Инферно
Шрифт:
— Будь ты проклят! — выдохшись, я ударила его последний раз и швырнула рюкзак на кровать, чувствуя, как по лицу текут слёзы. Мне хотелось кричать, сломать что-нибудь, ударить его, но всё это казалось бесполезным.
Каждый раз, когда одна дверь захлопывается перед моим носом, в проёме другой уже кто-то стоит, блокируя путь.
— Я просто хочу помочь тебе, любимая.
Я бросила на него злой взгляд и смахнула слёзы.
— Ну хватит, ангел, — тихо произнёс он. — Ты же знаешь, что я ненавижу, когда ты плачешь.
— Ну,
И что-то мне подсказывает, что большую часть оставшейся жизни мне предстоит провести в слезах. Вот так отстойно я живу.
После нескольких секунд молчания Доминик подошёл ко мне со спины. Он поднял руку, но помедлил и опустил. Я свела брови, не понимая, что он собирается сделать.
— Вчера я говорил серьёзно. Я всегда буду рядом, ангел, и буду именно тем, кто тебе нужен.
— Что, блин, это значит?
Он наклонился к моему уху.
— Это значит: бери рюкзак. Мы уходим.
Я выпрямила спину, уверенная, что ослышалась.
— Мы? — переспросила я, медленно разворачиваясь к нему лицом.
— Да. Ты и я. Ты что-то имеешь против, котёнок?
Я не могла не улыбнуться. Покачав головой, я ответила:
— Только за.
Меньше чем через час мы заехали на парковку роскошного отеля на скалистом берегу. Если бы решение принимала я — а меня не спрашивали, — мы бы остановились в каком-нибудь невзрачном мотеле на трассе, но Доминик даже рассматривать не хотел этот вариант. Ещё до того, как стать вампиром, он родился с серебряной ложкой во рту и не собирался менять свои привычки в ближайшее время. Вместо этого он выбрал нам лучший номер, используя свои чары, фальшивые имена и богатое наследство.
Мы поднялись на личном лифте на верхний этаж, где нас ждал пентхаус. Панорамные окна вместо стен открывали потрясающий вид на океан.
Моя челюсть чуть было не пробила пол. Я застыла на месте, ошеломлённая.
— Чувствуй себя как дома, — Доминик взял крошечный пульт и направил на гигантский плоский экран, встроенный в стену. Вот только это был не телевизор, как я подумала вначале.
За чёрным стеклом вспыхнуло пламя, ритмично танцуя над сверкающими камушками, похожими на бриллианты. «Это камин», — поняла я, хотя никогда раньше таких не видела.
Моё внимание привлёк балкон, и ноги сами собой медленно побрели в том направлении, остановившись только на краю выхода на террасу.
Мы находились очень высоко над землёй.
— Не бойся, там никто не кусается, — подразнил Доминик.
Не обращая внимания на его слова и своё колотящееся сердце, я сделала маленький шажок наружу, а затем ещё один — и вот я стою на балконе, наслаждаясь невероятным видом.
— Просто… дух захватывает.
— Не могу не согласиться, — откликнулся он, стоя позади меня.
Я чувствовала его взгляд на себе, но сама не могла отвести глаз от пейзажа. Мне нужно было охватить всю эту красоту до мельчайших
С учётом того, куда катится моя жизнь, кто знает, будет ли у меня ещё шанс увидеть что-то подобное?
Я никогда не признаюсь в этом Доминику, но я рада, что он настоял на том, чтобы приехать сюда, а не в ту дыру, куда собиралась я.
Сполна насладившись видом, я вернулась обратно в комнату, чтобы осмотреться внутри. И под «комнатой» я имею в виду весь чёртов этаж, который занимает пентхаус: две просторные спальни в разных концах номера, а между ними — роскошная гостиная с фортепиано, белыми диванами и креслами и полностью заполненным мини-баром.
А ещё здесь была ванная. Полы с подогревом, огромное джакузи, стеклянная душевая кабинка размером с мою спальню во Флориде. Я реально готова жить в этой ванной.
— И какая из спален моя? — спросила я, решив, что будет справедливо отдать право выбора ему, после того как я устроила целое представление с требованием дать нам номер с двумя раздельными спальнями. Если бы решал Доминик, нас бы поселили в номер для молодожёнов.
— Какая тебе больше нравится, любовь моя. Я уже всё видел сотни раз.
— Уверен? — я старалась не выдавать своего восторга от возможности занять спальню побольше с безумно красивым видом на океан. — Я ведь выберу ту, что круче.
Он рассмеялся.
— Всегда пожалуйста.
Мне не нужно повторять дважды. Я рванула в главную спальную и бросила рюкзак на мягкое кресло. Сама прыгнула на кровать, раскинув руки в стороны, и закрыла глаза на мгновение. В эту секунду все и всё вокруг перестали существовать. Осталась только я и эта спальня моей мечты.
— Я в раю, — пробормотала я.
— Так близко к раю я ещё никогда не был.
Я открыла глаза и встретилась с ним взглядом. Доминик прислонился к дверной раме, сложив руки на груди, и со странным блеском в глазах смотрел на меня. Было в его взгляде что-то такое… Мощное, но в то же время мягкое. Обожание, но с горечью. Эти его эмоции не укладывались у меня в голове, особенно с тех пор, как он стал всё чаще смотреть на меня таким взглядом в последнее время.
И сейчас это делает.
— Что? Почему ты так на меня смотришь?
— Как, ангел?
— Ну, такими… — я хотела сказать «влюблёнными глазами», но рот отказывался произносить это вслух. Я прикусила губу и пробормотала: — Ладно, забей.
Его глаза горячо потемнели, когда взгляд зацепился за мой жест. Я тут же выпустила губу и притворилась, что не заметила его очевидную реакцию. Я не могу позволить себе отвлечься на это, на него или на что-либо ещё. Я здесь не для того, чтобы потакать желаниям своей предательской кожи, жаждущей его прикосновений, или нашей кровной связи, пытающейся свети нас вместе. Мы уже провели черту, и я должна оставаться на своей стороне.