э-э, вы тут что устроили, молодежь?! – гаркнул Курумканский, наблюдая картину маслом. – Венера, отлепись от моего пациента! Доктор Баргузинская, держите себя в руках.
Пришлось взять себя в руки и терпеть, пока Марса не выпишут из больницы. Курумканский «садист» не выписывал долго.
Спустя полгода они закрыли дом в Лондоне, продали компанию «Сафино» и затеяли стройку новой больницы в Улан-Удэ. Марс согласился, что жена, пусть и полуасур, привлечет внимание других асуров, а после того, как у них родится ребенок, появятся вопросы и к нему, так что стоило затаиться и соблюдать осторожность.
Ей легко давалась первая беременность, и перед выходом в декретный, Венера ходила по клинике, вся искрясь от счастья, иногда плача от этого и списывая эмоциональность на гормоны. Они знали, будет девочка, но никак не могли выбрать имя. Пока однажды Марсу не пришло в голову назвать ее Дара. Так как сама жизнь, их новая жизнь и была настоящим для них даром.
Конец.