Информаторы
Шрифт:
— Квадрат. Знаете такого?
— А что с ним?
— С ним пока ничего. Но может случиться, что… и случится!
В ответ на его тяжелый, многозначительный взгляд капитан только усмехнулся.
— Ты меня пригласил кофе попить, решать судьбу уголовника или сообщить что-то действительно стоящее?
Да, капитан умел одной фразой расставить сразу все точки над любыми буквами. Гришка решился и рассказал ему о новом знакомом — бывшем начальнике собеседника.
— Можешь не забивать себе голову, — небрежно отмахнулся от него Олег Андреевич. — Этот человек полностью в поле зрения. Навредить нам он
Каламбур получился удачный, и Гришка невольно хихикнул.
— Так, клюет по мелочи благодаря прошлым связям. Сотку баксов у бандюг иной раз сшибет, — Тарасов пренебрежительно дернул плечом, показывая свое отношение к Паленому. — Ну а теперь, поскольку кофе подзаправились, пошли на свежем воздухе потремся! — негромко сказал капитан ФСБ Парфену, отставляя пустой стакан. — То, что сообщил про Квадрата — молодец, — неторопливо начал Олег Андреевич, когда они выбрались на небольшую аллейку вдоль дороги. — Хотя, честно признаться, сам Квадрат и то, что с ним может случиться, нам не важно. Важно другое — если Мирон так буро прет вперед, значит, человек, интересный нам, все еще его «крышует». По предварительной версии, объект разработки находится в чине полковника и является сотрудником ГУВД или Главного управления уголовного розыска. Но с этим мы успеем, а пока есть для тебя небольшое дельце.
— Что за дельце?
— Надо спровоцировать вашу войну с луневскими. Они в последнее время активизировались уж больно. Нужно немного им прижать хвост. На этот счет я тебя подробно проинструктирую. Пожелания есть?
— Связь держать тяжело. По-моему, Мирон в чем-то меня подозревает. Человека со мной поселил, проверку недавно устроил. Ребятки в погонах меня чуть не утопили!
— Ну-ка, расскажи! — потребовал Тарасов.
И Гришке обстоятельно поведал о всех смущавших его фактах.
— Ладно, постараюсь что-нибудь с этим придумать, — пообещал Тарасов и, попрощавшись, нырнул в подземный переход. Григорий на всякий случай зыркнул по сторонам и направился в противоположную сторону. На место встречи он приехал на метро.
Григорий устало опустил руку. Немного отдохнув, поменял обойму. Недолго целившись, нажал курок. Стараясь стрелять через минимальный промежуток времени, раз за разом выпустил всю обойму.
В течение последней недели он практически не вылезал из тира. Дефицита времени и денег у Парфена не было, к предстоящему делу он готовился со всей тщательностью. Прежде всего несколько дней со своим напарником катался следом за Брылевым, досконально изучая его привычки. Приходилось задействовать несколько машин, чтобы не быть замеченным. Затем, препоручив двум бойцам из своей бригады и дальше заниматься тем же, приступил к тренировке мобильной команды, отобранной для этого дела.
Утро начиналось с того, что они всей четверкой посещали тир, где проводили не меньше часа. Дальше по расписанию шло вождение. Они на двух тачках выбирались за город, где устраивали настоящее ралли.
Вечером второго дня Григорий пересмотрел эту часть плана. Собрав свою команду, он объявил, что вождение нужно перенести в город.
Чемодан к этому времени
На стене висела дорожная карта этого района Москвы, и Парфен, как заправский учитель, подробно показал маршрут, отслеженный Витьком.
— Он еще в «Лиру» частенько ныряет, — вставил Чемодан.
— Покажи, — распорядился Григорий. Его товарищ по ночному гульбищу подкатил к стене и неумело ткнул в карту пальцем.
— Ты толком покажи! — потребовал Парфен.
Один из пацанов, лопоухий качок по прозвищу Каштан, вдруг зашелся смехом.
— Ты чего? — вытаращились на него остальные.
— О-ой, не могу! — сквозь слезы выдавил тот.
Отсмеявшись, Каштан пояснил:
— Волдырь, только без обид! Ты сейчас на нашего учителя по географии так похож был. А Чемодан — на двоечника Васю! Вот меня и прорубило! Ха-ха-ха!
Остальные тоже прыснули. Григорий не удержался и рассмеялся с остальными. Через минуту веселье прекратилось само собой.
— Поугорали? — роняя тело в кресло, буркнул Гришка. Он достал из пачки сигарету и прикурил. Выпустив первую струю дыма под потолок, заметил: — Между прочим, у нашего кабанчика в охране не лохи! Не такие, как у Артурчика покойного были.
Услужливая память тут же нарисовала картину из прошлого: утро, двор, тело напарника рядом с лавкой. Будь тогда у Улыбки вместо Самосвала вторым телохранителем толковый парень, вряд ли Гришка сидел бы сейчас здесь!
— И они менжеваться, как те недоумки черные, не станут! А шмаляют они будь здоров! — говоря все это, Григорий думал о другом. Вернее, в голове обозначился пока лишь зачаток здравой мысли, которая никак не могла прорезаться в нечто целое.
Он еще раз посмотрел на карту. Мысль эта была каким-то образом связана с маршрутом, только что указанным его дружком Чемоданом. Наконец доперло, что именно ему не давало покоя.
— Слышь, Чемодан, а как же он тут проезжает? — Он показал участок пути. — Тут ведь сейчас хрен проедешь, уж дня два как улицу перекопали!
— А он тут и не ездил в последний раз. Вот он где обруливал! — Чемодан деловито провел пальцем по карте. На этот раз никто не смеялся — все поняли, что Парфен наконец что-то придумал.
— Гоша, ну-ка давай сгоняем туда! — выскочил из кресла Гришка. От возбуждения он не находил себе места — решение пришло неожиданно. И, как часто бывает в подобных случаях, до банальности простое.
— Каштан, теперь ты пасешь Квадрата, — шагая из угла в угол, Парфен отдавал распоряжения. — Чемодан, ты у него на подхвате! Торчите так же, меняетесь через два часа, на разных тачках! Игорь, поехали!
Четверо парней быстро покинули квартиру и гурьбой вывалили к лифту. Дальше разные машины унесли их прочь.
— Так ты что-то придумал? — не выдержав, поинтересовался водитель.
— Если там все так, как я помню… Да, придумал.
Парфену не хотелось вдаваться в подробности до того, как он убедится в правильности собственных предположений. Минут через пятнадцать они уже сворачивали в нужный проулок.
— Останови тут, — попросил Григорий.
Неширокая улочка, не больше ста метров длиной, перекладиной буквы Н соединяла две другие улицы. То, что было нужно Парфену, находилось посередине.