Инфекция
Шрифт:
— Я согласен. Девчата, соберите пока вещи. Антон… А черт, совсем забыл… — он кинулся к Антону, который потерял сознание. В поврежденной руке снова открылось кровотечение.
— Катя, посмотри там перекись водорода. Оля, мне нужен бинт, — сам он, отдавая распоряжения, с максимальной осторожностью распутывал кусок материи, жгутом стягивавший руку врача в районе запястья.
Он плеснул перекисью на открывшуюся рану и пару минут смотрел как жидкость пузырится на коже, смывая остатки крови. Сорвав упаковку с принесенного ему бинта, Егор крепко-накрепко забинтовал ему поврежденную
— Что-то случилось? — Антон медленно открыл глаза и мутным взором огляделся вокруг. — Я что, был без сознания?
— Все нормально, — Егор усмехнулся. — На пару минут лишился чувств. Это у тебя от потери крови.
— Да, я знаю, — Антон застонал, пытаясь сменить позу, в которой полусидел-полулежал. — Сам как-никак врач.
— Ты сейчас нормально себя чувствуешь?
— Вроде бы нормально. В любом случае, завтра будет видно, подцепил я от волчьих клыков какую-нибудь заразу или нет. Пора собираться. Вы ведь шли на юг? Мы с Филом тоже, — он внезапно осекся, вспомнив, что его юный друг покоился невдалеке, с головой укрытый одеялом. — Кстати, нам ведь надо его похоронить. Жуткая эпидемия и так оставила после себя множество трупов под открытым небом, давайте хоть подростка предадим земле.
Яму копал один Егор. Антон попробовал копать одной рукой, но вскоре понял всю бесполезность этой затеи. Через два часа могила была выкопана. Тело Филиппа опустили вниз на веревках, и все они еще несколько минут стояли, и каждый думал о своем. Затем Егор снова взял в руки лопату и забросал яму землей. Ольга тем временем с помощью Кати сделала крест из двух более или менее прямых веток, и они водрузили его туда, где должно было находится надгробие.
Обернувшись, Антон увидел вернувшегося Максима. Тот стоял немного поодаль и молча наблюдал, словно боясь приблизиться.
— Это не твоя вина, — врач подошел к нему и положил здоровую руку ему на плечо. — Не твоя вина. НЕ ТВОЯ.
— А чья же тогда? — Макс не сбросил руку, но при этом смотрел собеседнику в глаза, и Антон готов был поклясться, что ни следа опьянения в этом взгляде не было. — Его оперировал я. Значит, и ответственность лежит на мне.
— Нет, не на тебе! — врач прокричал эти слова ему в лицо, не обращая внимания на новый приступ боли, которым отозвалась на крик рука. — На проклятой инфекции, выкосившей население нашего Богом забытого шарика, на волке, укусившем меня за руку, из-за чего я не смог оперировать самостоятельно, хотя я не поручился бы, что, оперируй я сам, итог был бы другим, на долбаном приступе аппендицита, прихватившем мальчишку в самый неподходящий момент, — на чем угодно, только не на тебе. Поэтому, во имя всего святого, перестань себя винить!
Ни один мускул не дрогнул в лице Макса, когда Антон кричал ему в лицо. Два молодых парня, за несколько последних дней превратившиеся в мужчин, они смотрели друг другу в глаза. Оба больше не произносили ни слова. Тяжелая тишина висела в воздухе не меньше минуты. Наконец, Максим тяжело вздохнул и опустил глаза.
— Мне надо побыть одному. Никто не возражает?
Возражавших не было. Егор отошел в сторону, Ольга
Максим постоял на месте несколько минут, глядя невидящим взором в пустоту перед собой. Затем отвернулся и медленно побрел в сторону города, над которым уже виднелась пока еще неясная дымка неумолимо приближающегося пожара.
Прошел час, а Макс все не появлялся. Налетавший порывами ветер доносил до путников пока еще смутный, но явно приближавшийся запах пожара. Антон несколько минут спустя уже почувствовал ухудшение самочувствия. Ему оставалось надеяться, что это было вызвано просто ослабленностью организма от потери крови. Однако как врач он продолжал опасаться заражения крови. В настоящее время это стало бы неразрешимой проблемой. Без антибиотиков они были бессильны.
Спустя еще полчаса он почувствовал, что у него сильно подскочила температура. Перед глазами все поплыло, и Антон оперся на багажник машины, чтобы не упасть. Резкое изменение состояния не укрылось от внимательного взгляда Ольги. Она подошла и пристально посмотрела на него.
— Ты себя нормально чувствуешь?
— Нормально, — соврал он.
— Что-то не похоже, — Ольга снова окинула его внимательным взором и отошла к Кате, с которой они тут же о чем-то оживленно зашептались, попеременно оглядываясь на него.
— Я правда в порядке, — Антон попытался улыбнуться. — По крайней мере, пока. Сейчас дождемся Макса и пора двигаться дальше. Я подумал, что это ваша машина, возле которой я вас увидел с утра…
— Да, наша. Но толку от нее никакого. Бензин на нуле, а автоматы на заправке не работают…
— Мы вчера ходили на заправку, — Егор так неожиданно вышел из-за дерева, что Антон чуть не подпрыгнул от неожиданности, — и нашли резервуар, полный горючего. Там, правда, крышка была неподъемная, но нам с Максом вдвоем удалось ее приподнять. Не знаю, где он сейчас… А вот и он.
Максим появился в их поле зрения, неся в руке канистру. Видя удивление на лицах всех присутствующих, он пояснил:
— Я тут мимо заправки проходил и решил, что нам понадобится бензин. Вот и набрал…
Катя подскочила к нему, обняла и звонко чмокнула в щеку, отчего у него на лице отразилось неприкрытое удивление. Он направился к машине, пока остальные собирали вещи. Заправив машину с помощью воронки, взятой в багажнике, Максим отбросил не нужную больше канистру и подошел к Антону.
— Я тут подумал, что негоже нам оставлять без внимания твою рану. Конечно, ты у нас врач, поэтому тебе лучше знать, что из этого подойдет… Я взял все подряд с полки, на которой были антибиотики. В первый раз совсем забыл про это. Что-нибудь подойдет?
Антон внимательно смотрел на названия, с трудом различая их затуманенным взором. Температура продолжала повышаться, и голова казалась странно чужой. Наконец, ему удалось отобрать несколько коробок. Отломив с пластинки из одной из них пару таблеток, проглотил их, запив водой и убрал таблетки в свой походный рюкзак, любезно принесенный ему Егором.