Иней
Шрифт:
Я почувствовала, как у меня скрутило желудок.
«Дуэли». Зашибись.
Но если что-то и могло отвлечь мои мысли от сокрушительного горя прошлой ночи, то, возможно, это надвигающаяся угроза смерти.
Глава 7. Ава
Король Торин настоял, что у меня не было времени принять душ. Но, без сомнения, вся Страна Фейри видела видео, на котором я вся покрыта едой и пивом, и я предполагала, что с данного момента их впечатления обо мне могли только улучшиться. Я схватила свою спортивную
Когда мы спускались по лестнице, Шалини схватила меня за руку и прошептала:
— Ава, я буду одной из первых людей, которые побывали в Стране Фейри. Это намного лучше, чем круиз.
Моё мучительное похмелье придавало ситуации дополнительный уровень сюрреализма. Я прикусила губу, пытаясь мыслить ясно. Это ведь правильное решение, не так ли? На самом деле, казалось, что у меня не было особого выбора. Разорившийся человек не откажется от пятидесяти миллионов.
Когда мы вышли на улицу, солнечный свет опалил мне глаза. Репортёры оставили позади разбитую камеру и перевёрнутый фургон, вдалеке завывали полицейские сирены — без сомнения, они направлялись сюда. Я поняла, что меня трясёт, когда я шла по тротуару. Может быть, мне стоит что-нибудь съесть?
— Как ты думаешь, тебе удастся научиться магии? — спросила Шалини.
— Фейри-простолюдины не могут творить магию, — ответила я. — Ну то есть, наверное, трон может высосать из меня какую-то энергию королевы, но я не могу творить магию сама.
— Откуда ты знаешь, что ты простолюдинка? Что, если ты давно потерянная дочь Верховного Короля фейри?
Я сморщила нос.
— Тогда этот брак будет весьма неловким, потому что Торин окажется моим братом. И я знаю, что я не Верховная Фейри, потому что они никогда бы не позволили одному из нас пропасть. А вот простолюдинку фейри они могли бы легко вышвырнуть в мир людей.
Вместо своего Ламборджини Торин подвёл нас к серому Хаммеру. Одарив нас широкой улыбкой, он открыл перед нами дверцу. На мгновение я вообразила, что он на самом деле благородный герой, а не просто подкупил женщину, которую ненавидел.
Не то чтобы я была в том положении, чтобы задирать нос, учитывая, что я с радостью принимала взятку.
Я скользнула на переднее сиденье, и мой взгляд пробежался по тонкой кожаной обивке. Я провела по ней пальцами, испытывая головокружение от мысли, что смогу купить что-то подобное. При условии, что он выполнит свою часть сделки.
Торин занял водительское сиденье. Я едва успела пристегнуть ремень безопасности, когда он повернул ключ зажигания и нажал на педаль газа. Тошнота подступила к моему горлу, когда мы начали набирать скорость по дороге.
Из всех дней, когда можно получить приглашение в Страну Фейри…
Я с трудом сглотнула, всё ещё пытаясь осознать происходящее.
— Что именно подразумевает под собой этот турнир?
Шалини наклонилась вперёд.
— Могу я ответить? Я слежу
— Прошу, — отозвался Торин.
— Ладно. Есть сотня женщин…
— В данном случае сто одна, — перебил Торин.
— Верно, и все они должны бороться за руку Торина. На данный момент это является традицией уже на протяжении тысячелетий. Итак, существует несколько различных состязаний. После каждого состязания некоторые участницы вынуждены уходить. И в этом году всё это впервые будет транслироваться по телевидению.
Я нахмурилась, стараясь не представлять всех людей, которые будут пристально наблюдать за мной из своих гостиных.
За окнами Хаммера мир проносился мимо, и мы свернули на шоссе.
В баре Торин был окружён свитой, а над головой летал вертолёт, снимавший всё происходящее. Теперь я видела только обычное утреннее движение. У меня было очень сильное подозрение, что Торин нанёс этот визит тайно.
Мотор Хаммера зарычал, когда он вдавил педаль газа в пол, и мой желудок скрутило, пока он лавировал в потоке машин.
Во рту у меня пересохло и в то же время выступала слюна. Взглянув на Шалини, я по выражению её лица поняла, что она испытывает такую же тошноту.
Я взялась за дверную ручку.
— Торин, тебе обязательно ехать так быстро?
— Да.
— Изменится ли что-нибудь, если я скажу, что такая дикая езда является нарушением приличий? — в отчаянии спросила я.
— В данный момент нет.
Теперь машина напоминала ракету, несущуюся по асфальту. Снаружи здания проносились мимо серым размытым пятном. Да что с ним не так?
— Торин! — крикнула я. — Ты нас угробишь!
Шалини схватила меня за плечо.
— Смотри!
Я проследила за её указывающим пальцем. Снаружи размытые бетонные пятна исчезли, просторы побледнели. Торин начал притормаживать Хаммер, и пейзаж за пределами машины стал чётким.
Мы больше не были на шоссе номер 8. Вместо этого мы ехали по узкому переулку в месте, которое вызывало ассоциации с XVI веком. Крытые соломой бревенчатые дома теснились по одну сторону дороги. С другой стороны солнце ярко освещало поля, покрытые толстым слоем снега, пока мы не миновали небольшую рощицу деревьев. Дым поднимался из труб в морозное небо.
У меня перехватило дыхание от жутковатого ощущения, что я видела это место во сне.
— О, Боже мой, — выдохнула Шалини. — Ава.
Вокруг нас сам Хаммер начал преображаться, отчего у меня закружилась голова. Ремни безопасности исчезли, и я обнаружила, что сижу на бархате напротив Шалини. На окнах появились белые занавески. Когда я повернулась, чтобы посмотреть вперёд, я мельком увидела спину Торина, держащего под уздцы полдюжины лошадей.
Я ухватилась за борт кареты, пытаясь сориентироваться. Мы ехали в экипаже, запряжённом лошадьми, и у меня было адское похмелье.
Глаза Шалини казались остекленевшими.
— Это реально, не так ли?